Чтение онлайн

– Первая, Вторая и Третья. Оригинально, – улыбнулась я, продолжая слушать паренька. Артефакт перевёл названия поселений, но, как ни странно, я всё равно услышала, как они звучат на местном.

Мы всё ближе подъезжали к деревушке, нас увидели издалека и на улочки высыпали босоногие дети в длиннополых рубахах и коротких штанишках, девочки в платьицах из простой, но добротной ткани, цвета разнились от светло-серого с вышивкой красной нитью по вороту до тёмно-коричневого.

Ох, как же много ребятни! За ними к нам вышли, ненадолго прервав свои дела, и взрослые.

И всё бы ничего, но…

Я даже сняла солнцезащитные очки и потёрла глаза. Померещилось? Нет, они все реальны!

– Добрый день! – краснокожий… орк подошёл к притормозившей бричке.

Мужчина был два метра ростом, может, даже выше, с широким мускулистым торсом, длинными накачанными руками. Лицо с грубыми чертами в целом не было отталкивающим, даже добродушным: крупный нос картошкой, внимательные, глубоко посаженные, тёмно-карие глаза, но вот мощные клыки, растущие из нижней челюсти, были пугающими.

– Госпожа, позвольте представить вам старосту Первой, Кеску Осьёна, – подал голос Марк. – Также Кеску кузнец, самый лучший в этих краях.

– Скажешь тоже, – махнул на него лапищей орк. – Леди! – мужчина низко мне поклонился, чуть ли не до самой земли, – мы все так рады вашему приезду! Слов нет! Сегодня большая часть крестьян остались дома, ждали вас в гости.

Я опешила от такого приёма и вежливо кивнула:

– Спасибо! Вы очень добры… эм, мастер Осьён.

– Ой, какой мастер! – махнул он мощной лапищей. – Зовите меня просто Кеску, как и все. Пойдёмте, на главной площади сейчас накрывают столы в вашу честь, все мы счастливы за Хозяюшку нашу, что внучка её наконец-то нашлась!

– Погодите, – опомнилась я, посмотрев на мордашки чего-то ждущих детей, – раздайте, пожалуйста, детворе, – и передала увесистую корзину довольному старосте.

Марк же, не став ждать ответа Кеску, щёлкнул кнутом, толпа расступилась, и мы резво покатили по образованному селянами живому коридору куда-то вглубь поселения. Удивлённо оглядывая опрятные дома, сложённые из хорошо обработанного дерева, вдруг подумалось: бабушку тут явно не просто уважают, а искренне любят. А ещё я всё никак не могла осознать подобное разнообразие рас. Гномчисс, сидящий на козлах, староста – краснокожий орк, и десяток таких же, как он здоровущих представителей этой необыкновенной фэнтезийной расы, женщины, правда, были поизящнее, но всё равно невероятно крупные. Эльфы среди жителей Первой тоже встречались, и просто гномы также мелькали в разномастной толпе. И, конечно же, люди, коих здесь было большинство.

Мы с ветерком промчались по живописным, чистым, утопающим в цветах, улочкам и в итоге выехали на площадь. Грубо сколоченные столы выставили буквой П, туда-сюда сновали люди и нелюди, неся в руках тяжёлые подносы с едой. В стороне на двух вертелах дюжий орк жарил туши крупных кабанов.

Я также обратила пристальное внимание на несколько особняком отстоящую церковь. Сложённая из грубо обтёсанного светло-серого камня, она возвышалась над другими зданиями монолитной скалой. Символ местной религии представлял собой выполненный из серебра крест, наподобие медицинского, заключённый в круг. Любопытно, что значит?

Как только бричка остановилась и я спустилась на землю, ко мне тут же подскочила улыбающаяся Режина:

– Госпожа Есения, надеюсь, нам удалось вас обрадовать?

– О, ты тоже здесь? Да, сюрприз удался, – кивнула я, не зная, что ещё сказать. У людей тут праздник, и они таким образом хотят показать, насколько рады моему появлению. В такой ситуации я ещё ни разу в жизни не оказывалась, потому смущалась и терялась.

– Следуйте за мной, познакомлю вас с отцом Пилеппе, замечательный человек, – тараторила Режина, ведя меня к столу, стоявшему на возвышенности.

Моя одежда вызывала у окружающих живой интерес, но они старались рассматривать меня украдкой, только дети глядели прямо, а несколько из них даже преградили дорогу и вежливо спросили:

– Леди Есения, а скажите, почему вы в мужской одежде? И что обозначают эти символы на вашей рубахе? Обережные, да? – ткнула одна из них пальчиком в мою футболку с затейливым рисунком на груди.

Я сначала растерялась, но, недолго думая, присела на корточки и заглянула в большие глаза девочки орчанки:

– В том месте, откуда я родом, женщины могут носить штаны. А эти рисунки – не несут в себе никакого смысла.

– А те штуки на вашем лице, чёрные такие, глаза закрывающие, зачем они? Для отпугивания злых духов? – вышла вперёд совсем малышка, явно с примесью гномьей крови.

– Это очки, они защищают от солнечных лучей.

– А зачем от них защищаться? – склонила та же девочка голову к широкому плечику.

– Чтобы сберечь зрение, – нашлась что ответить я.

– А ну, ребятки, – позади нас раздался добродушный мужской голос, – вы так напугаете нашу гостью. Столько вопросов и все разом!

Я выпрямилась и обернулась к говорившему. Незнакомец был высоким в длинной до пят тёмно-синей рясе, поверх которой накинут бордовый плащ без рукавов, на груди его, на серебряной цепочке, висела подвеска – крест в круге. Я бы дала мужчине от силы лет пятьдесят, несмотря на полностью седые волосы, добрые голубые глаза смотрели прямо, черты лица крупные, правильные, святой отец производил приятное впечатление.

– Отец Пилеппе, – представился он, – добро пожаловать на земли Брюмо! Мы ждали вас, госпожа Есения. И очень рады, что наконец-то дождались.

Нейросеть постаралась)

Глава 7

Меня мучила бессонница, часы давно перевалили три ночи, а сна ни в одном глазу!

– Так ведь нечестно! Почему такие приёмы? – рассерженно перевернулась на другой бок. – Дети, старики, все смотрят на меня с надеждой. Какой-то неоправданной благодарностью, что я откликнулась на зов их любимой хозяйки Мишель, – вопрос улетел в темноту комнаты, камин давно погас, впрочем, было совсем не холодно, я даже окно приоткрыла, чтобы впустить в комнату прохладу ночи.

Кроме всего этого, в глубине души чувствовала обиду за сказанные бабушкой слова: одинокая, никому не нужная, без толкового занятия в жизни. И всё это обо мне.

В книгах мои героини сильные, уверенные в себе, не они прогибаются под условия, а сами меняют мир под себя. Всегда хотела быть такой, но что-то не срослось, в какой-то момент сломалось. Неудачи в любви, проблемы по-женски и в итоге невозможность забеременеть. И я забила. На себя. У меня в шкафу не было ничего красивого, всё до жути практичное: джинсы, какие-то безразмерные свитеры, кроссовки, даже косметику сто лет не брала. Моя однушка превратилась в берлогу писательницы. В этом нашла отдушину – хоть кому-то было интересно моё творчество. Вся моя жизнь в итоге оказалась в виртуальном мире. Я не мыслила себя без интернета, без чатов с читателями и друзьями, коллегами, с которыми даже вживую не была знакома. Всё какие-то псевдонимы.