Чтение онлайн

— Нам понадобятся более веские улики. Прямо сейчас он всего лишь подозреваемый.

— Нам нужно попасть к нему в дом.

— Пока мы разговариваем, ордер уже выписывают.

Рэйли вновь сосредоточилась на экране.

— Я хочу быть там.

Сидя на «другой стороне» стола для допросов, Век был готов вот-вот сорваться.

Кто-то, или что-то, толкало его к краю, и, боже, они хорошо постарались. Между состоянием тела Сисси, чепухой об этой сережке и связью с отцом он, так и быть, смотрел на перепутье.

Но у него не было выбора.

Словно автопилот его жизни перенастроил курс прямо на склон горы, и он не мог вернуть контроль. А ирония? Его коллега, сидящий напротив, детектив Стэн Браун, использовал стандартные методы допроса. Черт, Век мог сам написать диалог, и он знал уловки; как интервьюер мог затуманить вещи или предположить правду даже в серой области. Поэтому нельзя было знать наверняка, сколько веских улик они имели против него.

И сейчас в его пользу работало только одно: он действительно невиновен, и закон защищал невинных людей.

— Не беспокойтесь из-за ордера, — сказал Век, вытаскивая ключи и кладя их на стол. — Обыскивайте дом. Копайтесь в моих вещах. Вы не найдете ничего, что свяжет меня с Сисси Бартен или Кронером.

Предполагая, что те, кто охотится за ним, не подложили их собственную версию сережки в форме голубя.

Дерьмо.

Браун взял ключи.

— Хочешь адвоката?

— Он мне не нужен. Потому что это ни к чему не приведет.

Другой детектив провел по брови подушечкой большого пальца.

— Похоже, ты в этом очень уверен.

— Так и есть.

— Тогда как ты объяснишь тот факт, что сережку не обнаружили сразу после того, как пикап конфисковали и обыскали, и она появилась после твоего визита в хранилище улик?

— Как я уже говорил, сколько народу было там за последние несколько дней? Вы просмотрели все цифровые записи с камер безопасности?

— Просмотрим. Мы только начали расследование.

— Что ж, вам стоит продолжить. Потому что чего я не вижу, Браун, это чего-либо конкретного.

— Пока что.

— Сомневаюсь.

— Согласен пройти тест на детекторе лжи?

Век ответил не сразу. Что, если его спросят, намеревался ли он навредить Кронеру той ночью? Как он с этим справится?

— Да. Конечно.

Браун перевернул страницу блокнота, хотя на ней были только какие-то почеркушки сверху.

— Окей, ладно. И я приму к сведению твое разрешение на обыск дома.

Будто у него был выбор? Они в любом случае получили бы ордер от судьи. Что он действительно хотел знать, так это кто, черт подери, впутал его в это…

Рэйли, подумал Век. Вот о чем был разговор прошлой ночью… тогда она уже сдала его. Либо так, либо она еще собиралась.

Но с чего ей думать, что он взял какую-то сережку? И она была с ним в карьере, когда Джим Херон показал им, где тело Сисси. Они оба удивились.

Если только Рэйли не поверила во все это. И что в этом случае послужило толчком?

К черту… скорее, кто.

— Не против пройти тест на детекторе сейчас?

Подтекст таков: пока мы обыскиваем твой дом.

Пойдет ли с ними Рэйли? — гадал он. Скорее всего. Век поступил бы именно так, будь он на ее месте.

Век поднял глаза к камере, направленной на него… зная, что девушка смотрела на него.

— Тащите оборудование, — сказал он объективу.

Браун поднялся на ноги.

— У нас уйдет какое-то время на то, чтобы все подготовить. Сиди тут.

— А у меня есть выбор?

— Кофе?

— Нет, спасибо.

Когда Браун вышел, Век продолжал смотреть в маленький черный глаз на темно-желтой коробочке в углу.

«Меня… подставили» — медленно произнес он.

Век ясно понимал, что она ему не поверит, но сдаваться он не собирался. И после немой отговорки он сосредоточился на двери. Не нужно быть гением, чтобы знать, — он не уйдет отсюда с выговором или воистину прекрасной тенью из Внутренних расследований. Его карьера в правоохранительных органах окончена, даже если его оправдают.

А это, учитывая как обстоятельно все спланировано, вряд ли произойдет.

И когда он обдумывал эту новую реальность, тот гнев, тот мрачный, яростный гнев вновь стиснул его грудь. Сильнее. И сильнее.

— Так что думаешь, Джим, — тихо произнес он.

Ангел все это время стоял в противоположном углу, возвышаясь над Брауном… и когда детектив только сел, то обернулся через плечо, будто почувствовал его присутствие.

«Это подстава» — раздался в голове голос Джима. — «Вопрос в том, куда это нас приведет. И на тесте ты должен лгать. Скажешь, что собирался убить Кронера, и ты попал… они могут не выпустить тебя отсюда, и это усложнит мою работу».

В последовавшей тишине ярость в груди Века вновь усилилась, и в ужасный момент ясности он осознал, что действительно способен на убийство. Прямо здесь и сейчас. Стулом, на котором сидел. Сине-золотой ручкой отделения, которую Браун ошибочно оставил. Голыми руками.

И это не станет спонтанным, импульсивным убийством на скорую руку… что, по его мнению, произошло с Кронером. Нет, оно будет тщательно спланированным, при котором Век сохранит контроль над собой и жертвой.

Которое унесет от яростного бессилия и заставит чувствовать себя богом.

Неудивительно, что его отец пристрастился к этому чувству. Что слабаки вроде Кронера желали его. Неограниченная власть заключалась в том, чтобы забрать жизнь, видеть чьи-то мольбы, держать в своих руках будущее другого человека, его семьи и окружения… а затем уничтожить все это.

Страх — господин, а боль — оружие.

И в своем текущем положении, даже с приставленным к нему ангелом, Век был всего в шаге от того, чтобы занять место отца.

Золотая середина, воистину.