Чтение онлайн

слабости, которые другая женщина давно бы себе простила и жила бы себе спокойно со

своим прекрасным мужем. Что я могу тут сделать? Это вопрос твоей гипертрофированной

совести. Ты сама не желаешь себя прощать.

– Считаешь, всё безнадежно?

– Наоборот. Я считаю, что всё скоро образуется, если ты не будешь претендовать на

вселенскую безупречность. Ведь этого от тебя никто не ждет, кроме тебя самой. Пойми! И

монашество твое тоже никому не нужно. Ты любишь Льюиса, Льюис любит тебя, а всё

остальное – чушь и накипь.

– Чушь и накипь, - повторила Скирни с горечью, - спасибо, Гева. Я поняла.

– Я тебе сделаю настой, если хочешь. Будешь принимать на ночь по полчашки. Это

поможет успокоиться.

– Да что ты, Гева. Я спокойна.

– 42 –

КНИГА 5 – ЗАВЕЩАНИЕ МАЛОГО ЛЬВА. Часть 1 – Пирамида

Она сказала так и снова прослезилась, от этого даже стало неловко.

– Оно и видно, - вздохнула жрица.

На том их разговор и кончился. Скирни вышла на мороз. После духоты и полумрака этот

мир просто поразил свежестью и яркостью. И мысли пришли в голову тоже свежие и яркие.

Хотелось непременно что-то сделать или изменить в этой жизни. Она побродила по стоянке

вокруг своего модуля, потом посмотрела на часы и позвонила Ольгерду.

– Да, - сказал он деловито.

– Папа, это я.

– Привет, Скирни. Что у тебя?

– Папа… ты очень занят?

– Умеренно.

– Папа… мне надо на Шеор.

– На Шеор?!

– Мне надо срочно увидеть Льюиса.

Она так редко его о чем-то просила, что упираться он не стал.

– Ну, хорошо. Прилетай к нам домой. Я как раз успею переодеться.

Хорошо иметь отца Прыгуна! И мужа Прыгуна, и дядю Прыгуна и прочих

родственников. Скирни до сих пор порой удивлялась, как ей удалось заиметь такую родню!

Потом она вспоминала, что если бы не Льюис, ничего бы этого у нее не было. Был бы

грязный задний двор, где она состарилась бы преждевременно или умерла бы давно от

голода. Но Бог ее почему-то любит, и он послал ей прекрасного белого принца с далекой

звезды. И она любит его больше жизни. Так неужели же эта любовь не сильнее какой-то

«накипи»?!

Папа Ольгерд обнимал крепко. Он и выглядел мощно и был таким физически. Скирни

подумала, что у нее сейчас треснут ребра.

– Какие вы все разные, - проговорила она, вспомнив, как деликатно и ласково переносил

ее Леций.

– Не мешай, - строго сказал отец.

Она затихла, благодарно и доверчиво обвивая его шею руками. Они стояли во дворе его

дома между качелей и снеговиков. Своего отца она преданно, без памяти любила. Она

вообще искренне любила многих в силу своего доброго сердца. Но Ольгерда она сама себе в

папы назначила, когда ему уже некуда было деваться. Ей очень этого хотелось.

Он тогда был несчастен. Они почему-то все тогда были несчастны: Ольгерд, Леций,

Молчун-Сиргилл, такие большие сильные дяди, которых ей было до смерти жалко. Жалость

вообще была основным чувством в ее жизни, она ею управляла. И из-за этой жалости -

Скирни вдруг вспомнила - она сама приходила к одному охраннику с грустными глазами. Он

никогда ее не требовал, просто ходил такой одинокий и потерянный и даже чем-то болел.

Она его жалела, она приносила ему заваренную травку и даже сама раздевалась, и ей было

приятно, что ему хорошо, и он смотрит на нее с благодарностью.

Не об этом ли говорила Гева? Неужели за это она не может себя простить? Странно…

она даже забыла, как его звали. Может, она еще что-то забыла?

Всё это Скирни вспомнила во время прыжка. Ольгерд крепко держал ее, они падали в

бездну, но страшно не было. Чего можно бояться с таким папой, даже если он и не родной?

Чего можно бояться рядом с Ольгердом Оорлом?

– Приехали, - сказал он и погладил ее по волосам.

Было холодно. Ей объясняли, что после прыжка всегда идет понижение температуры.

Выход канала всегда холоднее, чем вход.

– Мы на Шеоре?
– зачем-то спросила она.

– Судя по бронзовеющим краскам заката…

Скирни еще не открывала глаз. У нее кружилась голова.

– Как же хорошо иметь папу Прыгуна!

– Хорошо иметь хорошего Прыгуна, - усмехнулся Ольгерд, - посмотри куда мы попали!

Они были в поле, в широком голом поле с осенней высохшей травой, полегшей от

дождей. И холодно было от пронизывающего ветра. Город Хаах маячил далеко на горизонте.

– 43 –

КНИГА 5 – ЗАВЕЩАНИЕ МАЛОГО ЛЬВА. Часть 1 – Пирамида

– Такова моя точность попадания, - развел руками Ольгерд, - плюс-минус километр. Я не

Индендра.

Он устало сел прямо на траву, достал фляжку из-за пояса и глотнул. Тут же захотелось

погладить его по голове. Мужчины вообще напоминали ей собак, больших и неприкаянных

лохматых псов, которых так и хочется потрепать за ушами и приласкать.

– Ладно, папочка, это мелочи, - она присела рядом с ним, - главное, что ты планетой не

ошибся.

– Я только домой хорошо попадаю, в Радужный. Привычный такой маршрут. Да и то

позавчера в лужу угодил перед калиткой. Там уж март, всё растаяло.

– С тетей Гердой?
– уточнила Скирни.

– Да, - он вздохнул, - в который раз с тетей Гердой. Знаешь, мужья приходят и уходят. А

брат остается.

– А Льюис мне и муж и брат, - заметила она.

– У этих аппиров, - Ольгерд даже засмеялся, - сплошной инцест! И мы туда же.

Она улыбнулась, но в самом деле ей было грустно.

– Почему она ушла, папа? Ты же больше знаешь. Что у них случилось?

Ольгерд помрачнел, вспоминая, и сказал уже раздраженно:

– А с ним вообще жить нельзя. Я ей когда еще говорил…

– Почему нельзя?

– Ему не жена нужна, а красивая кукла для спальни и для торжественных приемов,