Чтение онлайн

Вся эта история подробно изображена на старинном рисунке в Кунгурской Летописи, см. рис. 8.114. В частности, показана большая ордынская пушка, разбивающая в щепки идол остяков.

Летопись, правда, не сообщает, что остяки = ацтеки принесли в жертву именно взятых в плен казаков. Однако упоминается о «языческом» жертвоприношении перед идолом во время военных действий, когда остяки напали на казаков и те с большим трудом отбились. Надо полагать, были павшие и захваченные в плен. По-видимому, испанская = османская версия, рассказанная Берналем Диасом, в данном случае подробнее и дает более яркую и запоминающуюся картину.

Надо сказать, что и конкистадоры не брезговали использовать человеческие трупы для своих целей. Берналь Диас сообщает: «На ночлег мы расположились подле веселого ручейка, обмыли раны и смазали их, за неимением масла, ЖИРОМ, ВЫТОПЛЕННЫМ ИЗ УБИТОГО ИНДЕЙЦА. На ночь покушали мы щенят, оказавшихся здесь во множестве… (Через несколько дней — Авт.) раненых своих, 15 человек, мы опять пользовали ЧЕЛОВЕЧЕСКИМ САЛОМ, а также ухаживали за 4 ранеными лошадьми; едой нам служили куры и все те же вкусные щенята» [10], с. 84–85.

В то же время, в Сибирской Кунгурской Летописи сохранились интересные сведения, еще более сближающие русско-ордынскую и испанскую = османскую версии. Оказывается, говорится о ЛЮДОЕДСТВЕ, к которому были вынуждены прибегнуть русские казаки во время зимнего похода «в Сибирь» [67], с. 108. Оказавшись на враждебной территории и оставшись без припасов, казаки «ели тела человеческие». Но ведь при ацтекских = остяцких жертвоприношениях в Мешико, в Америке, тоже ели руки и ноги людей, принесенных в жертву, см. выше. Даже соответствующие старинные рисунки были сделаны, см. рис. 8.107—8.110. В общем, и то и другое именуется людоедством. Испанская = османская-атаманская версия обвинила в людоедстве ацтеков, приносивших человеческие жертвы. Русско-ордынская версия обвинила ОСТЯКОВ в языческих жертвоприношениях, и тут же сообщила, что КАЗАКИ «ели тела», оказавшись на краю голодной смерти. Так или иначе, обе версии четко говорят о ЛЮДОЕДСТВЕ во время похода Ермака-Кортеса. Кто в нем был более виновен, а кто менее, — сейчас понять трудно. Это уже вопрос субъективной позиции летописца. Хронисты могли путаться. Тем более, что вопрос о поедании людей вызывал, естественно, много эмоций и мало кого оставлял равнодушным. Могли обвинять друг друга.

Теперь, для полноты картины, процитируем Кунгурскую Летопись: «Того ж 91, мая с 3 числа, посланы воеводы с Москвы к Ермаку, по указу великаго государя Василья Ивановича Шуйскаго князь Семен Волховской да Иван Глухой с 500 человеки, Волгою чрез волок. Егда же доехаша до Сибири, ноября в 1 день, зиме же пришедши и гладу велию припадшу, яко понудитися и ТЕЛА ЧЕЛОВЕЧЕСКИЕ ЯСТИ, И ОТ ГЛАДУ МНОЗИ ИЗОМОРОША И ВОЕВОДЫ. Весне же приспевше, Татара и Остяки от новин своих рыбы и овощи и запасы принесоша, и казаки от гладу насытишася» [67], с. 108.

В Кунгурской Летописи данный сюжет изображен на рисунке, приведенном нами в предыдущей главе, см. рис. 7.18.

Кстати, обратим внимание, что Кунгурская Летопись в «91 году», то есть в 1583 году н. э. (поскольку 91 год = 7091 год от Адама = 1583 год) почему-то называет государем Василия Шуйского. Но ведь, согласно романовской версии, Шуйский взошел на престол значительно позднее, а именно, в 1606 году. В чем тут дело? Не проглядывает ли здесь какая-то иная версия истории Великой Смуты, отличная от поздней романовской?

Прежде чем расстаться с сюжетом о человеческих жертвоприношениях, сделаем одно замечание. В книге «Империя» мы цитировали некоторых западноевропейских летописцев, например, известного Матфея Парижского, уверявших своих читателей, будто Скифы и обитатели Сибири «едят человеческое мясо и пьют людскую кровь».

Или вот еще скандинавский автор пишет, что Скифия — огромная и богатая страна, населенная многими народами, «некоторые пашут ради пропитания земли; другие из них, ЧУДОВИЩНЫЕ И УЖАСАЮЩИЕ, ПИТАЮТСЯ ТЕЛАМИ ЛЮДЕЙ И ПЬЮТ ИХ КРОВЬ… В названной ранее СКИФИИ есть МНОГО ГОСУДАРСТВ, хотя и по большей части незаселенных, потому что во многие места, которые изобилуют ЗОЛОТОМ И ДРАГОЦЕННЫМИ КАМНЯМИ, очень редко или никогда не заходят люди» [46], с. 146. Скорее всего, тут описана Якутия, Дальний Восток — малонаселенная золотая и алмазная кладовая Руси.

Вероятно, средневековые рассуждения некоторых хронистов о том, что на Руси, а также в Сибири, Мексике и вообще в Центральной Америке, люди пьют кровь и едят человеческие тела, есть, по крайней мере частично, не что иное, как искаженное отражение участия ХРИСТИАН в Вечере Господней. Она же — причастие, она же — евхаристия, она же — хлебоприношение.

Вспомним слова Иисуса: «Истинно говорю вам: если не будете есть Плоти Сына Человеческого и пить Крови Его, то не будете иметь в себе жизни. Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь имеет жизнь вечную, и Я воскрешу его в последний день. Ибо Плоть Моя истинно есть пища, и Кровь Моя истинно есть питие. Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь пребывает во Мне, и Я в нем… ядущий Меня жить будет Мною» (Иоанн 6:53–57).

Во время Тайной Вечери, «когда они ели, Иисус взял хлеб и, благословив, преломил и, раздавая ученикам, сказал: приимите, ядите, сие есть Тело Мое. И, взяв чашу и благословив, подал им и сказал: пейте из нее все, ибо сие есть Кровь Моя Нового Завета» (Матфей 26:26–28).

Некоторые хронисты исказили этот христианский обычай, объявив его «человеческим жертвоприношением», поеданием человеческого тела В БУКВАЛЬНОМ СМЫСЛЕ. Так и пошли гулять по страницам западных хроник жуткие рассказы-страшилки, будто скифы «едят людей и пьют их кровь». Не исключено, что то же самое искажение произошло и при описании обычаев христиан-индейцев в Центральной Америке. Согласно нашим результатам, с XIV века на территории Америки воцарилось христианство, принесенное сюда «монголами» = великими в эпоху первой колонизации мира. Форма христианских ритуалов той далекой эпохи могла быть сильно непохожей на то, что позднее стало считаться «классическим христианством». По этой причине ранние христианские течения были потом объявлены «язычеством». Христианское причастие индейцев комментаторы истолковали потом как «человеческое жертвоприношение» в буквальном смысле — как убийство и поедание людей. Конечно, не исключено, что кое-где действительно практиковалось ритуальное жертвоприношение людей, как это сохранилось даже в XX веке у некоторых диких племен. Все эти сюжеты могли переплетаться на страницах хроник XVI–XVII веков и порождать разнообразные слухи и ошибочные представления.

Значительная часть повествования Кунгурской Летописи вращается вокруг остякской столицы Искера = Сибири. Главная битва с ханом Кучумом произошла именно здесь. Именно в Искер вошел победитель Ермак и обнаружил там, как сказано, «великое богатство — множество золота и серебра», см. выше. На иллюстрациях в Кунгурской Летописи столица Искер представлена большим городом. Спрашивается, где же он сегодня? Оказывается, ученые найти его до сих пор не могут. Уклончиво пишут так: «Город Сибирь, известный также под именем Искера, ЛЕЖАЛ на р. Иртыше, неподалеку от нынешнего Тобольска… показание Миллера о местоположении его, как известно, РАСХОДИТСЯ с показаниями Фишера… В западно-европейской литературе этим вопросом специально занимался J. J. Egli… Новейшие разыскания произведены Вас. Пигнатти. Искер (Кучумово городище) „Ежегодник Тобольского Губ. Музея“ вып. XXV (1915), с. 1–36» [1], с. 263.

Особенно ярко пишут об Искере = Сибири Брокгауз и Ефрон: «Сибирь… — урочище Тобольской губернии и уезда, в 16 верстах от города Тобольска, вверх по течению р. Иртыша, на правом, возвышенном его берегу, при впадении р. Сибирки. На этом месте стоял некогда главный укрепленный город Сибирского царства, основанный в начале XVI в. ногайским ханом Маметом. Впоследствии здесь жили сибирские цари Едигер и Кучум. Город этот был занят казаками под предводительством Ермака 26 окт. 1581 г. Накануне занятия его жители и сам царь Кучум спешно бежали в Ишимские степи. По преданию, казаки нашли здесь богатую добычу. После основания Тобольска гор. Сибирь хотя и был вновь занят татарами, НО ВСКОРЕ ЗАПУСТЕЛ И СТАЛ РАЗВАЛИВАТЬСЯ, ОТЧАСТИ ПОДМЫВАЕМЫЙ РЕКОЙ. НЫНЕ РАЗВАЛИНЫ СИБИРИ ПРЕДСТАВЛЯЮТ СОБОЮ ГРУДУ КИРПИЧА И КАМНЕЙ, ПОРОСШИХ ДЕРНОМ И ДЕРЕВЬЯМИ» [89].

Итак, вместо большой и богатой столицы сегодня нам показывают на груду кирпича и камней, заросших бурьяном и деревьями. И авторитетно приговаривают: вот тут была великая столица могущественного Сибирского Царства. Именно здесь, на этом поросшем мхом валуне сидел великий хан Кучум, увешанный золотом. Даже его шлем сохранился, см. выше. Туристы увлеченно фотографируют. И шлем, и кирпичи. Как мы теперь понимаем, это — исторический обман. Подлинная столица Искер, описанная в русских источниках и завоеванная Ермаком-Кортесом, находилась, и находится до сих пор, в Мексике, очень далеко от азиатской Сибири. Летописный Искер — это знаменитый город Мешико. Он же современный Мехико. Огромная богатая столица. Никогда и никуда не исчезала. Частично разрушалась, но тут же восстанавливалась и расцветала вновь. Была также описана некоторыми летописцами как «столица Искер = Сибирь». Но когда романовские историки перетащили — на бумаге — поход Ермака исключительно в азиатскую Сибирь, им пришлось показать здесь и «столицу Искер». Надо полагать, долго не думали. Довольно произвольно выбрали реку Иртыш и ткнули пальцем в какую-то развалину. Кстати, такие поросшие груды камней и кирпичей можно найти где угодно. После чего удовлетворенно стали писать «подлинную историю битвы Ермака за город Искер на берегу Иртыша». Приговаривая, будто «потом развалилась знаменитая столица сама собой».