Чтение онлайн

– Ты звонил Кариму… – дальше он не стал говорить. Все было ясно. Карим, очевидно, передал сообщение своему хозяину. И тот решил сразу перезвонить. Как оперативно они работают!

– Он вам передал?

– Я все знаю. Рената говорила, что этот Кутявин жулик и проходимец. Вот теперь он объявился. А она не говорила, что он отец…

Наступило молчание.

– Она все время лгала, – подвел неутешительный итог Глущенко, – вот такая была женщина. Значит, его по суду признали отцом мальчика?

– Да. Адвокаты сказали мне, что в суд подавала сама Рената. Она тогда хотела доказать, что Кутявин действительно отец мальчика. И сумела доказать это путем генетической экспертизы.

– Она всегда была женщиной очень умной, – издевательски произнес Глущенко, – и теперь этот «кутенок» претендует на твои деньги?

Он не сказал «мои деньги», чтобы не выдавать себя. Он был осторожен, даже когда говорил по телефону.

– Хочет получить наследство на мальчика, который официально был усыновлен погибшим Глущенко, – сказал Ринат. Он решил, что нужно соблюдать правила игры.

– Наследство… – пробормотал с явной угрозой Глущенко, – все хотят получить наследство. Достаточно, что есть такой наследник, как ты. А остальные пусть подождут. Пусть не суетятся. Иначе будет плохо. Нужно объяснить этому Кутявину, чтобы не лез туда, куда не нужно.

– Мне объяснить?

– Сумеешь? – с явным сомнением в голосе спросил Глущенко. – Нужно не угрожать, а попросить. Понимаешь? Попросить так, чтобы он все понял.

– Сделать предложение, от которого он не сможет отказаться, – вспомнил «Крестного отца» более грамотный Ринат.

Глущенко не читал книги. Но он видел фильм. И этот фильм ему очень нравился.

– Правильно, – сказал он, – ты у нас очень грамотный. Связь у нас сейчас плохо работает. Пока ты Карима найдешь, пока он мне передаст, пока я тебе позвоню… Много времени пройдет. Давай сделаем так. Я дам тебе один парижский телефон. Ты позвонишь на этот номер, когда нужно будет срочно меня найти. Просто дай три раза по три звонка. И положи трубку. Ничего говорить не нужно. Я пойму, что мне следует срочно тебе перезвонить. Понял?

– Понял, – ответил Ринат, – ваш Карим советовал мне усилить охрану. Не знаете, почему?

– Он не мой, – быстро ответил Глущенко, – а раз советовал, то стоит усилить. До свидания.

Ринат понял, что ошибся, но ничего больше не успел сказать. Странно, что Глущенко не очень доволен. Ему кажется, что их связь не столь надежна. Ведь прошло достаточно много времени, почти сутки, после того как они поговорили с Каримом. Правильно, почти сутки. Они разговаривали с Каримом вчера. Выходит, что Карим находится не рядом с Глущенко. Как такое может быть, ведь он его начальник охраны. Или у Владимира Аркадьевича уже сменился руководитель его охраны? Нет, такого просто не может быть. Глущенко не тот человек, который будет всем доверять. Но целые сутки… Возможно, он, никому не доверяя, прячется даже от Карима. Или у него уже мания преследования. Такой развивающийся психоз, который бывает у «бывших покойников».

Ринат взглянул в большое зеркало, висевшее в коридоре. Лицо. Он сделал себе пластическую операцию. Теперь Глущенко невозможно узнать. И он прячется, чтобы никто не смог его опознать, даже верный Карим. Тогда получается, что Глущенко может быть где угодно. И не обязательно в Париже. Если он сумел сделать себе документы на имя бельгийского гражданина Вольдемара Леру, то тем более может сделать себе российский паспорт. При всеобщей коррупции это сделать совсем нетрудно. И не очень дорого. Можно просто купить чужой паспорт с похожим лицом.

И тогда он может появиться где-нибудь в Москве или в другом месте. Где угодно. Он может оказаться в ресторане за соседним столиком, может улыбаться ему в магазине, может лететь с ним одним самолетом. Его невозможно узнать, в этом весь трюк. Он не доверяет никому, даже Кариму, с которым все время находится на связи. Он обеспечил себе самую надежную охрану, какая только возможна, – поменял лицо. И теперь его почти невозможно вычислить.

Ринат с задумчивым видом поднялся в спальню. После того как он перевел большую часть зарубежных активов на имя Леру, его заставят перевести и оставшиеся деньги. А потом он просто будет не нужен. Почему Карим советовал ему остерегаться? Может быть, он знает, что Глущенко принял решение? Нет, Карим бы не стал его предупреждать в таком случае. Значит, что-то другое. Кто и зачем будет ему угрожать? Кутявин? Ему нужны деньги, выигранные по суду, а не труп наследника, который испортит все дело. Братья Глущенко? Они двоюродные братья Владимира Аркадьевича и уже знают, что он жив. Если бы у них был хотя бы один шанс добраться до этих денег, они бы его давно использовали. Почему до сих пор не использовали? Ведь они могли просто прислать наемного убийцу и решить все вопросы. В случае смерти Рината они остаются наследниками. Или нет. Как там говорил Иосиф Борисович: «Наследники первой очереди». Ну, конечно. Его убивать невыгодно. В таком случае наследницей становится его дочь. Она и есть наследница первой очереди.

Может, поэтому он до сих пор жив. Ринат тяжело вздохнул. Конечно, ему нравится быть наследником олигарха, но похоже, большие деньги – это очень большие проблемы. И не всегда их можно решить только с помощью денег. В этот момент опять позвонили. Он подошел к телефону. Звонила Тамара. Наверное, она узнала об этих репортажах. Интересно, что там придумали американцы?

– Я слушаю, – негромко сказал он.

– Вы знаете, что произошло сегодня в Киеве? – быстро спросила Тамара, и он понял по ее голосу, что случилось нечто страшное.

– Нет, – растерянно сказал Ринат, – откуда я могу знать?

– Включите телевизор, – посоветовала Тамара, – это сообщение передают по всем каналам. Сегодня целая группа неизвестных людей напала на офис компании «Эстрелла» в центре Киева. Есть много убитых. Такой ужас…

– На них напали? – он вдруг понял, почему так неожиданно «воскрес» Владимир Аркадьевич. И почему ему понадобилось связаться со своими родственниками в Киеве. Наверняка среди атакующих были как раз те ребята, которые обыскивали его номер в «Рэдиссоне».

– А Игнат Гребеник? Он остался жив?

– Да, он ранен. Но его успели спасти. Он сейчас в больнице. Я уже звонила в Киев и передала от вашего имени ему пожелания скорейшего выздоровления.

– Что? Господи, что вы наделали. Он решит… Он может подумать, что это я организовал нападение на его компанию. Решит, что мы над ним издеваемся.

– При чем тут вы? – не поняла Тамара. – На его компанию напали какие-то бандиты, очевидно, его конкуренты или соперники. Он знает, что мы нормальные люди. И мы его компаньоны.

– Предают только свои, – вспомнил известную французскую поговорку Ринат, – вы ничего не поняли.

– О чем вы говорите? – она действительно не могла понять, о чем разговор.

Ринат отключил телефон. Карим был прав. Ему нужно остерегаться. Если Гребеник решит, что он приезжал в Киев для организации этого нападения по поручению своего дяди. Ведь Игнат Юрьевич знает, что Глущенко жив. Откуда-то знает. Он вспомнил, что ему говорили про Гребеника. Этот тип имел две судимости и был связан с преступными кланами. Но был компаньоном Глущенко. Возможно, он понял по характеру действий Леру, что Владимир Аркадьевич не ушел в иной мир, возможно, узнал нечто новое через свои каналы. Но он точно знал, что Глущенко жив. И нарочно организовал звонок Ринату, чтобы тот сообщил об этом своему дяде. Ринат замер от ужаса. Значит, Гребеник считает, что с самого начала Ринат все знал. Все так и было спланировано. Ведь Ринат – племянник Владимира Аркадьевича, и тот нарочно инсцинировал свою смерть, поручив передать свое наследство человеку, которому он доверяет, то есть своему близкому родственнику. Тогда Гребеник приходил с предложением продать контрольный пакет акций, и Ринат ему отказал. Значит, уже тогда Игнат Юрьевич подозревал их обоих. И «погибшего», и его племянника.