Чтение онлайн

Мы безмятежно отобедали, а когда вернулись на корабль, обнаружили, что над нашими головами сгущаются тучи.

На первый взгляд ничто не предвещало бурю. Тучи имели вид корабля, опустившегося рядом с нами, и оттенка он был отнюдь не предгрозового. Корпус его сиял девственной чистейшей белизной и золотом. Казалось, ни метеоритные дожди, ни космическая пыль никогда не прикасались к этому сверканию. По белизне и золоту сказочного корабля шли бесконечные чудесные узоры, кривули и загогулины, что навевало мысли о некоем кондитерском изделии, которое свихнувшийся пирожник решил сделать своим последним предклиническим шедевром.

Мела изумленно вскрикнула и рывком остановила флоутер, чтобы рассмотреть чужой корабль.

— Что это?!

— Малая версия лайнера «Астропалас». Кто-то бесится с жиру.

— Тут больше денег, чем вкуса, — хихикнула моя впечатлительная напарница, переводя флоутер в медленный облет златобелого чертога. Ладонь она держала козырьком перед глазами, чтобы защитить их от блеска.

— Мне кажется, — начал я медленно, — мне кажется, я знаю, чей это корабль.

Кому он принадлежит, я точно вспомнил, едва распахнулась крышка входного люка корабля и оттуда появились…

В основном это были маленькие, кривобокие, обросшие темным мехом негумы, но я смотрел не на них. Над толпой мохнатых созданий возвышался человек, наш соплеменник, не заметить которого в любом окружении было просто невозможно. Он был сложен как ардакканианец — так же высок, широк в плечах, узок в бедрах и мускулист — но во всем прочем отличался от жителей планеты-затворницы. На нем была белая рубаха без рукавов, небрежно расстегнутая на груди, белые обтягивающие брюки, не оставляющие сомнений в его половой принадлежности, и белые же сапоги на высоких каблуках. Золотые кудри ниспадали тугими кольцами, гладкая кожа, под которой перекатывались мускулы, отливала золотом и бронзой. Он увидел нас и медленно улыбнулся, сверкнув такими белыми зубами, что стало больно глазам.

У меня исчезли последние сомнения в том, кто это. И уже несколько минут я обливался холодным потом, пропитывающим рубашку.

Широко распахнув глаза и приоткрыв рот, Мела замерла, зачарованная. Довольно скоро сгорбленные мохнатые негумы принялись тыкать в нее пальцами, гортанно тараторя что-то на своем языке, гукая и издавая звуки, определенно напоминающие смех. Мела залилась краской, но не оторвала взгляд от человека в белом и золотом.

Он же, неторопливо изучив достоинства Мелы, обратил внимание на меня.

— Карб, не так ли? — Даже его голос — мелодичный баритон — отливал золотом и нисходил к нашему флоутеру без всяких усилий со стороны его обладателя. — Курьер Карб? С очень симпатичной спутницей…

— Мы знакомы? — спросил я хрипло, чувствуя, как на спине вновь выступает ледяной пот.

— Заочно — наверняка, — ответил золотой человек, вложив в голос и улыбку по капле издевки. — Что вас занесло в эти края? Какое-нибудь… поручение?

— Это мое дело, — отрезал я. — Но, может, вы скажете, зачем вы здесь?

Он звучно расхохотался.

— Следуя вашему примеру, оставлю вопрос без ответа. Я уверен, мы еще увидимся. Может быть, вы позволите мне пригласить на корабль вашу прекрасную спутницу, чтобы мы с ней могли познакомиться поближе?

Моя дурочка смотрела так, точно помани ее золотой субчик — и она кинется карабкаться вверх по завитушкам на корпусе шикарного звездолета. Я крепко взял ее за руку. Мела ожгла меня яростным взглядом, человек наверху гулко рассмеялся, а я, пунцовый от смущения и вне себя от беспокойства, наконец встал за рычаги флоутера и увел его прочь.

Когда мы наконец оказались на своем корабле, Мела нашла в себе силы спросить:

— Кто… это… был?..

— А ты не знаешь? — удивился я. — Думаю, в Федполе на него заведено объемистое досье. Это Деготь. Деготь Черноптин. Один из самых опасных и коварных преступников галактики. Называет себя принцем воров.

Взгляд Мелы слегка туманился.

— В самом деле? Так это Деготь? Что же ты не представил меня ему!

— Радоваться надо! Внешне он очарователен, перед ним невозможно устоять, но внутри он насквозь пропитан ядом.

Мела задумчиво облизнула губы, пропустив мои слова мимо ушей.

— А эти меховые негумы — кто они?

— Его свита… или команда. Забыл, откуда они родом. Их прозвали дегтярниками. Он выбрал их себе в услужение, чтоб на их фоне выглядеть еще более роскошно.

— Ему это не нужно, — пробормотала Мела.

Я нахмурился.

— Когда закончишь пускать слюни, будь добра, найди минутку и заставь себя подумать о том, зачем он здесь оказался.

Мела незряче посмотрела на меня. Я продолжал:

— Нам предстоит принять на борт очень ценный груз. Внезапно откуда ни возьмись появляется бандит из бандитов, ставит свой корабль рядом с нашим и давай многозначительно улыбаться. Разве это может быть простое совпадение?

— Ты сгущаешь краски, — ответила Мела. — Он может быть здесь по тысяче причин…

— Много бы отдал, чтобы узнать, каких именно.

Мела улыбнулась.

— Могу заглянуть к Дегтю в гости — он ведь меня приглашал — и узнать это у него самого.

— Держись от него подальше, — посоветовал я. — Он запросто может скормить тебя своим дегтярникам.

Тут в разговор вмешалась Поси: по комм-связи получено сообщение. Вадиманианский Администратор ставил нас в известность о сроке ближайшей Выдачи — то есть вручения нам фраксилийского цилиндра. Завтра, точно в середине биодня. Я поблагодарил чиновника и поспешно выключил комм, поскольку куда сильнее завтрашней Выдачи меня тревожили сегодняшние вечер и ночь и то, что я хотел в течение этого срока предпринять.

Мела удивительно легко позволила уговорить себя остаться стеречь корабль, пока я буду заниматься делами в припортовом городке. Я, привыкший полагаться только на свои силы, собирался разведать обстановку. В общем-то Деготь оказал мне услугу.

Его появление встряхнуло меня, заставило вспомнить о стоящей перед нами проблеме, о которой я, зачарованный благостным настроением Мелы, вдруг забыл.

Мысленно ступая на цыпочках, я вскочил в наш флоутер и перенесся в городок, где оставил машину и смешался с толпами пешеходов. Разумеется, я не питал надежды на то, что меня не заметят — люди Семьи наверняка следили за каждым моим шагом. Наверняка за мной плелись и другие соглядатаи. Однако в вадиманианской толпе людей, мутантов и негумов довольно трудно было разобрать, кто за кем следит.