Завещание английской тетушки
Шрифт:
– Прекрати! Хватит попрекать меня деньгами Веры.
Леонтий еле сдерживался. Издевка на лице сестры мешала начать откровенный разговор и выводила из равновесия.
– У тебя все? – Полина закрыла флакончик с лаком и вопросительно посмотрела на брата.
– Нет. Мне надо… в общем… ты не думай…
– Господи, что за детский лепет?
– Как только я стану владельцем состояния Веры, вы с Лианкой сразу получите по двадцать процентов каждая, – выдохнул Виноградов.
– Ах, вот оно как? Значит, ты согласен поделиться с сестричками куском от пирога?
– Согласен.
Полина задумалась.
– По двадцать процентов нам и шестьдесят себе. А где же равенство, братик?
– Тебе мало? – Леонтий не верил ушам.
– В первую очередь мне обидно и горько.
– Сколько же ты хочешь?
– Половину.
– Ты бредишь.
– Жалко? Жалко расставаться с чужими капиталами?
– Видно, не получится у нас конструктивного разговора, я зря пришел.
– А теперь послушай меня… – Полина приблизилась к брату вплотную. – Меня не волнует, что эта старая ведьма, находясь в маразме, накатала в завещании, но я знаю совершенно точно – ты не получишь ее миллионов.
Леонтий вышел-таки из себя, тряхнул Полину за плечи.
– Получу! Еще как получу! Не пройдет и полугода, как стану сказочно богатым!
А Полина уже съехала с катушек. Завизжав, она принялась колошматить все, что попадалось под руку: настольную лампу, лак для ногтей, зеркальце.
Не на шутку перепуганный, Леонтий был вынужден применить силу.
– Пусти меня!
– Приди в себя.
– Убери руки!
– Прекрати истерить.
Неожиданно дверь открылась, и в номере появилась Кира.
– Ну, Виноградовы, вы даете… Такой шум подняли, хоть уши воском заливай.
– Кирка, выйди! – крикнула Поля.
– Подружка, разве так должна вести себя гостеприимная именинница?
Вырвавшись из крепких объятий Леонтия, Поля подбежала к Большовой.
– Кирка, не выводи меня. Вали к себе в номер или будет хуже.
– Угрожаешь?
– Пошла отсюда, шлюха! – завопила Виноградова.
Кирка побледнела.
– Поля, ты…
– Убирайся! Убирайся, потаскуха!
Всхлипывая, Кира выбежала. Леонтий смерил сестру презрительным взглядом.
– У тебя никогда не будет настоящих друзей. Ты психопатка.
– Скоро узнаешь, на что способна психопатка. – Поля расхохоталась.
Покрутив пальцем у виска, Леонтий покинул номер.
– Вот такой разговор произошел между нами за несколько часов до убийства. Сами понимаете, зажигалка могла выпасть именно в тот момент, когда я пытался утихомирить Полинку.
– Почему Поля назвала лучшую подругу шлюхой?
Нижняя губа Виноградова предательски задрожала.
– Полька истеричка, с нее взятки гладки. Она не следила за речью, оскорблениями плевалась направо и налево.
– Где находится пансионат?
Записав на клочке бумажки адрес, Катка взяла со стола перчатки.
– В каком номере произошло убийство?
– В тридцать седьмом.
В комнатушку забежал бритый парень.
– Здорово, Леонтий! А че, Петрович не у тебя?
– Ушел.
– Как ушел? Он че, совсем оборзел? Мы же договорились, что он мою тачку позыркает.
– Ты бы еще ночью притопал.
– Ё-ка-лэ-мэ-нэ… Ну и как быть?
– Не знаю. – Виноградов посмотрел на Катку. – Попробуй звякнуть ему на сотовый, может, согласится снова сюда пришлепать.
Парень выбежал на улицу.
– Еще вопросы будут?
Катарина отрицательно покачала головой.
– Тогда желаю вам удачи в расследовании.
– Она мне пригодится.
Виноградов тихо хмыкнул.
В «Фиат» Катка садилась с ощущением некой тревоги. Интуиция о чем-то шептала, но расслышать, о чем именно, к большому сожалению, никак не получалось.
ГЛАВА 9
Все без исключения женщины любят делать покупки. Не у всех, правда, есть возможность оставлять ассигнации в дорогих торговых центрах, но иногда и сам процесс шествования по многочисленным магазинам поднимает настроение и вселяет надежду на лучшее.
Алиса с матерью вышли из очередного бутика.
У Инны Игоревны горели глаза, и дама, несмотря на усталость, не собиралась отправляться домой. Напротив, ей не терпелось подняться на третий этаж, дабы и там присмотреть что-нибудь эдакое для себя, любимой.
Алиса же к шопингу относилась довольно равнодушно. Конечно, приятно стать обладательницей милой кофточки или симпатичного шарфика, но на данный момент молодую женщину волновали проблемы иного толка. Она непрестанно думала о долгожданном наследнике. Еще каких-то шесть месяцев, и она выполнит свое женское предназначение – станет матерью. Скорее бы, уж очень медленно идут дни, время будто остановилось, и Виноградова ежедневно брала в кружочек даты ушедших дней на настенном календаре, как бы приближая самую счастливую пору своей жизни.
Инна Игоревна потащила дочь к эскалатору.
– Не мешало бы купить сапожки, мои уже вышли из моды. Да и тебе надо купить что-нибудь новенькое.
– Неохота, мам. Сегодня я не в духе.
– Плохо себя чувствуешь?
– Вроде нет, но на душе как-то неспокойно.
– Вот сейчас поднимемся на третий этаж, и расцветешь, как майская розочка.
Алиса натянуто улыбнулась.
В одном из бутиков Инна Игоревна всплеснула руками:
– Бог мой, доча, посмотри какая блузочка! Она ж специально меня дожидается! Красотища… А воротничок какой экстравагантный!
Алисе блузка решительно не понравилась, но, зная, что ее вкусы всегда шли вразрез с материнскими, закивала.
– По-моему, неплохо.
– Сколько стоит? – обратилась Инна к продавщице.
– Полторы.
– Ой, я немедленно хочу ее примерить. Пятидесятый размер, пожалуйста.
Продавщица, низенькая девушка с грустными глазами, с жалостью посмотрела на Инну.
– Пятидесятого нет. Остался только сорок шестой.
Инна Игоревна горько вздохнула:
– Ну почему, почему стоит мне только увидеть понравившуюся вещь с подходящей ценой, как мой размер заканчивается?