Чтение онлайн

Мой шеф был весь вечер в ударе. По правде говоря, я никогда не замечала за ним таких актерских способностей, как сегодня. Видя наивные лица наших соседей и войдя в какой-то кураж, он рассказывал им сплошные небылицы и весёлые неправдоподобные истории. Хотя, возможно, что-то из сказанного и было правдой. Кто его знает?!

— Тимох, скажи, а ты королеву видал? — спросил Андрей и поставил рюмку водки перед Тимирязевым.

Для Андрея, Тимофей был каким-то инопланетянином из другого мира. Он с детским доверием внимал каждому его слову.

— Почему только Королёву?! Я ещё и герцогинь видел, — ответил тот перебирая пальцами струны гитары.

— Да ты что?! — со скептицизмом в голосе к разговору присоединилась Вера и с недоверием посмотрела на Тима.

Шеф с гордостью согласно кивнул, а я еле сдержалась, чтобы не засмеяться в голос.

— Конечно. Герцогиню, как ее… — он щёлкнул пальцами в воздухе, вспоминая ее имя, — Кембржс… Кемриджс… мать ее, — он облизал нижнюю губу, — короче — Кейт. Но я называл ее Катюша, — он ответил на столько серьезно, что даже я на секунду ему поверила.

— Да не может этого быть, — возмутилась Вера и махнула рукой.

— Отвечаю. Я сидел с ней вот так вот, как сейчас, с тобой, за одним столом. Даже песни ей также пел, — он говорил настолько правдоподобно, и ни один мускул на его лице не дрогнул выдавая ложь. Затем слегка приподнявшись и повернув голову в мою сторону, улыбаясь во всю, он сказал: Арина Николаевна, меня герцогинями соблазняли, но не поддался я.

Так я тебе и поверила — сказочник.

— Угу, — я лишь кивнула и продолжила наблюдать за этим фарсом. Мне было интересно, что ещё выдаст этот врун, болтун и хохотун.

— Врешь! Так не бывает, — запротестовал Саша и не чокаясь выпил содержимое рюмки, занюхивая свежим огурцом.

— Правда! — Тим выровнялся на стуле и поправил гитару. Хотите знать какая у Катюшки любимая была песня?

— Ага, — наивно закивал головой Андрюха.

С каким-то особым азартом подбирая аккорды он запел хрипловатым голосом:

«А мне не Тани снятся и не Гали,

Не поля родные, не леса, -

В Сенегале, братцы, в Сенегале

Я такие видел чудеса!

Ох, не слабы, братцы, ох, не слабы

Плеск волны, мерцание весла,

Крокодилы, пальмы, баобабы

И жена французского посла…»

— Какой балабол, — шепнула мне на ухо Люда.

Я совсем не слышала, как она подошла ко мне.

— Сама в шоке, — ответила я и мы обе тихо засмеялись. Садись ближе.

Взяв с другого конца стола свою тарелку и вилку, подруга села рядом со мной.

— Мне интересно, как этот «посол» завтра встанет. Он пообещал Ване, что они пойдут с утра рыбалку.

Люда снова хихикнула.

— Может тебе рассолу с огурцов принести? У меня есть, — она откуда-то достала бутылку вишнёвки и пододвинула к себе мою рюмку.

— Обойдётся. Пусть знает, что такое деревенская самогонка. Будет ему наказание.

Он не был сейчас сильно пьян. Но мы ведь понимали, что расходится пока никто не собирается и это лишь дело времени.

— Андрюшину самогонку я и сама пить не могу, — она сморщилась, будто бы лимон откусила, — ты, вон, — она кивнула на налитую в рамках наливку, — мою попробуй. А насчёт рассола, все же подумай.

Мы чокнулись, и я сделала маленький глоток. Сладкая, ароматная жидкость разлилась по телу приятным тёплом.

Растащить мужчин по домам удалось ближе к двум часам ночи. Тиму повезло больше всех. Во-первых — я ему не жена, чтобы пилить его с утра. Во-вторых — идти ему было ближе всех.

Сняв с него куртку и кроссовки, я с трудом уложила его на диван.

Это не мужик, а медведь какой-то. Чтобы он во сне не раздавил свой телефон, я достала его из кармана и положила на стол.

Он мычал что-то не членораздельное, пока я укрывала его поедом.

— Значит так Тимирязев, я делаю это в первый и последний раз, — сердито прошипела я наклонившись над мужчиной.

Я не ожидала от него каких-либо действий. Но он резко обнял меня за талию и потянул на себя. От чего я упала ему на грудь.

— Если я захочу, то тебе вообще ничего не придётся делать, — ответил он, затем разжал свои руки и повернулся на бок.

Чертыхаясь, я вошла в нашу с Иваном комнату и закрыла за собой дверь. Одевать пижаму не было сил, поэтому я легла в чем была, поверх одеяла.

— М-а-а-а-м, — тихо позвал меня сын.

— Что? — ответила я с закрытыми глазами.

— Правда Тим классный? — прошептали он.

— Правда.

— Мне он нравится.

— …

— М-а-а-а-м…

— Что-о-о? — сквозь сон протянула я.

— А тебе он нравится?

— Ваня, спи. Завтра поговорим.

Спустя несколько секунд меня просто вырубило. Будто бы кто-то выключил тумблер.

Тимофей

— Тим! Тим! Просыпайся! — слышу Ванин голос как будто в тоннеле, по которому ползу на свет как могу.

Издав мучительный стон с трудом, открываю глаза и уже не во сне, а наяву вижу яркий солнечный свет, который, бьет мне прямо в глаза.

— Где я? — эти два слова еле выдавливаю из себя севшим голосом.

Во рту пересохло все так, что аж губы потрескались. Такое чувство, что пили вчера ацетон.

Поворачиваю голову и вижу Арину, которая стоит в дверном проёме сложив руки на груди и смотрит на меня. Презрительно так смотрит, что мурашки по спине бегут. Так на меня в юности смотрела мама, когда в старших классах я не ночевал дома. Приходил под утро, тихо пробирался в свою комнату, ложился на кровать и притворялся будто бы только что проснулся. Этот спектакль я разыгрывал в большей степени для отца, так как моя мама обо всем знала и только громко вздыхала.

— По всей видимости в Сенегале, — зло отвечает она.

Точно. Совсем как моя мать. Не зря говорят, что мы подсознательно выбираем себе женщин похожих на наших мам.

Ну что Тимирязев? Ты видимо вчера себя показал во всей красе. Хотел поближе узнать друг друга? У тебя это получилось.

— Арина Николаевна, вы когда сердитесь выглядите чертовски привлекательно, — на последнем слове облизываю губы не от возбуждения, а от того, что очень хочется пить.

Она не отвечает.

Я смотрю на поджатые губы и понимаю, что если бы взглядом можно было сжечь, то от меня остался бы только пепел.