Чтение онлайн

Кто бы видел, как я тряслась, отправляя этот текст. Зависла после на полчаса над телефоном, гипнотизируя его взглядом.

Я ждала, что Демид хоть что-то ответит, но он прочитал сообщение, и ничего не написал, и не позвонил. Неужели ему было настолько плевать?

Шла в университет, планируя выловить его где-нибудь на перемене, чтобы всё-таки обсудить случившееся. С разбитым сердцем я ещё могла справиться сама, а вот с ребёнком было сложнее.

Но, Демида в университете не оказалось. Не пришёл он ни на свои пары, ни на потоковые. Это было вполне в его духе, но я очень надеялась, что он не начнёт теперь от меня бегать, после новостей о беременности.

Это было бы уже вообще по-свински!

На последней паре я летала в облаках. Сложно сосредоточиться на учёбе, когда у тебя вся жизнь идёт под откос, и сбивается с намеченного маршрута.

И, когда в аудиторию зашла секретарша ректора, даже обрадовалась, потому что была возможность повитать в своих мыслях. Чего я не ожидала, так это того, что преподаватель, о чём-то поговорив с секретарём, посмотрит в мою сторону, и скажет на всю аудиторию:

– Ася Смирнова, вас вызывают к ректору. Через двадцать минут уже пара закончится, так что можете сразу с вещами отправиться. Остатки лекции перепишете потом у кого-нибудь из одногруппников.

– Хорошо. Спасибо. – Нахмурилась я. Вариантов, зачем меня мог вызывать ректор, было очень мало. Единственное, что пришло в голову, это что могли пригласить для награждения за прошедшую конференцию. Всё же я заняла третье место на Всероссийской конференции, представляла свой университет…

Но, какой-то тревожный огонёк в голове подсказывал, что вряд ли повод для встречи будет радостным. Поздравлением победителей мог заняться декан, и то с натяжкой, но никак не ректор, под начальством которого обучалось больше десяти тысяч студентов.

Я шла за секретарём, стараясь не отставать. До этого в кабинете ректора мне бывать не приходилось. По теплому коридору мы перешли из одного корпуса в другой, и зашли в лифт, начав подниматься на самый верхний этаж.

– Простите, а вы не подскажете, по какому поводу меня вызывают?

– Роман Борисович сам вам всё расскажет, я не осведомлена. – Сухо отозвалась секретарь. – Меня лишь попросили вас найти и пригласить.

– Понятно. – Вздохнула я.

Передёрнула плечами при входе в кабинет с табличкой «Вавилов Роман Борисович, ректор», неприятное предчувствие усиливалось. Но мы оказались сначала в приёмной, откуда вела ещё одна дверь.

Тревога достигла апогея, когда секретарша постучалась в дверь уже кабинета и прозвучало: «Войдите», а я, войдя, увидела сразу двух мужчин. Оба были мне вполне знакомы.

Романа Борисовича, ректора нашего университета, я довольно часто встречала на важных мероприятиях. Разумеется, знала я его в одностороннем порядке. Не думала, что он знал о моём существовании до сегодняшнего дня.

А в кресле рядом с ним сидел человек, с которым я общалась ещё совсем недавно.

Отец Демида.

– Здравствуйте, Ася. Присаживайтесь. Нас с вами ждёт довольно неприятный разговор….

Демид, день конференции

Я сразу увидел машину охраны отца, как только мы вышли. Старался слишком сильно не оглядываться, чтобы не выдавать свою реакцию, и не пугать Асю лишний раз.

Номера московские. Никакой ошибки быть не могло.

А потом мне ещё и позвонили. Я обернулся, и увидел отца. Он стоял у машины, призывно глядя на меня, с телефоном, прижатым к уху.

Понял, что дело пахло жареным сразу же. Уж если отец бросил ради меня дела, и примчался сюда, похоже, задел я его сильно своим побегом.

Ничем хорошим для всех это закончиться не могло. Не знаю, чем я заслужил такого родителя, но после смерти мамы он словно ополчился на весь мир. Был невыносимым, грубым, бескомпромиссным, и даже, временами, жестоким.

Так что я выбрал наименьшее из зол. Решил, что пострадать должен только я.

С тоской посмотрел на Асю. Сегодня ночью я говорил правду. Я её любил. Так, что каждый раз, когда я на неё смотрел, у меня сжималось сердце от нежности, и мне невыносимо хотелось сжать её в своих объятиях, и никуда не отпускать.

И сейчас я как никогда понимал фразу, что ради любимых людей ты был готов на всё.

Только бы она была счастлива. Только бы у неё всё было… А, может, всё ещё обойдётся?

Но в глубине души я уже понимал: нет. Это конец. Если я не подойду к нему сейчас, он раздавит и её, и меня. Никого не пожалеет.

– Слушайте, вы идите завтракать, а я отойду ненадолго. У меня тут знакомый живет, он подъехал поздороваться. Встретимся уже на конференции, ладно?

Я говорил одно, а сердце кричало девушке: «Услышь меня! Я тебя люблю! Не отпускай.»

Но я уже развернулся, и шёл по направлению к большому автомобилю, который стоял не очень далеко от нас. К счастью, Ася его не заметила.

– Что ты тут делаешь? – Без приветствия начал я, засунув руки в карманы, и встав напротив отца.

Я совсем был не готов к тому, что произошло дальше. Потому что получил в челюсть. Хороший такой удар.

– Хотел поговорить как мужчины, а сам сбежал к этой дворняжке? Думаешь, у меня есть время мотаться за тобой, щенок? И ты, и она поплатитесь за моё время. А сейчас мои ребята затолкают тебя и увезут домой. Где я планирую плотно заняться твоим воспитанием.

– Не надо. – Прохрипел я, держась за лицо. Больно. У отца, несмотря на возраст, был поставленный удар. – Я сам поеду. Асю не трогай. Мы всё. Я поехал, чтобы поставить точку. Она ни в чём не виновата.

– Ну надо же мне кого-то винить, что мой сын совсем от рук отбился, и башкой поплыл, раз имел дурость дерзить отцу и так с ним общаться и подставлять.

– Я сам во всём виноват, сам и буду разгребать. Если ты ей что-то сделаешь, я за себя не ручаюсь. Я там в сейфе, когда взломал его, одни документы видел.… Сфоткал на всякий случай. Не думаю, что налоговая придёт в восторг. Хотя, погоди, наоборот придёт.

– Ты ещё смеешь мне угрожать? – Взял меня за грудки отец. – Совсем страх потерял?

– Я ничего не могу потерять, терять мне больше нечего. – Спокойно ответил я.

В тот же вечер я оказался в Москве. Я снова был под домашним арестом, только на этот раз дела обстояли куда серьезнее. К дому была приставлена круглосуточная охрана. Мой телефон забрал себе отец, и я остался вообще без связи с внешним миром.

Единственное, что мне удалось, это на следующий день сторговаться с одним из охранников, чтобы тот дал мне телефон на пять минут. Я не мог оставить Асю в подвешенном состоянии. Мне надо было сделать так, чтобы она и в сторону мою не смотрела. Для её же безопасности.