Чтение онлайн

— Заметили ли вы нечто особенное в книгах современных писателей–богословов? — спросил нас однажды батюшка.

— Нет.

— Практически никогда или же очень и очень редко они ссылаются на Ветхий Завет. Это значит, что они его не читают. Напротив, творения святых отцов изобилуют ветхозаветными цитатами. Чада мои, возьмите себе за правило ежедневно читать не только Новый, но и Ветхий Завет.

Однажды батюшка поведал нам следующий случай.

Один гимназист, совершенно невоспитанный мальчик, возвратившись домой после урока катехизиса, в разговоре со своей бабушкой стал весьма дерзко отзываться о своем учителе.

— Чтобы ты поняла, какой у нас ненормальный учитель, скажу тебе, что он заявил, будто валаамова ослица говорила человеческим голосом.

Бабушка стала ругать своего внука за такое неблагочестивое отношение к Ветхому Завету. Тогда он самодовольно спросил:

— Может быть, и ты, бабушка, веришь этим глупостям и полагаешь, что осел может говорить как человек?

— Так как ты, дитя мое, будучи человеком, можешь говорить как осел, то почему бы мне не поверить, что и осел может говорить как человек? — ответила старушка.

Один человек настойчиво просил у батюшки благословения пропустить одну воскресную службу, так как ему надо было куда-то ехать. Отец Епифаний ответил ему:

— Послушай, чадо мое. Бог дал мне власть прощать грехи тем, кто в них раскаивается. Но права предоставлять возможность и свободу совершать грех Он мне не дал. Итак, не проси у меня ничего подобного, так как я не имею права исполнить твою просьбу.

Некий человек жаловался отцу Епифанию:

— У меня нет денег, чтобы осуществить свои замыслы, нет хороших сотрудников, чтобы мы могли успешно работать, нет супруги, которая дарила бы мне счастье, послушных детей.

Батюшка прервал его:

— Ты здоров?

— Да.

— Зарплата?

— Хорошая.

— Дом?

— Мой, собственный.

— Будущее надежно?

— Безусловно.

— Ну, дорогой мой, вместо того чтобы расстраиваться из-за того, чего у тебя нет, ты лучше бы благодарил Бога за то, что у тебя есть.

Однажды вечером к батюшке зашли супруги–врачи, его духовные чада. Женщина, изнуренная тяжелым рабочим днем, сказала:

— Геронда, разве это жизнь? С шести утра на ногах, и только сейчас мы возвращаемся из больницы… Поесть и то некогда, все на бегу. А завтра снова то же самое!

— Лучше, чадо мое, подумай о том, что у тебя есть. Самое главное — у тебя есть здоровье. Второе — ты добилась своей цели и стала врачом. Многие девушки хотели бы оказаться на твоем месте, пытались добиться этого, но… ничего не вышло. Третье — у тебя счастливый брак. Сотни женщин твоего возраста рыдают над тем, что осталось от их семьи. К сожалению, мы, люди, очень часто думаем не о том, что у нас есть, а о том, чего нам не хватает. Скажем, пришло ли нам в голову когда-нибудь сказать: «Слава Тебе, Боже за то, что мы можем пить воду. Ведь сколько больных людей, которые не могут даже глотать».

Духовное чадо Старца рассказывает:

— Когда я учился на подготовительных курсах в университете, некоторые преподаватели позволяли себе богохульные высказывания. Однажды я спросил батюшку:

— Что я могу сделать, чтобы они перестали поносить все Божественное?

— На перемене подойди к каждому из них по очереди и так, чтобы никто не заметил, спроси, по какому праву они оскорбляют религиозные чувства других людей. Но сначала помолись, а потом уже, сразу после урока, на котором они будут ругаться, скажи им это. Посмотрим, что из этого выйдет.

Действительно, при первой же возможности я подошел к преподавателю геометрии и поступил так, как посоветовал батюшка. Тот был застигнут врасплох, поскольку ожидал вопроса по геометрии, а не о том, есть ли у него право ругаться. Он начал говорить, что, конечно, ругаться нехорошо, и в особенности упоминать нечто Божественное, а затем начал восхвалять святого, имя которого носил.

С тех пор, весь год посещая курсы, я ни разу не слышал, чтобы он ругался. То же самое произошло и с преподавателем филологии: он больше не ругался, хотя поначалу ему было очень трудно сдерживать себя.

Один рабочий сказал отцу Епифанию:

— Батюшка, я ругаюсь. Но происходит нечто странное: я закручиваю болт, он не идет, это меня сильно раздражает, но стоит выругаться, как он тут же закручивается.

Батюшка невозмутимо ответил:

— Так и должно быть.

И, видя недоумение мастера, продолжил:

— Один бес мешает болту закручиваться, а другой подталкивает тебя к тому, чтобы выругаться. Когда второй бес достигает своей цели и ты начинаешь ругаться, первый немедленно оставляет болт и тот спокойно закручивается! Будь осторожен, чадо мое, и во время работы не ругайся, а молись.

Как-то в жаркий летний полдень батюшка, проходя по улице близ площади Омония, увидел на тротуаре двух монахинь в черных закрытых рясах. Он сказал по этому поводу следующее:

— Возможно ли, чтобы они в будущей жизни не получили большое воздаяние за эту жертву? В своей монашеской одежде они ради Христа не только терпят летнюю жару, но и являют собой яркий пример всем тем, кто, не желая потерпеть эту жару, ходит полуголым.

Однажды в исповедальню храма Трех Святителей вошла женщина. На совет Старца одеваться более скромно она возразила:

— Но я умираю от жары. Это выше моих сил!

Тогда батюшка показал ей фотографию членов приходского собрания Трехсвятительского храма начала нашего века, сделанную в жаркий леткий день.

— Посмотрите сюда. Видите, как здесь одеты и мужчины и женщины? Видите, у них закрытая одежда, крахмальные воротнички, галстуки, пиджаки, длинные юбки, длинные рукава. Что Вы на это скажете? Разве им было не жарко? То, что нас припекает, находится не вне, а внутри нас. Мода заставляет людей раздеваться, а вовсе не жара!

Духовная дочь батюшки, преподаватель, рассказывает:

— Геронда, — спросила я однажды, — школьницы, а иногда и взрослые женщины, часто задают мне вопрос: плохо или нет, если женщина подстригает волосы? Безусловно, я полагаю, что спасение души никак от этого не зависит, но я не знаю, какой более конкретный ответ им можно дать.

Тогда отец Епифаний поведал мне следующую историю:

— Некогда один подвижник шел за водой на источник, находящийся достаточно далеко от его кельи. Он подумал: «Зачем я проделываю столь долгий и утомительный путь? Не лучше ли мне перейти жить поближе к источнику?» Размышляя, он вдруг увидел Ангела, который считал его шаги.