Заветная для Его Высочества
Шрифт:
— чуть смягчившись, добавляет отец. — И не надо делать недовольное лицо. Это для твоего же
блага. Я не хочу, чтобы моя дочь лила ночами слезы из-за какого-то ящера.
Качаю головой и скрещиваю руки на груди.
Внутри клокочет злость и обида. Снова все решают за меня, снова никто не спрашивает, чего хочу
я.
— Нет, отец. Я не пойду на бал.
— Даяна! Ну что за капризы? Твой Себастиан все равно не вернется. Да если бы и вернулся, я
никогда не выдам свою дочь замуж за дракона.
— А я его и не жду! — выпаливаю я, понимая, что вру. Себе, в первую очередь.
Отец тяжело вздыхает и ворчит себе под нос. Что-то о драконах и о том, как они ему надоели.
— В общем, все решено, Даяна. Ты выйдешь к гостям и будешь приветлива и радушна, как и
подобает хозяйке вечера. Вот увидишь, бал пойдет тебе на пользу. И никаких возражений. Я все
сказал.
Я не отвечаю отцу, не смотрю на него, продолжаю обиженно глядеть в окно. Слышу, как за спиной
хлопает дверь, и удаляются тяжелые шаги в коридоре.
Глаза щиплет от слез. Прикусываю губу, стараясь не заплакать.
Пальцы нащупывают в кармане накидки кулон. Достаю его и рассматриваю драконье крылышко, украшенное изумрудами.
— И чего я жду? — шепчу.
Отец прав, он все равно не вернется. Никогда. Я извожу себя зря, пока он там счастлив со своей
эльфийкой. Наверное, уже и свадьбу сыграл.
Сжимаю кулон в ладони до боли, а затем зло распахиваю окно.
— Я больше не буду из-за тебя плакать. И даже думать о тебе больше не буду.
Убирайся прочь из моих мыслей, дракон!
Замахиваюсь, чтобы выкинуть эту проклятую цепочку, как ладонь вспыхивает резкой болью. Грудь
распирает от внезапно нахлынувшего жара.
На секунду мне мерещатся два хищных драконьих глаза.
Я вскрикиваю и отшатываюсь. Цепочка падает на пол с глухим стуком.
Лихорадочно отползаю к стене и осматриваю комнату, но здесь никого, я одна.
Взгляд цепляется за кулон. Изумруды на нем горят огнем.
Глава 30
Странное видение так меня волнует, что я не могу найти себе места до самого вечера.
Грудь горит огнем. Я то и дело накрываю ее ладонью, не понимая, что происходит.
На сердце странная беспричинная тревога.
Даже когда перед сном ко мне заходит Магда, я не могу сосредоточиться на ее словах. Она что-то
говорит о бале, о красивом платье, что мне шьют, о принцах, которые приедут, что-то про
будущего жениха, но мне все равно.
Взгляд постоянно цепляется за кулон. Он так и лежит на полу. Я не смогла его поднять, ведь камни
на нем все еще полыхают, и в их зеленом отсвете мне чудятся драконьи глаза с хищным
прищуром.
Ночь я сплю плохо. Ворочаюсь практически до утра, постоянно просыпаясь от странных, запутанных снов, большинство из которых с трудом могу вспомнить после пробуждения.
В одном из таких снов ко мне является дракон. Зеленый, недовольный и злой. Он фырчит, будто
ругается. Смотрит осуждающе.
Я тяну к нему руку, но он встряхивает головой и снова одаряет меня сердитым взглядом
— Не смей на меня так смотреть, — бросаю я ему в сонном бреду. — Так…так… с укором. Ты сам
ушел.
Дракон фыркает и закатывает глаза. Склоняется ко мне, смотрит пытливо, будто пытается что-то
сказать.
— И вообще, не смей мне больше сниться, — продолжаю я. — У тебя там невеста. А может, уже
жена!
Готова поклясться, что в этих хищных зеленых глазах мелькнула насмешка. Мне даже кажется, что
дракон усмехнулся вслух.
— Не смей смеяться! — выпаливаю я и отворачиваю, пытаясь уйти, но ноги вязнут в траве.
Мелкие цветки, ведомые магией дракона, обвивают мои лодыжки и пытаются удержать.
— Отпусти… — бросаю через плечо, отчего цветы только усиливают хватку. — Отпусти! Себастиан!
— Даяна? Даяна! — внезапный женский голос врывается в сон, рассеивая его.
Распахиваю глаза и вижу встревоженное лицо Магды.
— Что такое, Даяночка? Кошмар приснился?
Приподнимаюсь на локтях, сонно оглядываюсь. В комнате светло, за окном уже утро.
— Все в порядке, — хрипло отзываюсь и сажусь на кровати.
Потираю лодыжки, на которых остались ощущения от стеблей цветков.
— Опять он тебе покоя не дает, — ворчит Магда и ставит на столик поднос с завтраком.
— Кто?
Стараюсь состроить удивленное лицо, хотя прекрасно понимаю, о ком она говорит.
— Ты говорила во сне, Даяночка. Звала этого, — няня кривит лицо, — Себастиана.
Ох, когда же эти драконы перестанут нас беспокоить, а? Никакого покоя от них нет.
НУ, ничего, ничего, Даяночка. Уверена, ты встретишь достойного мужчину на балу.
— Не начинай, Магда. Я вообще не планирую туда идти.
— Что значит не планируешь? Нельзя молодой девушке в четырех стенах чахнуть.
Время-то идет, Даяночка. Оглянуться не успеешь, как молодость пройдет. И на что ты ее
потратишь? На тоску по ящеру? У него там небось таких, как ты, не сосчитать.
— Магда, хватит, — я резко одергиваю ее. — Спасибо завтрак, но сейчас ты можешь идти.
Магда ворчит, но послушно покидает комнату.
Я остаюсь наедине с тягостными мыслями. Вспоминаю сон.
А сон ли это был? А вдруг дракон и правда приходил?
Нет.
Встряхиваю головой. Бред.
Это просто сон. Глупый, дурацкий сон.
Взгляд находит кулон на полу. Подхожу и поднимаю его.
Изумруды больше не горят. И в груди никаких странных ощущений нет.
Это же надо было так себя накрутить, чтобы всю ночь потом драконы снились.
Глупо, очень глупо.
Вздыхаю и бросаю цепочку в ящик комода.
Следующие дни проходят почти спокойно, если не считать суету из-за подготовки к празднику.
Я стараюсь не попадаться на глаза отцу, потому что при каждой нашей встрече он начинает