Завещание Малого Льва
Шрифт:
одной стороны - воплощенное зло. С другой - жертва, мученик собственной совести, которая
у него где-то глубоко все-таки есть, во всяком случае, была. У Ящера совести не было
никакой. Он выжирал, издевался и наслаждался при этом. Князь еще хуже, он убивает. Но не
для удовольствия, а по необходимости и при этом понимает, что лучше бы не так. Впрочем,
– 334 –
КНИГА 5 – ЗАВЕЩАНИЕ МАЛОГО ЛЬВА. Часть 3 – Мать Медуза
кого здесь волнует, что у него внутри? Важно, как он живет, что творит и что собирается
сделать. Ответ один - зло.
На этот раз к кораблю его сопровождала Одиль. Она накинула только дырявую шаль и
почему-то в ней не мерзла. Он же зубами постукивал.
– Я там тебе еще мыло притащила и порошки. Может, помощников надо?
– Не надо, Одиль. Я всё сам сделаю. Звездолет - дело тонкое.
– Как знаешь. Мне-то он не нужен.
– Ты что, не летала ни разу? Князь тебя не берет?
А он-то хотел спросить, чем они занимаются там, на других планетах. Хотя… и так ясно
чем.
– Я Прыгун, - заявила Одиль просто, как будто между делом.
– Прыгун?!
– Слышал о таких?
– Слышал, - сказал он удивленно (сюрприз за сюрпризом!) - и видел.
– Кого?
– в свою очередь удивилась она и даже как будто возмутилась, что кто-то из них
посмел здесь появиться.
Они оба так и застыли на полпути посреди заснеженного поля. Йон дрожал на ветру.
– Ассоль, - произнес он имя, которое давно не произносил, - знаешь ее? Вы все как будто
родственники?
– Знаю, - поморщилась Одиль, - шальная девка. Носят ее черти по всей галактике…
Но как будто успокоилась. Почему-то про Леция Йон решил ей не говорить. И про
красавца Льюиса Оорла тоже.
– А ты что здесь делаешь?
– спросил он, - тебя-то чего черти носят? Тем более у тебя там
сын?
Она вздохнула, сняла дырявую шаль и обмотала его голую шею. Сама осталась в одном
платье.
– Здесь мне самое и место.
Яснознание его покинуло, он не мог понять, почему красивой и здоровой женщине,
Прыгунье, место среди мутантов.
– С Князем? Ты что, Одиль? Он же чудовище!
– Я тоже.
– Ты?!
– Мы с ним похожи. И я его понимаю. Я тоже пока чужих страданий не упьюсь, не
успокоюсь.
При этом она стояла раздетая на ветру и смотрела на него с нежностью, как на
собственного сына. Странная была Прыгунья.
– Бедная, - сказал он.
По дороге он мог спросить ее про Ассоль, но так и не решился. А сама она больше
ничего не говорила, что-то себе думала и покусывала губы.
В корабле он всё отмыл и прочистил, даже кресла и камеру для мусора. И тогда
компьютер сообщил ему, что аппарат к взлету готов. Йону стоило трудов заблокировать этот
режим, чтобы никто и никогда кроме него или самих хозяев этого чуда уже никуда не смог
улететь.
– Ну что?
– спросил Князь.
Было уже темно, снова навалилась усталость, и хотелось домой.
– Я всё починил, - сказал Йон, честно глядя ему в глаза, - но есть одна загвоздка.
– Какая?
– Элементарная. Горючего нет.
– Что? Какого горючего? До сих пор он летал так.
– Потому что оно было.
– Издеваешься? Без малого три века оно было, а теперь нет?
– Всему приходит конец.
– И что это за горючее?
– Откуда я знаю!
– 335 –
КНИГА 5 – ЗАВЕЩАНИЕ МАЛОГО ЛЬВА. Часть 3 – Мать Медуза
– Врешь, мальчик, - осклабился Князь, - ты знаешь всё. Напряги свое яснознание. И
пойми, и достань. И залей мне баки или что у них там. А чтоб тебе быстрее думалось, я буду
брать у тебя по одному ребенку каждые три дня.
– Только попробуй, - сказал Йон, - ты меня знаешь.
– Я тебя знаю. Поэтому ты не выйдешь отсюда. И никогда, я тебя уверяю, не
проголодаешься. Я буду кормить тебя твоими собственными дистрофиками, пока ты не
вспомнишь, как запустить корабль.
И Йон не успел даже дернуться и даже сказать этому придурку, насколько он не прав, как
сзади на него набросились и связали проводом руки. Потом чем-то ударили по голове, и свет
померк…
– Сука твоя девка!
– заявили ему на третий день, - отстреливается!
И втолкнули в кладовку, где он сидел, не ребенка, а такого же маленького и дохлого как
ребенок пра-пра-дедушку. Спутали, видать, в перестрелке.
– Вот! Жри и радуйся!
К жертве добавилась банка консервов и кирпич засохшего хлеба. Дедушка смиренно сел
на пол и посмотрел на Йона выцветшими глазками.
– Не бойся, - сказал Йон, - я пока себя контролирую.
– Чего мне бояться, мальчик? Я свое пожил.
– Втянул я вас… Что там в замке, дедуль?
– А что там может быть без тебя? Плохо в замке. Блошка одна не справляется. Раздала
всем бластеры, а что толку? Все уж еле-ползают. Сбили мы одну дуру летающую, так еще
пять прилетело. Они сильнее, Чума. Что им надо?
– Чего надо, я им дать не могу, - вздохнул Йон.
Для себя он решил, что даже если все они погибнут, это не такая большая цена за то,
чтобы кровожадные гады не разлетались по всему космосу. Не достоин Князь такой штуки и
со своим дерьмом пусть варится тут.
– Блошка что-то задумала для твоего спасения, - сообщил дедушка, - только ранили ее.
– Уходить им надо, - сказал Йон с горечью, - прятаться. А я тут скоро устрою братскую
могилу. Вместе с тобой, дедуля. Ты уж извини.
*************************
На Наоле буйствовал сезон дождей. Память подсказывала, что этот сезон в средних
широтах длится восемь месяцев в году. Что ж тут было удивительного? Знакомые ветра
брошенной и, видать, обиженной планеты трепали палатки и пламя костра.