Завещание Малого Льва
Шрифт:
такой, он ее такой и видел. Остальное было просто налетом.
– И сама устала и меня замучила. Зачем только?
– Еще скажи, что тебе всё равно, - усмехнулась она.
– Мне не всё равно, но не в том смысле. Если тебя это так огорчает, то с какой стати
радоваться мне? Но не думай, что это что-то меняет. Миллионы мужчин имеют стареющих
жен, и ничего в этом страшного нет. Мы и сами не вечны. Женщина может быть прекрасной
в любом возрасте. Просто ты почему-то хочешь выглядеть на двадцать пять.
– А на сколько, по-твоему, выглядят эти львицы?
– Да при чем тут эти львицы?
Ингерда посмотрела на него как на тупого и развела руками.
– Только притом, что они есть. И они тебя окружают!
Он устало вздохнул.
– Герда, я был не с ними. Я принимал роды у Сии.
– Знаю, - сказала она, - слуги уже доложили.
– Даже так? Знаешь и возмущаешься?
– У тебя вечно что-то случается. Не одно так другое. Я устала от этого. Я вообще от всего
устала!
– Герда…
– Знаешь, - заговорила она обреченно, - это уже не исправишь. Я в самом деле устала от
этой борьбы. Я хочу спокойно состариться, растолстеть и сморщиться, я имею на это право,
как любой биологический объект. Только не здесь и не при всех.
– Герда, ну что ты опять придумала?
– Наше время кончилось, Леций, - посмотрела она сверкнувшими глазами, - а то, что его
было мало - ты сам виноват. Ты был с кем угодно, только не со мной.
Это он слышал уже не один раз. Он тоже устал, в том числе и от страха ее потерять. Над
серым заливом крутилась поземка, заворачиваясь в петлю, как будто подсказывая, что ему
нужно надеть на шею.
– А может быть, это ты была не со мной?
– сказал он хмуро.
– А по-другому и быть не могло, - горько усмехнулась она, - мы слишком разные. Пора
это признать. Знаешь, отец был прав еще тогда, когда отослал меня на Землю. А я, дура,
двадцать лет с ним не разговаривала. Он лучше всех понимал, что я нормальная земная
женщина, и мне с тобой будет невыносимо. Какое мне дело до твоих аппиров? Ты думал, я
начну так же рьяно за них бороться? Да, я пыталась заниматься благотворительностью, но
это их только развращает. Они как были вампирами, так и остались. А теперь я должна
полюбить Оборотней и расшаркиваться с этими лицемерными нестареющими красотками?
Тебя вечно окружают монстры, и они тебе гораздо интереснее, чем я. Ты даже в постели
пытаешься мне о них рассказывать!
– Герда…
– Никто не виноват. Просто мы ошиблись. Мы слишком разные с тобой. За сорок семь
лет совместной жизни можно было это понять. Мы не созданы друг для друга.
Она как будто даже была спокойна, но горечь в ее словах всё-таки слышалась.
– И при этом, - усмехнулся Леций, - сорок семь лет я тебя любил.
– 26 –
КНИГА 5 – ЗАВЕЩАНИЕ МАЛОГО ЛЬВА. Часть 1 – Пирамида
– Конечно, - кивнула она, - и считал, что уже этого вполне достаточно. А женщине
нужны проявления этой любви, понимаешь? Мы, землянки, видишь ли, недогадливые,
читать чужие мысли не умеем. И словам иногда не верим. Ты меня любил… как бы это
сказать… по остаточному принципу. Останется время - загляну к жене!
Леций считал, что было как раз наоборот, но спорить не имело смысла. Ингерда всё
решила сама, и он где-то в душе уже с ней согласился.
– Я никогда не была с тобой счастлива, - беспощадно и безразлично заявила она, - разве
только короткими вспышками. Я не была любимой, я не была необходимой… Я очень
сильная, Леций, я привыкла выходить победителем и не выношу, чтобы меня жалели,
поэтому никто никогда об этом не догадывался. Да и сейчас никто не узнает… как никто не
увидит моей старости. Такого удовольствия я твоим львицам не доставлю.
– И поэтому ты хочешь меня бросить, - уточнил он, совершенно отупев не то от боли, не
то от бесконечной досады, на то, что бесполезно сто раз объяснять одно и то же: и про львиц,
и про аппиров, и про любовь…
– Я хочу тебя освободить, - сказала она, - тебе нужна другая жена, такая же
бессмертная…
– Я смертен.
– … и великая, как ты. Твоего полета! Ты великий, Леций, кто же будет отрицать? Ты
почти что бог. Вот и найди себе богиню и будь с ней счастлив. Я заполнила кусок твоей
жизни, не самый длинный, полагаю, и не последний, родила тебе двоих детей. Скажи мне за
это спасибо и отпусти меня. Я слишком устала.
Она сказала так и опустошенно упала в кресло. Халат распахнулся, она поспешно
прикрыла им ногу. Это было в последний раз, когда он видел ее коленку, гладкую, точеную и
позолоченную искусственным загаром. Он не до конца понимал, что происходит, только то,
что ему выставили счет и расплачиваться придется по полной программе.
– А как же Ассоль?
– Ассоль принцесса. Будет жить с тобой во дворце. А меня она всегда найдет, если я ей
понадоблюсь.
– На Земле?
– Я еще не решила. Может, и на Марсе. Домой в Радужный я уж точно не вернусь. Там
меня все знают.
– Там все постарели, не только ты.
– Я - не все.
Она сказала это твердо. Он с этим согласился.
– Да. Ты - не все.
Замены ей не было, не было второй такой Ингерды Оорл. Он не мог себе представить
другую коленку, которую захочется погладить… вот если бы только Ла Кси сошла с небес и
сказала, что всегда любила только его, а Ричард - просто ошибка. Вот тогда… Мечты у него,
конечно, случались, мечты о совершенно недостижимом. Но в реальности он никого не
желал, кроме своей жены. Он вообще был реалистом.
Видимо, лицо его всё-таки передернулось от боли, когда он представил предстоящую
пустоту и те беспощадные способы, которыми он будет эту пустоту заполнять.