Затворник из горной твердыни [= Человек в высоком замке]
Шрифт:
Лицо коммивояжера слегка дернулось. В надежде.
Приглядевшись к ярлычку с ценой на ожерелье, Чилдэн спросил:
— Это…
— Розничная цена. С вас мы возьмем пятьдесят процентов от нее. И если вы приобретете, скажем, долларов на сто или около того, мы предоставим вам еще дополнительную двухпроцентную скидку.
Один за другим Чилдэн отложил в сторону еще несколько предметов. С каждым новым отобранным им образцом торговец все более оживлялся. Он говорил все быстрее и быстрее, стал в конце концов повторяться и даже произносить всякие глупости, причем все это вполголоса и очень настойчиво. Он уже в самом деле считает, понял Чилдэн, что ему удастся продать все это. Его же собственное лицо оставалось непроницаемым. Он продолжал затеянную им игру в подборе изделий.
— Вот это особенно хороший экземпляр, — монотонно продолжал торговец, когда Чилдэн выудил большую подвеску и прекратил свои поиски. — Насколько я понимаю, вы собрали самое лучшее, чем мы располагаем. Все самое лучшее. — Он рассмеялся. — У вас действительно отменный вкус. — Взгляд его тут же стал каким-то отрешенным. Он, наверное, подбивал в уме стоимость предметов, выбранных Чилдэном. Общую сумму сделки.
— В отношении товаров, спрос на которые нам известен, мы придерживаемся комиссионной торговли, — заметил Чилдэн.
В течение нескольких секунд торговец никак не мог сообразить, что же это означало. Он перестал говорить и устремил свой взор в Чилдэна, не в силах понять сказанное.
Чилдэн улыбнулся ему.
— Комиссионной торговли… — наконец эхом повторил торговец.
— Вы предпочитаете не оставлять их? — спросил Чилдэн. Запинаясь, мужчина в конце концов выговорил: — Вы хотите сказать, что я их оставлю, я вы со мною рассчитаетесь после того, как…
— Вы получаете две трети от суммы, вырученной после продажи этих предметов. Таким образом вы заработаете гораздо больше. Разумеется, придется подождать, но… — Чилдэн пожал плечами. — Дело ваше. Я, может быть, кое-что из этого выставлю на главной витрине. И если будет спрос, тогда, возможно, примерно через месяц, посмотрим в отношении следующего заказа: пожалуй, сможем приобретать кое-что непосредственно.
Торговец к этому времени потратил гораздо больше часа на выставку своих товаров, понял Чилдэн. И он выложил все до конца. Теперь все изделия нужно расставить по местам и надлежащим образом закрепить. На то, чтобы привести все в порядок, чтобы можно было показывать эти изделия еще где-нибудь, у него уйдет не меньше часа работы. Воцарилась тишина. Оба молчали.
— Вот те образцы, что вы отложили в сторону… — тихо промолвил торговец. — Это именно то, что вы хотите?
— Да. Я позволю вам оставить их все у меня. — Чилдэн неторопливо направился в служебную часть магазина. — Я выпишу накладную, чтобы у вас был перечень всего, что вы мне оставили. — Возвращаясь со своей учетной книгой, он добавил. — Вы понимаете, что когда товар оставляется в магазине на комиссию, администрация магазина не несет ответственности за его пропажу или порчу. — Он протянул мужчине отпечатанный на ротапринте бланк на подпись. В тексте говорилось, что магазин не отвечает за оставленный на комиссию товар. При возврате непроданных товаров, если какие-то из них будут обнаружены — они, должно быть, украдены, решил про себя Чилдэн. Всегда в магазинах случаются кражи товара. Особенно таких мелких изделий, как ювелирные.
Ни при каких обстоятельствах Роберт Чилдэн не мог остаться внакладе. Ему не надо платить за безделушки этого торговца. Ему вообще не надо тратиться на эти изделия. Если же кое-что из них будет продано, у него будет прибыль, а если нет — он просто вернет все это — или все то, что еще можно будет найти, при том еще неизвестно когда.
Чилдэн заполнил накладную, перечислив все предметы, подписал ее и один экземпляр протянул продавцу.
— Можете позвонить мне, — сказал он, — примерно через месяц. Чтобы узнать, имеется ли спрос.
Забрав понравившиеся ему украшения, чилдэн ушел в подсобку, оставив коммивояжера собирать остальные изделия.
Не уверен, что у него что-нибудь из этого выйдет. Никогда нельзя предугадать заранее. Но попытаться все равно стоит.
Когда он в следующий раз глянул в сторону продавца, то увидел, что тот собирается уходить. Плетеная корзина была уже у него подмышкой, а прилавок очищен. Продавец направлялся к нему, что-то протягивая.
— Слушаю? — произнес Чилдэн. Он как раз сейчас просматривал почту.
— Я хочу оставить вам нашу визитную карточку. — Продавец положил на стол Чилдэна весьма странный на вид квадрат бумаги серого и красного цветов. — «ЭДФРЭНК — ЮВЕЛИРНЫЕ ИЗДЕЛИЯ НА ЗАКАЗ». Здесь есть наш адрес и номер телефона. На тот случай, если захотите связаться с нами.
Чилдэн поклонился, молча улыбнулся и снова углубился в разбор корреспонденции.
Когда он снова решил позволить себе передышку и поднял глаза, магазин был пуст. Коммивояжер ушел.
Бросив монетку в настенный автомат, Чилдэн налил себе чашку горячего чая мгновенной заварки и стал медленно его прихлебывать, размышляя над случившимся.
Интересно, будет ли спрос на эти украшения? Весьма маловероятно. Но сделаны они довольно искусно. И ничего подобного еще не наблюдалось. Он внимательно осмотрел одну из заколок. Просто потрясающая вещица. Работа явно не любительская.
Я сменю ярлычки. Проставлю более высокие цены. Буду напирать на то, что это ручная работа. И уникальная. Оригинальный дизайн. Маленькие абстрактные скульптуры. Носите произведения искусства. Изысканные творения на вашем лацкане или запястье.
И еще одна мысль никак не выходила из головы Роберта Чилдэна, а наоборот, занимала все большее место. В этих изделиях совершенно отсутствует проблема подлинности. А именно, эта проблема когда-нибудь вызовет крах всей подпольной промышленности, изготовляющей исторические американские изделия прикладного искусства. Не сегодня и не завтра — позже, одному Богу известно когда.
Лучше не браться за слишком много дел сразу. Этот визит еврея-мошенника. Это могло быть предвестником. Если я потихоньку поднакоплю изрядный запас неисторических предметов современных изделий без историчности в них, подлинной или фальшивой, я, возможно, окажусь впереди других конкурентов. И пока что это мне ничего не будет стоить…
Откинувшись к спинке стула, он продолжал прихлебывать чай и размышлять. Момент меняется. Нужно быть готовым, чтобы измениться вместе с ним. Иначе можно оказаться на мели. Надо приспосабливаться.
Закон выживания, подумал он. Зорко следи за тем, как развивается ситуация вокруг тебя. Изучай ее требования. И удовлетворяй их. Всегда оказывайся в нужное время в нужном месте и делай нужное дело.
Поступай в духе «инь». Восточный люд это знает. Эти хитрые иньские черные глазенки…
Внезапно его осенило — он тут же выпрямился. Одним махом двух зайцев. Вот так. Он возбужденно вскочил с места. Осторожненько заверни лучшие из украшений (не преминув, разумеется, снять ярлычки). Заколку, подвеску или браслет. Что-то, в любом случае, отменное. Затем — поскольку придется покинуть магазин, закрывай его в два часа, прямо сейчас — и прямиком к дому, где живут Казоура. Мистер Казоура Пол будет работать. Зато миссис Казоура, Бетти, скорее всего, будет дома.
Вот вам подарок это новое оригинальное произведение американского искусства. Тут же парочку комплиментов в ее адрес от себя лично, чтобы завоевать благосклонность. Вот так и вводится новая мода. Ну, разве не прелесть? В магазине еще целая подборка аналогичных изделий. Заходите и так далее. Вот это для вас, Бетти.
Он задрожал. Только она и я, больше никого в квартире. Муж на работе. Вот такие-то превратности судьбы. Лучшего предлога не сыскать.
Воздуха!
Достав небольшую коробочку, упаковочную бумагу и декоративную ленту, Роберт Чилдэн начал готовить подарок для миссис Казоура. Смуглой красавицы. Стройной в своем шелковом восточном одеянии на высоких каблуках… Или сегодня на ней голубой хлопчатобумажный брючно-пиджачный костюм в стиле «кули». Очень легкий, удобный, такой домашний.