Чтение онлайн

«Во время осады Казани Курбский командовал ПРАВОЙ РУКОЙ ВСЕЙ АРМИИ и, вместе с младшим братом, проявил выдающуюся храбрость» [89], «Курбский».

Карамзин пишет, что «Князь Андрей Курбский, равно мужественный и благоразумный» [39], т. 8, столбец 104, многое сделал для успеха похода. Карамзин даже посвящает Курбскому специальный раздел под названием «Доблесть Курбского». В частности, сказано следующее: «Князь Андрей Курбский с двумя стами воинов пресек им (врагам — Авт.) дорогу; удерживал их на тесных улицах, на крутизнах; затруднял каждый шаг; давал время нашим разить тыл неприятеля, и стал в Збойливых воротах, где присоединились к нему еще несколько сот Россиян…

Одни юные Князья Курбские, Андрей и Роман, с малочисленною дружиною успели сесть на коней, обскакали неприятеля, ударили на густую толпу его, врезались в ее середину, топтали, кололи» [39], т. 8, столбец 112.

И далее: «Из полку Курбского легло в городе 98 человек, самых лучших. Сеча продолжалась часов пять…

Сие редкое мужество Курбского засвидетельствовано и другими Летописцами» [39], т. 8, комментарии 331, 334, столбцы 49–50.

Итак, в обеих версиях в войске персов-русских выделен воин, сыгравший особо выдающуюся роль в победе. У Геродота — это ФАНЕС, в русских летописях это — КНЯЗЬ КУРБСКИЙ.

Кстати, не исключено, что имя ФАНЕС, упомянутое Геродотом, является легким искажением слова КНЯЗЬ.

• ПЕРСЫ ПЛЫЛИ К МЕМФИСУ ПО РЕКЕ. ВОЙСКА ИВАНА ГРОЗНОГО ПЛЫЛИ К КАЗАНИ ПО ВОЛГЕ. ЛИЧНОЕ УЧАСТИЕ ЦАРЯ В ПОХОДЕ.

Из текста Геродота видно, что ПЕРСИДСКОЕ ВОЙСКО ПЛЫЛО ПО РЕКЕ, будто бы по африканскому Нилу, приближаясь к Мемфису, где засели египетские войска. А именно, сказано следующее: «Их (египтян — Авт.) оттеснили в Мемфис, и Камбис отправил туда к ним вверх ПО РЕКЕ НА МИТИЛЕНСКОМ КОРАБЛЕ персидского вестника» [16], с. 141. Перед этим персы двигались по суше и уже разгромили часть египетского войска. Отметим, что персидский царь Камбис ЛИЧНО возглавил поход в Египет.

Обратимся теперь к ордынской истории. Русские летописи сообщают, что часть войска Ивана Грозного плыла в кораблях по Волге, чтобы добраться до Казани. На стругах везли тяжелые осадные огнестрельные орудия. «Часть войска была собрана еще в мае 1552 года и после смотра, произведенного ей царем, НАПРАВЛЕНА НА СУДАХ вместе с большим стенобитным снарядом по Оке и Волге к Свияжску; сюда же шли войска, ТАКЖЕ НА СУДАХ, и с северо-востока — ПО РЕКЕ КАМЕ. Главная рать должна была идти вместе с государем сухим путем» [53], кн. 2, ч. 4, с. 412.

Надо сказать, что Свияжск — это город на Волге, буквально рядом с Казанью, см. рис. 5.14. В известном Летописном Своде приведена миниатюра, показывающая войско Ивана Грозного, плывущее к Казани на судах, вместе с большими осадными пушками, см. рис. 5.15.

Как и Камбис, Иван Грозный ЛИЧНО возглавил поход на Казань. Между прочим, Казанский поход начался еще в 1547 году, когда «Иоанн решил лично выступить в поход против Казани. Он выехал в декабре 1547 года из Москвы во Владимир и приказал везти туда же пушки. Зима была теплая… когда 2 февраля 1548 года государь выступил из Нижнего, лед на Волге покрылся водой, и много пищалей и пушек провалилось» [53], кн. 2, с. 389. Перевозка русских орудий по льду показана на старинной миниатюре из Царственного Летописца, см. рис. 5.16.

В 1548 году Иван был вынужден возвратиться в Москву, однако в 1552 году войска двинулись дальше и сам государь снова ЛИЧНО возглавил поход на Казань.

Рис. 5.14. Карта Казанского похода Ивана Грозного 1552 года. Как мы теперь понимаем, это — карта похода «античного» персидского царя Камбиса на Египет. Взято из [53], кн. 2, с. 415, илл. 46.

Рис. 5.15. Миниатюра из Царственной Книги, изображающая часть войска Ивана Грозного, плывущую по Волге в Казани. «Такоже и з снарядомъ государь отпустилъ въ судех боярина своего Михаила Яковлича и диака своего Ивана Выродкова, и башни и тарасы рубленые велелъ привести, яже уготовлены противъ Казани поставить». Геродот описал все это как плавание войск «античного» Камбиса по Нилу в направлении египетской столицы Мемфиса. Взято из [53], кн. 2, ч. 4, с. 411, илл. 42.

Кроме того, повторим, и «античный» Мемфис и средневековая Казань описываются как столицы, расположенные на большой реке.

Рис. 5.16. Казанский поход Грозного. Перевозка московских пушек по льду. «И ночи тое пришелъ великого князя болшой нарядъ; и повелеша воеводы пущати пушки болшие, пищали, къ утру готовити». Этот поход описан «античным» Геродотом как поход царя Камбиса на Мемфис, столицу Египта. Взято из [53], кн. 2, с. 388, илл. 27.

Согласно Геродоту, при приближении персидского войска к египетскому Мемфису Камбис отправил к мемфисцам по реке на МИТИЛЕНСКОМ корабле своего вестника с предложением сдаться. Однако египтяне, встретив корабль, схватили прибывших послов, порубили их на куски и тела потащили в город, см. выше. Надо полагать, убийство послов вызвало взрыв возмущения в персидском войске. Камбис осадил Мемфис и начал осаду, оказавшуюся затяжной. Однако в конце концов город пал.

Что же расскажут нам русские летописи? Оказывается, они не только знают об этом «античном» событии 1552 года н. э., но и сообщают интересные дополнительные подробности.

В январе 1552 года война Ивана Грозного с Казанью на какое-то время затихла. Более того, КАЗАНЦЫ ДАЖЕ СТАЛИ ПОДУМЫВАТЬ О ПЕРЕХОДЕ «ПОД РУКУ ИОАННА».

«В феврале месяце (1552 года — Авт.) Алексей Адашев вновь отправился в Казань, чтобы свести Шиг-Алея; вместе с ним прибыли и татары, ездившие послами в Москву с условиями перехода Казани под руку Иоанна.

6 марта Шиг-Алей выехал из города, а боярин князь Семен МИКУЛИНСКИЙ отправил туда в тот же день извещение, что ОН НАЗНАЧЕН ГОСУДАРЕВЫМ НАМЕСТНИКОМ по челобитию казанцев, почему и приглашает их лучших людей приехать в Свияжск для принесения присяги.

На следующий день казанцы прислали в Свияжск своих лучших людей, которые там и присягнули, после чего князь Микулинский ОТПРАВИЛ СВОЙ ОБОЗ В ГОРОД (Казань — Авт.) ИЗ БОЯРСКИХ ДЕТЕЙ, КАЗАКОВ и 72 пищалей; отряд этот благополучно вошел в Казань, и к городу уже подходил с остальной ратью сам Микулинский, уверенный, что все обстоит совершенно мирно, как вдруг дело приняло неожиданный оборот: трое вельмож, противников Шиг-Алея, успели возбудить казанцев против русских, уверяя, что мы хотим их всех перебить. Возбужденный народ, и без того недовольный переходом под власть православного царя, взялся за оружие и стал затворять ворота перед самым приходом войск князя Микулинского. Вслед за тем Микулинский, тщетно простояв под Казанью полторы недели, вернулся назад в Свияжск и послал о происшедшем донесение государю, ожидая указаний для дальнейших действий.

Казанцы в это время взяли себе в цари астраханского царевича Едигера; СУДЬБА ЖЕ БОЯРСКИХ ДЕТЕЙ, ПРИБЫВШИХ В ГОРОД

С ОБОЗОМ КНЯЗЯ МИКУЛИНСКОГО, БЫЛА ПЕЧАЛЬНА: „Тех же воеводских юнош, — говорит летописец, — в Казань впустивше, и яша всех, и понудиша их прежде ласканием отрещися веры христьянския и прияти веру басурманскую, яко в чести велицет будут у них… Они же (боярские дети — Авт.) возопиша вси единым гласом купно: „Не даждь Бог отлучитися веры Христовы и попрати святое крещение вас ради нечестивых и поганых человек“, после чего БЫЛИ ПРЕДАНЫ ЖЕСТОЧАЙШИМ ПЫТКАМ И КАЗНЕНЫ“ (см. рис. 5.17 — Авт.).