Чтение онлайн

— К утру? Слушайте, мы почти сутки сюда добирались, теперь вы нас заставляете ждать до утра?

— Именно, — подтвердил Деверо. — Сообщите, где остановитесь, мы с вами свяжемся по мере развития событий.

Мэл вскочила.

— Я знаю Дэвида и могу опознать. Прочешу окрестности, установлю наблюдение…

— Это федеральное дело, — прервал ее агент. — Возможно, мы попросим вас опознать ребенка. Хотя у нас есть фотографии. — Деверо перевел взгляд на Себастьяна: — Я взялся за это по рекомендации агента Такера из Чикаго, которого знаю двадцать с лишним лет. Поскольку он более или менее верит в экстрасенсорные способности, а мой внук почти ровесник Дэвида, не стану советовать вам вернуться в Калифорнию и предоставить нам разбираться.

— Мы высоко ценим вашу помощь, агент Деверо. — Себастьян поднялся, подхватил Мэл под руку, крепко стиснул, чтобы она не изложила свое личное мнение на этот счет. — Я забронировал номера в «Дабл-три». Будем ждать сообщений.

Удовлетворенный Деверо тоже встал, протянул руку.

— Федералы вечно считают частных детективов паршивыми шавками, — буркнула Мэл через пару минут, выйдя в удушливый атлантский вечер.

— Он свое дело сделает.

— Правильно. — Она так разволновалась, что позволила открыть перед собой дверцу машины, взятой в аэропорту напрокат. — Потому что какой-то его приятель расписал ваши подвиги в Чикаго. Кстати, чем вы там отличились?

— Не так уж отличился. — Себастьян захлопнул пассажирскую дверцу, направился к водительской. — Вряд ли вас устроит выпивка в баре и безмятежный ужин.

— Ни в коем случае. Меня бинокль устроит. Где-то поблизости должны быть спортивные магазины.

— Пожалуй, достану.

— Камера с мощным объективом, — бормотала Мэл про себя, закатывая рукава позаимствованной рубашки. — Федеральное дело… Ни один закон не запрещает развлекательную поездку по пригородам, правда?

— Думаю, не запрещает. — Себастьян влился в поток машин. — Равно как и прогулку. Ничего нет приятней прогулки по пригородам летним вечером.

Мэл на него оглянулась, просияла улыбкой:

— Вы абсолютно правы, Донован.

— Запомню эту похвалу до конца жизни.

— Сумеете?.. — Мэл прикусила губу, не договорив. Они медленно ехали по трехполосным дорогам Форест-парка.

— Узнать дом? — закончил за нее Себастьян. — Со временем сумею.

— А как… — Мэл снова запнулась, поднесла к глазам бинокль.

— Как это делается? — Он с улыбкой повернул налево, по ее мнению, наобум. — Довольно трудно объяснить. Если вам действительно интересно, когда-нибудь попробую.

Машина вильнула к тротуару, остановилась, и Мэл нахмурилась:

— Почему остановились?

— Они здесь часто прогуливаются после ужина.

— Что?

— Гуляют с ребенком после ужина перед купанием.

Мэл бессознательно протянула к Себастьяну руку, повернула к себе его голову и сморгнула от вспышки силы в глазах, ставших темными, почти черными. Сумела только шепотом выдавить:

— Где он?

— В доме через дорогу. В доме с синими ставнями и с большим деревом на переднем дворе. — Успел схватить ее за руку, не дав выскочить из машины. — Не надо.

— Если он там, я его заберу. Пустите, черт побери!

— Подумайте. — Зная, что она чрезмерно поддается эмоциям, Себастьян обеими руками схватил Мэл за плечи, прижал к сиденью. Дело нелегкое: тоненькая, как тростинка, но сильная. — Проклятье, слушайте меня. С Дэвидом все в полном порядке. Вы только осложните дело, если ворветесь и попытаетесь его забрать.

Она сопротивлялась с горящим взглядом, похожая на богиню, готовую пустить огонь с кончиков пальцев.

— Они его украли!..

— Нет. Они даже не знают, что он украден. Думают, что от него отказались, убедили себя в этом, отчаянно мечтая о ребенке. Разве вы никогда ни о чем не мечтали настолько сильно, чтобы срезать путь, переступить размытую линию и получить желаемое?

Мэл яростно тряхнула головой:

— Это не их ребенок.

— Нет. — Тон смягчился, хватка ослабла. — Но прожил с ними три месяца. Для них он Эрик, они его очень любят. Любят так, что считают своим.

Она никак не могла отдышаться.

— Как вы можете просить меня оставить у них Дэвида?

— Ненадолго. — Он погладил ее по щеке. — Обещаю вернуть его Роуз до завтрашнего вечера.

Мэл кивнула, тяжело сглотнув.

— Пустите. — Себастьян отпустил ее, она трясущимися руками вскинула бинокль. — Хорошо, что удержали. Надо убедиться.

Направила окуляры на широкий эркер, разглядела за прозрачными шторами пастельные стены, детскую качалку, малиновый диванчик, заваленный игрушками. Крепко стиснула губы, когда в комнату за эркерным окном вошла худенькая брюнетка в шортах и хлопчатобумажной блузе, красиво тряхнула волосами, рассмеялась кому-то, протянула руки.

— Ох, боже, Дэвид…

Костяшки пальцев, державших бинокль, побелели. Женщина приняла ребенка у мужчины. Сквозь шторы видно, что Дэвид улыбается.

— Пойдемте, — тихо сказал Себастьян, но Мэл затрясла головой.

— Дайте сфотографировать. — Отложила бинокль, взяла твердой рукой аппарат с телескопическим объективом. — Поможет подтолкнуть Деверо.

Терпеливо отщелкала половину пленки, останавливаясь, когда обитатели дома скрывались из вида, и вновь снимая, когда подходили к окну. Потом, положив камеру на сиденье, стала растирать грудь, занывшую от боли и напряжения.

— Теперь пойдем. Может, его скоро выведут.

— Если силой хотите забрать…

— Я не дура, — огрызнулась она. — Знаю, что делать.

Они пошли по тротуару.

— Возьмите меня за руку, чтобы не вызывать подозрений, — предложил Себастьян, протягивая руку.

Мэл с сомнением на него покосилась, пожала плечами:

— Пожалуй, не повредит.

— Романтичная у вас душа, Сазерленд. — Он поднес ее пальцы к губам, с улыбкой услышал в ответ оскорбительные слова. — Очень люблю окраины, всегда хотел жить в таком месте. Аккуратно подстриженные газоны, розы в соседском саду за оградой, дети играют, мальчишки на велосипедах катаются, пахнет дымком от грилей, смех звенит в воздухе…

Вечно мечтая о том же, но никому ни за что не желая признаться, Мэл насмешливо подхватила:

— Сорняки, шумные соседи подглядывают сквозь жалюзи, злые собаки…

Как бы услышав зов, собака с глухим лаем понеслась по лужайке. Себастьян оглянулся, она замерла, заскулила, пошла прочь, поджав хвост.

Мэл не могла не оценить увиденное.

— Неплохой трюк.

— Это дар. — Он выпустил ее руку, обнял за плечи, шепнул: — Успокойтесь. Нечего бояться.