Чтение онлайн

– Не… Он это… в самоволку ходил… каждый вечер… Мы думали он, значится…

– Шпион? – вставила догадливая Исса.

– Да не… Какой шпион! Кому она, Трайтаона ентая, нужна… Мы думали, он девчонку себе…. девчонку завел! Дело ж молодое! – Папа многозначительно подмигнул нам с Иссой.

– Ха-ха-ха! – откликнулась мамаша Шарида.

– Значится, проследили мы за Чором… Незаметно так… Интересно нам было… А там это, как его… оказалось, что не девчонка это вовсе!

– Неужели парень? – не выдержал я.

– Парень? – вытаращились на меня мамаша Шарида, папаша Дьямаш и Исса.

Они явно не поняли моего юмора. Вообще, меньшинства в Конкордии обсуждать было не принято. Да и были ли у них вообще какие-либо «меньшинства», судить не берусь.

– Не… Не парень… Кролик это был!

– Кролик?

– Кролик!

– Так это он к кролику, что ли, каждую ночь ходил?

– То-то и оно! Кормил его морковкой! А мы-то думали – к девчонке. Там на Трайтаоне девчонки хоть куда! Ядреные! Глазами так и стреляют, негодяйки! А Чор к кролику! Уа-ха-ха! Уа-ха-ха!

– К кролику! Хи-хи-хи! Надо же! Хи-хи-хи! – развеселилась его супруга. – Ну просто нарочно не придумаешь! Хи-хи-хи!

– Папочка, ты прелесть! – Мою Иссу тоже душил смех. Похоже, совершенно неподдельный.

– Очень, очень остроумно! – скалился я.

Через час такого общения у меня начало сводить скулы от наигранных улыбок.

А папочка у моей Иссы был натурально балагуром.

За историей про тихоню Чора и его возлюбленного кролика последовала другая. Про то, как, снова же в армии, на Трайтаоне, папаша Дьямаш, тогда еще молодой дем, выиграл спор у своего друга рядового Гевану, который утверждал, что пукнуть больше пяти раз подряд невозможно физически. Папаша Дьямаш посрамил неверующего благодаря специальной технике, которой его, в обмен на пачку сигарет, обучил рядовой Бун, в обществе которого папаша Дьямаш сидел в карцере за мелкое прегрешение.

Рядовой Бун, по уверениям папаши Дьямаша, мог, испустив ветры, затушить целый канделябр со свечами. В чем суть техники папаша Дьямаш так и не рассказал, а стоило бы. Впрочем, Иссе и ее маме история понравилась безотносительно.

Затем нашему вниманию было предложено развернутое художественное описание закатов над военной базой на Трайтаоне. Уверен, в текстовой записи все это напоминало бы суперавангардный роман о видениях наркомана, принявшего порцию отменной дури – учитывая широту словарного запаса и богатство экспрессивных средств рассказчика.

За закатами последовало не менее художественное описание морально-этических достоинств лейтенанта Ездигерда.

«Не человек – скала!» – говорил папаша Дьямаш, тыча пальцем в видавшую виды фотографию: мужчина с вострым лисьим лицом и бычьей шеей мужественно смотрел в объектив, приобнимая двух смазливых медсестер в шапочках и белых халатах…

– На одной из них он потом женился, – с нежной улыбкой промолвил папаша Дьямаш. – Кажется, на левой.

– А в прошлый раз ты говорил, что на правой, – укоризненно заметила Исса.

– Эх, память уже дырявая.

Как ни странно, все, что рассказывал папаша Дьямаш, принималось обществом на «ура».

В течение первого часа меня это удивляло. На мой вкус истории были затянутыми и скучными.

В течение второго часа – оставляло равнодушным. «Отключаться» с умным видом я научился еще на занятиях по «Обмундированию, снабжению и комплектации». А к концу третьего часа я даже начал получать от этого кошмара удовольствие из серии «Бывают же такие простые и добрые люди!». Или: «Как хорошо, что моя Исса уродилась не в мать и не в отца!»

А еще мы кушали и пили – мамаша Шарида бдительно следила за тем, чтобы я не пропускал ни одной рюмки, а папаша Дьямаш раза три указал мне на то, какой я «худенький». А потом они хором пели для меня песни – незамысловатые и прямые, как и все искусство клонов.

Когда же подошло время прощаться, мамаша Шарида отвела меня в сторонку и, смаргивая нечаянную слезу, спросила:

– Ты же не будешь обижать мою девочку, когда вы поженитесь?

– Никогда, – шепотом заверил ее я.

Увы, нашу доверительную беседу грубо прервали. Подошел папаша Дьямаш и, дыша на меня перегаром, заявил:

– Вы ж смотрите только, балбесы. До регистрации – ни-ни!

Честное слово, после всего этого я искренне раскаялся в том, что временами, в обществе Кольки Самохвальского, позволял себе называть своего отца Ричарда невеждой.

Однако стоило нам с Иссой, которая после визита к родителям на глазах расцвела и оживилась, выйти на улицу, как я уже забыл про выписанную себе медаль.

Исса так ласково льнула ко мне, что…

В общем, хотя «по-взрослому» ничего такого у нас не сложилось, мне все-таки стоило огромных трудов не опоздать к началу третьего отделения растреклятого концерта.

Мы встречались с Иссой еще дважды, но обе эти встречи оставили в моей душе ощущение незаконченности. Недосказанности. Незавершенности.

Довольно неприятное это было ощущение. Как сказал бы Самохвальский – фрустрирующее.

И не в том дело, что нам с Иссой так толком и не дали побыть вдвоем – все время нужно было следить за тем, чтобы куда-нибудь не опоздать, не нарушить каких-нибудь приличий, чтобы оставаться «комильфо», чтобы не перейти от поцелуев к чему-то, что уже не является поцелуями…

А как же любовь, спросите меня вы, которая побеждает все социальные условности?

А вот хрен она что победила.

По крайней мере в нашем с Иссой случае.

Мне было страшно признаться себе в том, что временами, чинно сидя рядом с Иссой на скамеечке в публичном парке имени Безымянного Героя, я втайне мечтаю о том, чтобы снова увидеть ту Иссу, которая являлась на сеансы дальней связи – открытую, чуток романтичную, рассеянную. Что я страстно хочу, чтобы Исса, из реальной клонской девушки-офицера, суровой и деловитой, снова превратилась в эдакую Аэлиту, инопланетянку мечты, чье физическое тело располагается в десятках и сотнях парсеков от меня.

Впрочем, на моей решимости взять Иссу в жены все эти мечтания и соображения никак не сказывались. Я по-прежнему был тверд. До фанатизма.

Может быть, потому, что я был убежден: стоит нам сочетаться браком и образы девушки-мечты и клонского офицера навеки сольются в одно целое? Эх, черт его знает!

Последний день в Хосрове выдался особенно муторным.

С утра нас инструктировала контрразведка флота: хваты с ничего не выражающими, как задницы, лицами.

Они рассказывали, как именно нам следует прошерстить наш багаж и одежду – чтоб, значит, вражеские шпионы чего туда не подсунули. Ежу было ясно, что наш багаж будет проверяться этими же самыми ребятами еще не раз. И что инструктаж нужен только за тем, чтобы облегчить дармоедам работу (ну и для поднятия общей бдительности). Увы, от того, что мы это понимали, инструктаж короче на становился.