Завещание для внучки
Шрифт:
– Задание от госпожи следует выполнить.
– И как долго я тебя не увижу?
Дюваль задумчиво посмотрел мне в глаза и всё же ответил:
– Я не знаю. Если бы мой Максимус был обычным некроконём, то месяца два, но он летает, так что процесс сильно ускорится.
В тот вечер мы позволили себе чуточку больше, чем обычно: Тео, конечно же, сопротивлялся, но в итоге сдался под моим напором и позволил себе простые обнимашки и довольно целомудренные поцелуи. Мы много болтали обо всём на свете, также я рассказала о себе, а он о своей семье и своём детстве.
На следующий день Дюваль отбыл в Рог, чтобы отправить письмо в столицу, затем ночью оттуда же улетел к загадочному армариусу ошэ Нимэ. Я же пообещала его ждать и непременно дождаться. А чтобы заглушить тоску, занялась решением проблемы освещения усадьбы и всех своих деревень.
***
С моря дул порывистый ледяной ветер, залетал под длинный плащ барона Омпона, вызывая по его телу неприятные колкие мурашки.
Мужчина спешил домой, зябко кутаясь в шарф, который связала ему его невеста, прекрасная Николь, дочь богатого купца, его партнёра по делам кораблестроения.
Жизнь – отличная штука! Уметь смошенничать и вовремя уйти от наказания – это своего рода талант, коим Жозер страшно гордился. Он не боялся, что обманутые им люди станут его искать: слишком далеко Омпон забрался, чтобы тратить на него время и деньги.
Едва слышно скрипнула калитка, и вот мужчина шагает по ухоженной, чисто выметенной дорожке в сторону своего двухэтажного особняка. Элла, экономка, поди уже спит – в окнах нигде не было видно света, потому Жозер, вынув ключи из кармана плаща, хотел было вставить их в замочную скважину, как услышал странный звук и, резко обернувшись, замер, широко в ужасе раззявив рот. Пальцы, державшие связку ключей, ослабели, и металл, выскользнув из рук, оглушительно хлопнулся о пол веранды.
– Доброй ночи. Впрочем, сегодня она добрая только для меня, – на лице прекрасной незнакомки проступила лукавая усмешка, а красивые очи сверкнули потусторонним изумрудным светом. Но не девушка его напугала, а страшный монструозный конь, замерший позади хозяйки, с полыхающим алым глазами и острыми, как иглы зубами, торчащими из жутко оскаленной пасти.
– Замечательную верфь вы отгрохали, и кораблик там стоит почти готовый к плаванию. Жаль будет, если такая красота превратится в пепел… Вам поди интересно, кто я? Графиня Есения Мглистая.
Прозвучавшее имя заставило барона прикусить язык и икнуть. Перед ним стояла наследница мадам Мишель, и она явно не бесталанная, а это значит… Судорожный шаг назад и вот он упирается спиной во входную дверь: более отступать некуда и бежать тоже. Как верно подметила незваная гостья – сегодня не его вечер.
– Я… э-э… – проблеял Жозер, мысли путались в поисках выхода их сложившейся ситуации: но откуда-то пришло понимание – в этот раз ему не отвертеться.
– И вы задолжали моей семье весьма крупную сумму, – леди медленно взошла на крыльцо. Омпон с трудом сглотнул вдруг ставшей вязкой слюну. – Скажу прямо: в ваших интересах вернуть мне мои девяносто серебряных монет. А с учётом проделанной до вашего дома дороги, полноценные две сотни, – глаза графини сверкнули злостью. – И только попробуйте возразить!