Чтение онлайн

– Да, мама, – вздохнул он, думая о своем.

– «Старинное колье исключительной ценности. Франция, приблизительно начало 1809 года, предположительно заказано Наполеоном для императрицы Жозефины. Колье в прекрасном состоянии, двадцать пять безупречных бриллиантов, изумрудов…»

– Очень интересно, мама, но мне-то что до всего этого?

– Не рычи на меня, – возмутилась мать. – Я только хочу сказать, что это колье как две капли воды похоже на то, которое Сирена потеряла в Порт-Антонио. Я сразу узнала – его ни с чем не спутаешь.

– Что? – взвился Николас. – Ты уверена?

– Так же, как и в том, что тебя зовут Николас Эдвард Фрейзер-Уэст.

Николас дал слово матери связаться с ней после того, как наведет справки у «Кристи», потом позвонил домой и услышал от экономки, что Сирены не будет до вечера. Он еле заставил себя следить за ходом совещания и был очень доволен, когда стороны довольно быстро пришли к соглашению. Взяв такси, Николас помчался на Оулд-Бромтон-роуд, где потребовал, чтобы его проводили к Эндрю Бромфилду, директору «Кристи», с которым однажды встречался.

Но Бромфилд находился в отпуске, и Николас добрую четверть часа пытался найти кого-нибудь, кто мог бы дать разъяснение по поводу «Колье императрицы», как назвали драгоценность в каталоге.

Наконец его проводила к Саймону Джонсону, который в этот момент был поглощен описанием бриллиантовой диадемы.

– Моя фамилия – Фрейзер-Уэст. Я увидел в вашем каталоге вот это украшение.

Помахав каталогом у носа Саймона, чтобы привлечь его внимание, Николас указал на фото.

– Колье принадлежит моей жене, леди Сирене Уэст, оно перешло к ней после смерти ее бабушки.

Саймон наконец оторвался от целиком поглощавшего его занятия.

– Вы можете документально подтвердить это заявление, сэр?

– Несомненно. Сохранились фотографии моей жены в день нашей свадьбы – тогда на ней было это колье. Говорю вам – это оно!

Николас перешел к объяснениям.

– Колье пропало во время нашего пребывания на Ямайке около двадцати пяти лет назад. Я был против того, чтобы жена его надевала. Видите ли, нас пригласили на костюмированный бал в Порт-Антонио, и жена решила появиться на нем в наряде французской куртизанки. Моя жена, должен сказать, не представляла себе истинной ценности колье, она была уверена, что это хорошая подделка.

– О подделке не может быть и речи. Думаю, сэр, нам лучше перейти в другое место.

Саймон увел Николаса из выставочного зала. Только оказавшись в своем кабинете один на один с лордом, Саймон заговорил:

– Владелец колье принес его нам две недели назад для установления его истинной ценности. На застежке мне удалось обнаружить знак ювелира. Я провел небольшое изыскание и установил, что колье изготовлено известным французским мастером Этьеном Нито в начале 1800-х для императрицы Жозефины. После революции Нито с сыновьями занимались тем, что меняли оправы на драгоценностях французских королей, а то и основательно переделывали их. Думаю, так и возникло это колье. Оно в прекрасном состоянии, необычной формы и представляет большую художественную и историческую ценность.

– Мы с женой и понятия не имели, каким сокровищем владеем. Иначе не взяли бы с собой в Вест-Индию. Как вы понимаете, я хотел бы знать имя его нынешнего владельца.

– Но, лорд Фрейзер-Уэст, я не вправе назвать его.

– А почему? Колье явно похитили на балу – других объяснений нет.

– К сожалению, одного вашего слова мало, сэр. Вам придется навестить нас еще раз – с доказательствами, что колье находилось в собственности вашей жены. Тогда можно будет продолжить расследование.

– Послушайте, молодой человек, я говорю правду. Скажите, кто принес вам колье, и я сам с ним разберусь. Возможно, он ни в чем не виноват и приобрел его по случаю. Эндрю Бромфилд – друг моего покойного отца, он одобрит, если вы поделитесь со мной информацией.

Но Саймон был непоколебим.

– Мистер Бромфилд вернется через два дня, сэр. Почему бы вам не обратиться непосредственно к нему?

Удостоверившись, что он только зря теряет время, Николас решил пойти другим путем. Покинув «Кристи», он вернулся в офис и задумался, как поскорее разыскать владельца колье. Ему пришла мысль дать объявление в «Таймс», но, поразмыслив, он отказался от нее, предпочтя дождаться возвращения Эндрю Бромфилда.

Но так долго ждать ему не пришлось. В тот же день позвонила Люна Фергюссон, располагавшая, по ее словам, информацией о колье. Они договорились о встрече в шесть вечера в коктейль-холле «Савой». Николас приехал с небольшим опозданием и заказал себе джин с тоником. Почти тут же появилась Люна.

– Добрый вечер, мисс Фергюссон, – приветствовал Люну Николас.

– Привет, Николас, – весело отозвалась она, вызвав в нем раздражение тем, что назвала его по имени.

Бросив в рот несколько орешков, Люна, не переставая жевать, заказала у бармена диетическую кока-колу. Николаса покоробила небрежность ее манер – сказывается обучение в американской школе, подумал он.

– Значит, вы располагаете информацией о колье? А откуда вы узнали, что оно меня интересует? – спросил Николас у девушки, когда она села рядом.

– Мне позвонил Саймон Джонсон из «Кристи». Видите ли, колье принадлежит мне.

В глазах Николаса Люна прочла сначала удивление, а затем нечто вроде презрительного понимания.

– А мистер Джонсон сказал вам, что колье являлось собственностью моей жены – до того, как пропало после бала на Ямайке?

Теперь пришло время изумиться Люне, и она не скрывала своего удивления.

– Нет, не сказал. Только упомянул, что вы кое-что знаете о колье, и это может помочь в моем расследовании.

– А что за расследование, позвольте полюбопытствовать?

– Колье оставила мне покойная мать с пожеланием, чтобы я надела его в день моей свадьбы. Не зная, как попала к ней эта драгоценность, я была заинтригована и решила навести об этом справки.

Николас глотнул джин.

– Не сомневаюсь, что его украли, мисс Фергюссон. Украли на костюмированном балу, на котором моя жена была в нем. – Он выдержал паузу, чтобы она лучше прочувствовала смысл его последующих слов. – Ваш отец тоже был на этом балу.

Люна повысила голос.

– Да как вы смеете предполагать, что отец имеет какое-то отношение к этой краже?! Он был кристально честным человеком.

Николас удивленно вскинул на нее глаза:

– Был?