Завещание сверху
Шрифт:
– Чёрт.. ик! – ругнулась Алиса, икнув от неожиданности и прикрыв ладошкой рот.
В глазах Кэт, округлившихся, как две голубые монетки, мелькнул ужас.
В этот момент прямо перед Алисой появился очаровательный пухлый малыш, такой прелестный и милый, каких ещё не видывали в атриуме.
– Какой симпатяга! – умилилась Алиса.
Кэт тоже разглядывала малыша, но взгляд её, в отличие от подруги, был настороженным. Бэсенджер замер в сторонке, ожидая подвоха.
Малыш, словно ангелочек, смотрел на Алису невинными глазками, и ей вдруг неудержимо захотелось его погладить по кудрявой макушке. Но стоило девушке протянуть руку, как глазки мальчика сузились, губы искривились в злорадной ухмылке, а сквозь густые кудряшки на голове прорезались маленькие рожки. Умиление на лице Алисы сменилось недоумением. В душе зашевелилось чувство гадливости. Спустя момент мальчишка, шаркнув по мраморному полу для размаха, из всех сил ударил её ногой чуть ниже коленки. Девушка вскрикнула от боли. (Да, души тоже чувствуют боль… душевную.)
Чёртик – демон младшего уровня. Появляется при произнесении незначительных ругательств и производных от них («до чёртиков», «чёртики в глазах» и т. п.). Любит проказничать и сеять хаос. Милый внешне и весьма агрессивный. Его забавляет чужая боль, он приходит в восторг, если ему удаётся довести кого-нибудь до бешенства, что у него всегда получается. Любит творить мелкие пакости в крупных размерах.
Пока Алиса скакала на одной ноге, пытаясь унять боль, мальчишка, нисколько не замешкавшись, развернулся и мелкими проворными шажками засеменил в сторону стойки Кэт. Послышался визг и глухие звуки борьбы.
– Нет, не смей это трогать! – кричала Кэт.
Бэсенджер скрестил руки на груди и недовольно нахмурил брови. Затем он подошёл к телефону, висевшему на ближайшей стене, и, пытаясь сохранять самообладание, прорычал в трубку:
– Ангела в атриум!
За стойкой Кэт в это время творилось что-то невообразимое. Из-за неё хаотично вылетали всевозможные предметы. Доносился звук рвущейся бумаги. Во все стороны разлетались ящики, похожие на почтовые коробки. Алиса едва успевала от них уворачиваться, перепрыгивая с ноги на ногу. Сама же Кэт была сосредоточена на поимке неуловимого чертёнка. Периодически она выглядывала из-за стойки и снова ныряла под столешницу.
– Сейчас получишь! – злобно рявкала Кэт.
– Получишь-получишь! – ехидно передразнивал её чертёнок.
Послышался треск дерева и звон битого стекла.
– Ах ты ж тварь такая! – закричала Кэт, и тут же, спохватившись, шлёпнула себя по губам. – Упс!
Ахтыжтварь появилась в тот же миг, как только было произнесено ненароком вылетевшее слово. Она напоминала маленькую трясущуюся собачонку вроде изъеденного молью чихуахуа. Собачонка немедленно задрала ногу и принялась орошать всё вокруг, а затем не преминула нагадить на важный документ, до которого ещё не успел добраться малец.
––
Ахтыжтварь – домашнее животное жителей Нижних миров. Своеобразное существо, скорее похожее на земную собаку. Трясется от злобы и внутренней пакости. Отличается неравномерным покровом шерсти, которая хаотично торчит клочьями из самых неожиданных мест. Злобная и гнусная. Любит гадить куда ни попадя, особенно если попадает куда надо. Питается негативом, который сама же сеет. Считается любимым животным обитателей ада. Воняет и грызёт всё и всех, в том числе и своих хозяев.
––
– Не смей! Не трогай! Да поможет мне кто?! – верещала Кэт.
Напроказив под стойкой Кэт, чертёнок ринулся в ближайший коридор, ведущий из атриума к офисным кабинетам. Спустя минуту оттуда послышались визг и крики. Из-за угла полетели бумаги и коробки. Кэт теперь сражалась с собачонкой. Бэсенжер, все ещё со скрещенными на груди руками, подошёл к стойке. Кэт с усталым видом вынырнула на поверхность, крепко стиснув в дрожащих руках ахтыжтварь, но, заметив Бэсенжера, занырнула обратно, предпочитая переждать бурю. Не успела Алиса подумать, что хуже уже быть не может, как прямо из пола поднялась загнутая в её сторону широкая воронкообразная труба, похожая на вентиляционные раструбы, какие случается видеть на палубах старых кораблей.
– Какого чёрта! Кто посмел призвать моего ребёнка! – громогласно разнеслось по атриуму.
– Милейшая, сейчас мы всё уладим, – извинительным тоном отозвался Бэсенджер.
– Сам ты «милейшая», кретин! – раздалось в ответ.
Бэсенжер аж отпрянул от трубы, слегка покраснев.
– Ну-ка немедленно призовите меня! Я хочу высказать в лицо тому идиоту всё, что о нем думаю!
Бэсенджер, придя в себя, снова принял оборонительную позу и кивнул Алисе, указывая, что ей нужно сделать. Всем своим видом он как бы говорил: «Сама натворила, теперь сама и расхлёбывай!»
– Твою ж мать! – с отчаянием произнесла девушка, глядя в ту сторону, где в настоящий момент проказил чертёнок, а точнее – разносил офис на части.
В ту же минуту перед ней возникла молодая женщина. Она была не такой симпатичной, как её малыш, что, впрочем, и не удивительно. Трудно сохранять красоту на искаженном яростью лице.
––
«Твою ж мать», или «Мать твою», а также производные от этих фраз – демон высшего уровня. Умна и чрезвычайно агрессивна. Отличается необычайной хитростью и коварством. Любит заводить души в страшные места под видом любезной помощи. Предприимчива. Вызывает внутренний страх, леденящий душу. Нельзя доверять ей ни в коем случае!
––
– Миссис..? – учтиво обратился к ней Бэсенжер, предлагая представиться.
– Чертолина! – прорычала дамочка в ответ.
– Миссис Чёрт Алина… – начал извинительную речь Бэсенджер.
– ЧЕРТОЛИНА, придурок! – саркастично поправила его мать проказника. – Это ты, идиот, посмел призвать моего малыша?!
– Кхм, – кашлянул Бэсенджер, пытаясь сохранять спокойствие.
– Это я, – внутренне уменьшаясь в размерах, пискнула Алиса.
Миссис окинула девушку испепеляюще-уничижающим взглядом, всем своим видом показывая, какое она ничтожество. Затем она вернулась к более приятному объекту для оскорблений – Бэсенжеру. Алиса потупила глаза в пол, пытаясь представить себя невидимкой, пока всё не закончится.
– Так вот как вы воспитываете свои блёклые души?! – распалялась дамочка.
– Мадам… – попытался успокоить разгневанную мамашу Бэсенджер.
Но всё было напрасно: та лишь сильнее впадала в бешенство, провоцируя и его на агрессию.
Надо отдать должное, Бэс держался достойно.
– Как можно так поступать? Что за кретины у вас здесь работают? Я спокойно иду по улице Угрызений, как вдруг «бац» – и какая-то негодяйка смеет призвать моего сына! Вы тут вообще каким местом соображаете? – кипятилась она, разглядывая атриум, пока глаза её не наткнулись на вывеску, свисавшую с высокого сводчатого потолка.
Надпись на табличке гласила:
Уважаемые души! Слова «Чёрт», «Сатана», «бесы», «чёртова мать» и производные от них запрещены! Просим соблюдать порядок, дабы не нарушать спокойный рабочий ритм Промежуточного мира и не доставлять неудобств жителям других миров.
– Табличку они здесь повесили?! Вы бы её ещё меньше сделали, кретины! Эту надпись надо калёным железом выжечь на руках, а лучше на лбу у этих слабоумных душ, что бы они, наконец, запомнили своим микроскопическим умишком ЭТО! – громогласно рявкнула чертовка. – Где мой ребёнок?! – прервав поток ругательств, на одном дыхании выпалила она.