Чтение онлайн

Все. Офицеры карты получили. Задачи поставлены. Вопросы есть? Нет. Тогда с богом. Через двадцать минут выступаем.

Круто развернувшись, уверенно зашагал к штабной машине.

Майский лес был великолепен. Молодая зелень дружно пробивалась к свету. Солнце тепло и ласково грело и обнимало все вокруг. Мелкие и крупные птицы переливисто щебетали и цокали в ярко-зеленой листве, которая буйно, по-хозяйски, укрыла все вокруг. Денис Николаев, в который раз думал о том, какая великолепная природа здесь, какие чудесные пейзажи открываются взору. Когда смотришь на все это вызывающее великолепие взглядом простого человека. Когда не надо высматривать по сторонам притаившейся угрозы, не надо чутко контролировать шумы и шорохи вокруг, не надо внимательно следить за тем, куда наступаешь, чтобы, не дай бог, не нарваться на мину или растяжку.

Но сейчас для него и всех остальных это был не радостный молодой дивный лес, а просто «зеленка», напичканная самыми разнообразными смертоносными сюрпризами.

Двигались уже который час. Пока было все относительно спокойно, только далеко справа все стучал и стучал короткими очередями пулемет. Да мелькнули слева, на высоком склоне, какие-то тела. Далеко, не разглядели. Гнаться за ними было бы глупо, да и задача стояла другая. Следом, цепочкой, тянется пехота.

Время от времени от колонны пехоты отделяются по нескольку бойцов, они остаются и обустраивают опорные пункты. Выпадают короткие привалы, тогда разведчики падают на траву, вытягивают гудящие ноги и разминают немеющие от тяжелой ноши плечи. Ротный коротко сверяется с картой, Связь передает в эфир координаты местонахождения, и, не успев докурить по сигарете – в путь. С разведкой идет старый знакомый – сапер Тимофей с напарником.

Внезапно, после очередной остановки, размеренный, сосредоточенный походный ритм нарушает пронзительный нарастающий свист, катящийся откуда-то сбоку, из-за вершин деревьев. Все замерли, напряженно вслушиваясь в знакомый до боли звук приближающейся мины.

Звук в течение пары секунд приблизился и над головами превратился в дикий, сотрясающий воздух, пронзительный гул. Последняя надежда, что будет перелет, разорвалась, вместе с расколовшимся, в адском грохоте, небом. Землю, в которую вжались, ища спасения от грохочущей смерти, бойцы, осыпало градом осколков. Следом сыпанули сбитые с деревьев ветки и ярко-бирюзовые, еще клейкие, листочки. В небе слышны звуки еще и еще одной мины. Снова и снова огромный и беспощадный великан с оглушительным треском разрывал над головами полотнище неба, сотканное из тысяч прочных голубых нитей. Это мины рвались в кронах деревьев.

Команда ротного прозвучала в кратком перерыве между взрывами.

– Встать! Бегом! Вперед! Уходим из зоны!

Бойцы бежали смявшимся строем, оглядывались на все появляющийся новый и новый свист, казалось пытаются увидеть приближающуюся мину. Когда свист превращался в неотвратимый гул – падали, ища укрытия в крохотных ложбинках и меж трухлявыми стволами деревьев. Адский грохот снова осыпал их ветками, комьями грязи и палой листвой.

Обстрел прекратился так же внезапно, как и начался.

– Всем командирам взводов и отделений! Определиться и доложить потери! – Байкал стоял в полный рост спокойный и уверенный, небрежным жестом смахивая с себя прошлогоднюю листву. – Связь, ко мне!

Благодаря тому, что лес в этом месте был густой и высокий, все мины разорвались вверху и ветви прикрыли солдат от основной массы осколков. Ни 200-х, ни 300-х не было, только множество мелких царапин и ушибов.

– Связь, выходи на частоту «Грома», что они, мать их, по своим лупят!

Николаев подошел к ротному.

– Тащ ктан! А может это чичики?

– Связь! Какие чичики! – ротный кипятился. – Из крупного калибра стреляли. Откуда у них? Да и координаты наши знать надо. А где ты здесь видишь хоть приблизительно, хоть в принципе, место для их артнаводчика?

Солдат понял, что капитан прав и решил не соваться туда, где обученные и опытные офицеры разбирались лучше него.

– Связь, ну что там?

– Запросил, сейчас выясняют у старшего.

– Бог войны хренов… «Выясняют у старшего» … Давай на нашу частоту и докладывай начальнику разведки.

– Доложил, запрашивают наши координаты.

Ротный достал и развернул карту.

– Передавай. Квадрат «Енот», два, по улитке семь. Продолжаем движение. Всем! Прежний порядок построения – вперед!

Но не успели пройти и сотни метров, как снова услышали зловещий свист приближающихся мин. Снова попадали, укрываясь за спичкообразными деревцами и кочкоподобными холмиками. Вскакивали, бежали, пытаясь обмануть смертельную опасность. На этот раз к чудовищной какофонии прибавился крик и вопли Тимофея. Он падал и вскакивал как все, но при этом орал отборным матом.

Обнаружилась набольшая чашеобразная лощина. Разведчики скатились туда. Шанс минимальный, но все-таки есть. Достать их там можно было только прямым попаданием.

– Командир! – Кобра, озираясь по сторонам, обратился к ротному, – Нельзя так. Одной миной всех накроет.

– Рассредоточиться по склонам! Наверх никому не высовываться! Связь! Давай качай связь. Где эта гребаная артиллерия? Передавай, чтоб прекратили огонь по нашему квадрату.

Селиверстов стоял в центре ложбины в полный рост, держал в вытянутой вверх руке антенну, которая обычно для удобства ношения пригибалась к плечам и от этого давно потеряла упругость. Другой рукой держал поднесенный ко рту микрофон. После каждого взрыва он инстинктивно приседал, но не переставал ожесточенно кричать в микрофон позывные, затем, опустив тангенту, освободившейся рукой плотнее прижимал наушник. Вдруг он резко сорвался с места и на четвереньках стал карабкаться по короткому склону наверх.

– Стой! Назад! – пытался остановить его ротный.

– Тащ ктан! В низине не возьмет! Меня не слышат, надо наверх!

Добравшись до верха, он встал все в той же позе – одной рукой вытягивал на максимальную высоту «импотентную», как он сам называл, антенну, другой сжимал микрофон у рта. Все взгляды были устремлены на его нелепую фигуру с висящим впереди круглым, забитым под завязку, вещмешком и закрепленной на спине рацией. Он стоял, подрагивая при взрывах, но не замечал кусков металла с визгом проносившихся мимо. Один из крупных осколков под основание срезал ветку толщиной с руку. Она с шумом свалилась у него за спиной, лишь слегка коснувшись его листвой. Связь как будто не заметил и этого, сделав лишь шаг в сторону.

Святой смотрел на него и понимал, что этот неброский с виду парень, сейчас осознанно рискует жизнью, чтобы сохранить жизни своим товарищам.

Понимал это и ротный, стиснув зубы, наблюдавший за радистом. Он знал, что на войне так бывает – один должен рискнуть своей жизнью, чтобы спасти жизни многих. И приказать сделать это не может ни один командир.

Селиверстов вдруг странно скукожился, согнулся и, неуклюже семеня ногами, скатился к ротному. Ошалело вращая глазами, закричал:

– Тащ ктан! Это не наши! И не соседи! Значит, чичики лупят!

– Глуши рацию! Без моего приказа ни писка в эфир.

Связь послушно потянулся через плечо и с видимым удовольствием щелкнул тумблером. Как будто по волшебству наступила громогласная тишина – секунду назад отшуршали осколки последней мины. Совпадение было настолько невероятным, что все удивленно, смотрели на Селиверстова.

– Значит они, гады, нас пеленгуют?

– Нет, тащ-ктан, я когда-то служил в радиоразведке. Пеленг так точно не снимешь. Я им открытым текстом наши координаты передавал.