Чтение онлайн

— О, точно. Это был не самый лучший вечер, да? — слова звучали вымученно.

Я не привыкла, что папа извинялся за что-то или делился своими чувствами.

— Нет, и частично это моя вина.

Частично?

— Да. Ну, тебе не нужно беспокоиться обо мне. Я справлялась.

— Я не об этом. Я беспокоюсь о тебе постоянно. Беспокоюсь, что ты руководишь командой, когда ты должна была проживать иную жизнь. Поэтому я хотел, чтобы Ники был руководителем команды. Это жизнь не для тебя.

Как извинение это было полным дерьмом, но я не хотела спорить и спровоцировать у него еще один сердечный приступ.

— Я люблю все, что связано с гонками.

— Правда? Мне все еще становится плохо, когда я вспоминаю твою аварию. В тот день, когда Коннор впечатал тебя в стену, мы с твоей мамой переживали, что случиться что-то более серьезное. Я никогда не забуду этот момент.

— Коннор не…

— Я помню ужас, пока ждал, чтобы узнать, что ты в порядке. Мои планы на твое будущее промелькнули перед глазами. Не та жизнь, что у тебя была, но та, что могла бы быть. Я подумал о том, что никогда не смогу вести тебя к алтарю, обнимать внуков или проводить Рождество в кругу большой семьи. Я не думал о том, что ты никогда больше не сможешь заниматься гонками, хоть и знал, что это было важно для тебя.

Он никогда не спрашивал, что было важно для меня. Даже сейчас он говорил мне, каким должно быть мое будущее.

— Когда ты восстановилась, что было лучшим днем, и получила место в университете, я почувствовал, что ты будешь в безопасности от гонок и у тебя будет будущее подальше от этого бизнеса. И все же ты каждый час дня работала и подвергалась стрессу, который довел меня до сердечного приступа. Я хотел большего для тебя, Сенна.

Я потерла пальцами лоб.

— Но что насчет того, чего хочу я?

Он замычал.

— Этот бизнес рушит жизни, и я ненавижу, что я моя дочь должна рушить свою жизнь.

— Пап, — нежно сказала я. — Я люблю эту жизнь. Да, она тяжелая, и напряжение иногда давит на меня. Но теперь у меня есть Коннор. У меня есть все, что я хочу.

Мой отец, человек, который поднимал меня на плечи, когда я размахивала своими трофеями в воздухе, человек, которого я боготворила и на которого хотела походить, теперь казался менее могущественным. Я больше не хотела, чтобы он гордился мной. Я хотела его принятия.

— Но ты должна иметь больше. Тебе следует знать, что я все еще разговариваю с тем покупателем. Если ты не можешь уйти, я должен заставить тебя.

— Ты пообещал, что не будешь, если мы дойдем до шестого места, ты не можешь.

— Это ради твоего же блага.

Слезы стояли в глазах, но я отказывалась сдаваться.

— Мы все еще будем шестыми, и сделаем это как команда, потому что мы можем. И я продолжу работать в гонках, потому что могу.

— Сенна, я люблю тебя.

— Я тоже люблю тебя. Но сейчас, не думаю, что ты мне симпатизируешь. Пока, пап. Береги себя.

— Вегас, детка! — кричал Коннор, пока расхаживал по гаражу.

Мы с Джекс и Маккой смотрели на экраны, хотя время от времени мое внимание перемещалось на Коннора, показывающего команде «пистолетики» из пальцев. За один день он избавил меня от всего беспокойства, которое осталось после разговора с отцом. Я найду способ заставить отца передумать.

— Хватит отвлекать нас. Мы сейчас решаем, менять ли стратегию пит-стопов на гонку.

— Какая разница? Это Вегас, детка.

Он танцевал по гаражу, убеждая команду присоединиться к нему. Я покачала головой и поджала губы, чтобы скрыть ухмылку.

— Знаю. Ты кричишь это уже последние четыре часа, что мы здесь находимся, — и мне нравилось это каждый раз, за исключением тех моментов, когда он кричал об этом мне на ухо, пока я пыталась поспасть в самолете.

На нем был его гоночный комбинезон, наполовину застегнутый, а верх был опущен и свисал. Он восхитительно выглядел в своей белой футболке с длинными рукавами под костюмом. Мне хотелось подбежать и поцеловать его, но на работе мы старались соблюдать профессионализм, за исключением тех двух раз, когда у нас был секс в моем кабинете и в гараже. А так, все исключительно профессионально.

Он подмигнул мне, словно знал, о чем я думала, когда он покружился. Тауни подбежала к нему и исполнила некое подобие боди-поппинга. Он дал ей пять, словно они были товарищами по борьбе и он передал ей эстафету. Он помчался ко мне. Мои пальцы на ногах поджались, и внутри все екнуло.

Я не могла хотеть его еще больше.

Пока что это не влияло на мою способность управлять командой. Мы убрали апгрейды последних гонок, и это дало плоды, потому что Коннор и Тауни заняли четвертое и пятое места. Мы находились на грани шестого места в Кубке, но нужны еще один подиум и победа.

— Дейн, мне нужно поговорить с тобой о позициях, — его брови взлетели вверх, и я отвернулась и прикрыла рот, чтобы не рассмеяться. — О позициях в гонке, — хрипло добавила я.

Если я посмотрю на него, то мое тело взорвется от его близости.

— Да, босс, — сказал он. Готова поспорить, что он самодовольно ухмылялся. — Что мне сделать, чтобы к концу сезона мы оказались в ТОП-6? Если брать в расчет это гонку и последнюю в Абу-Даби на следующей неделе, у нас может получиться.

Он повторил то, что я, однажды, сказала утром в постели, перед тем как уехать в США. Какой же наглый придурок.

— Читаешь мои мысли, — сказала я, косо посмотрев. Его ухмылка обезоруживала. — Но нужно занять еще два подиума. Как бы я ни верила в вас, у нас не получится.

— Не услышал, что не получится у меня.

Джекс хихикнула, пока Коннор выпендривался. Это был прежний Коннор, который не боялся пилотировать и спал перед гонками. Я знала, что теперь он спал из-за наших видеозвонков по ночам. Еще мы по очереди засыпали с плюшевой игрушкой Колтс, так что она всегда пахла нами обоими.

— Выспавшийся Коннор — это пугающе. Я предпочитал тебя бессонного, — пошутил Макка.

— Я тоже, — ответила Джекс. — Хотя, думаю, что выспавшийся Коннор может занять место на подиуме.

— Хоть кто-то верит в меня, — добавил Коннор.

Я развернулась на своем кресле и уставилась на него. Он вскинул брови, когда я подготовила свое раскаяние. Мои пальцы касались татуировки с лучшим кругом.

— Не обращай на меня внимание. Я пессимистично настроена. Ты справишься, и тебя поддерживает вся команда.

— Ты веришь в меня, босс?

Улыбка щекотала мои губы, но я сохраняла равнодушное выражение лица.