Завещание Имама
Шрифт:
– Может ему развязать руки?
– кричит один другому.
– Не надо, еще здесь упираться будет. Давай двигай.
Они швыряют меня вниз. В ушах свистит ветер. Ужас охватил меня... Я заорал...
.......................................................................
Я дернулся и пришел в себя. Остатки ужаса медленно улетучиваются. Рубашка от пота прилипла к телу. По прежнему нахожусь на заднем сидении машины и по прежнему она жмет по темному шоссе.
– Я долго спал?
– спрашиваю затылок шофера.
– Два часа.
– Скоро приедем?
– Скоро.
– А куда мы едем?
– Куда надо, туда и едем.
Я задумался. Так вот как меня сбросили с вертолета? Ах ты муфтий, муфтий, отомстил называется. Но видно в одном он прав. Такова видно была воля Аллаха, чтобы мы остались оба живы, испытав такие потрясения.
Вдруг в машине зазвонил телефон. В руках шофера появилась трубка.
– Але...
– слышу его голос.
– Да. Все в порядке.... Понял... Запомнил... Хорошо, задержусь на двадцать минут... Пока.
Трубка исчезла. Машина по прежнему мчит через ночь.
– Кто это звонил?
– не выдерживаю я.
– Кому надо, тот и позвонил.
– Это насчет меня?
– Это насчет нашего пути.
Черт, из него ничего не вытянешь.
Это был Смоленск. Машина едет по пустым улицам и вскоре останавливается у небольшого дома. Шофер оборачивается ко мне.
– В этом доме подниметесь на второй этаж. Квартира номер двенадцать. Через двадцать минут вы должны вернуться и быть здесь. Если этого не сделаете, я уеду. Время у нас расписано по минутам...
– А кто там?
– Время пошло. Осталось девятнадцать с половиной минут.
Я открыл дверь и выругался. Направился к дому, добрался до второго этажа и нажал кнопку квартиры номер 12. Слышны легкие шаги, потом дверь открылась и я обомлел. На пороге стояла она...
– Зейнаб...
– Саша...
Слеза предательски поползла о ее щеке. Я бросился к ней и крепко обнял.
– Зейнаб, радость моя.
– Сашенька, живой.
Теперь она заплакала.
– Ну что ты? Успокойся. Я тебя так искал...
Она кивает головой.
– А я думала, что уже все... Тебя нет и нет больше для меня света...
Мы отрываемся друг от друга. Я оглядываю такое знакомое лицо с огромными черными глазами.
– Чего же мы стоим, входи в квартиру.
Она тащит меня за руку в комнаты.
– Я скоро должен уехать.
– Я знаю, мне звонили. Они сказали, что у тебя беда?
– Да. Я сделал большую глупость, перевел книгу Салмана Рушди...
– Господи, да как же это?
– Так получилось. Теперь меня спасает КГБ.
Она кивает головой.
– А ты то как?
– спрашиваю ее.
– Учительствую. После того как мне сообщили, что ты погиб, для меня все было в черном свете. Тут еще родители захотели сыграть свадьбу, в общем бежала из дома, сначала в Кулунду, есть такой город в Алтайском крае, потом сюда.
– Я был в Кулунде, там нашел учеников твоего бывшего класса Риту, Гошу.
– Да что ты говоришь? Значит искал меня?
– .... Да... Так вышло. Потерял память, но потом понемногу все возвратилось...
– Ты так много перенес.
– Мне скоро уезжать, а я тебе много еще не сказал, но сейчас хочу сказать самое главное. Я любил и люблю тебя. Если переживу эту черную полосу, ты меня будешь ждать?
– Сашенька, - она опять заплакала.
– Сколько же нам маяться еще?
– Скоро. Очень скоро. Я к тебе приеду, но уже с другим лицом. Примешь такого?
– Приму, в любом виде, приму.
Я стал собираться. Зейнаб опять бросилась на шею и ее прорвало в рыдании.
– Мне пора. Жди. Я скоро приеду за тобой.
Федя ведет машину по городу и я вижу он не собирается за город.
– Мы здесь заночуем?
– спрашиваю его.
– Нет, заночуешь здесь ты, а я поеду дальше.
Он подвозит меня к чуть подсвеченному зданию.
– Выходи, - командует шофер
Мы вместе подходим к дверям и я замечаю рядом с ними медную табличку: "Военно-медицинская клиника". Федя нажимает на кнопку звонка. Двери открываются и появляется офицер.
– Чего так долго?
– ворчит он.
– В Москве полно транспорта, еле выбрались, - за меня отвечает шофер.
– Хорошо, пошли.
Мы проходим по первому этажу до кабинета начальника клиники. Сонный полковник оторвал голову от стола.
– Привезли клиента?
– сразу спрашивает он.
– Да, вот он.
– Прекрасно. Как вас теперь по новому величать?
– Вот его новый паспорт и военный билет, - шофер протягивает полковнику документы
Тот раскрывает их и читает.
– Антонов Александр Герасимович, место проживания... Смоленск. Ха, так мы еще с вами встретимся. Ну что же, Александр Герасимович, пошли в операционную. Мед карту его привезли?
– спрашивает он шофера.
– Да, копию...
– Пойдет.
Меня выводят из кабинета. Шофер, прощается со мной и шепчет на ухо.
– Будете здесь устраиваться на работу, никому не говорите, что вы знаете арабский язык. Прощайте.
Прошло два года.
Идут тяжелые годы перестройки в России. У меня маленькая семья: Зейнаб, годовалая дочка и я. Ни чего не осталось от бывшего Александра Джафарова, мне изменили лицо, фамилию, паспорт. С трудом устроился в школу на работу учителем истории и вдалбливаю непонятному поколению простые истины.
Однажды зашел в центральную библиотеку города и случайно увидел в пачке старых газет, сложенную газету на арабском языке. Я оглянулся, не следит ли кто за мной и, убедившись, что каждый в зале занимается своим делом, стал быстро ее читать. На первой странице красный заголовок: "Завещание имама Хомейни". Вот отрывок переведенного текста из этой статьи.
" Во имя бога Милостивого, Милосердного. Един Бог к которому мы все вернемся.
Я хочу сообщить неустрашимым мусульманам всего мира, что автор книги, называемой "Шайтанские суры", написанной, отпечатанной и выпущенной в свет в качестве вызова Исламу, Пророку и Корану, равно как и те издатели, которые были осведомлены о ее содержании, приговорены к смерти.