Зайка и медведь
Шрифт:
— Наклони голову вперед.
Ей понадобилось минута, чтобы найти и снять маячок. Сделав это, она показала его Чейзу.
— Ты встроила мне чип? – Его недоверчивый тон заставил ее съежиться.
— Эй, не надо так возмущаться. С его помощью мы нашли тебя вовремя. Если бы мы этого не сделали, ты бы, вероятно, попал в какую-нибудь лабораторию для экспериментов.
— Что-нибудь еще, чем бы ты хотела поделиться со мной?
— Едва ли, если ты будешь так реагировать.
— Ну, извини, если со мной проблемы, как с объектом. Это все, чем я был для тебя?
Миранда не стала задумываться, хорошая это идея или нет. Она просто последовала за инстинктом и уселась к Чейзу на колени. К ее удовольствию, он не отстранился.
— Тебе поможет, если я скажу, что хотела рассказать тебе все с первого же момента знакомства? Ты никогда не был для меня объектом или просто работой. Я ненавидела все эти секреты.
— Больше никаких секретов? – спросил Чейз, обнимая ее.
— Неа. И особенно я не буду держать в секрете твои размеры. Ух. Скоро девочки в офисе услышат это и будут завидовать мне.
— Миранда! Ты не будешь обсуждать мой член или что-нибудь еще ни с кем.
— Слишком поздно, сладкие щечки. В рамках твоей безопасности в твоей квартире и на работе установили камеры. И если они не отключены, в чем я сильно сомневаюсь, ОПК уже знает, что мы станцевали горизонтальное танго. Черт возьми, Джесси, вероятно, уже спорит на то, сколько раз ты заставил меня кончить.
— Что? – Его рев заставил дребезжать стекла. – Ты шпионила за мной?
— Ну да, разве это не то, о чем мы только что говорили?
— Ты забыла упомянуть камеры.
— Сожалею. Я даже не подумала сказать, поскольку они – стандартная процедура.
— Я займусь вашими задницами в Объединенном Пушистом Суде.
— Суды как раз и выдают нам поручения и инструкции, так что вперед. Веди себя, как маленький медвежонок. – Миранда высунула язычок, и Чейз зарычал.
— Женщина, ты испытываешь мое терпение. – Его сердитое лицо не оттолкнуло ее, вероятно, из-за желания, которое он пробуждал в ней.
— А ты меня заводишь. Хочешь потрахаться, как кролики?
Ее комментарий обезоружил его. Чейз прищурился.
— Ты целиком и полностью двинутая, знаешь.
— Да. Мама говорит, это из-за того, что в детстве я слишком часто ударялась головой.
Губы Чейза дернулись, задрожали в улыбке, а потом он расхохотался. Грохочущий звук был настолько заразительным, что Миранда тоже рассмеялась. Оседлав Чейза, она дернула его рубашку.
– Что ты делаешь?
– Пытаюсь раздеть тебя.
– А камеры? – запротестовал он.
Вздохнув, Миранда встала и сняла с себя рубашку, чтобы прикрыть камеры в спальне.
— Теперь счастлив?
Качая головой и бормоча что-то про безумных и сексуальных заек, Чейз разделся, демонстрируя свое великолепное тело. Она прижалась к нему, кожа к коже, и задрожала от восхищения.
— Что теперь? – обняв ее, спросил он.
— Теперь ложись. – Ей нравилось, что он подчинялся. В мгновение ока он лег на пол, а она, ухмыляясь, оказалась на его голой волосатой груди. – Отлично. Знаешь, я всегда хотела заняться любовью на медвежьей шкуре.
— Миранда, – застонал Чейз.
— Что? Это правда. – Она пощекотала пальцами его торс, следуя за выпуклыми линиями мышц, покружила вокруг плоских сосков. Чейз напрягся, его тело стало неподвижным – он пытался обуздать свое желание. Как будто она разрешит ему сделать это.
Миранде нравилась ее способность заставлять Чейза забыться. Забыть то, кем она являлась. Ей особенно нравилось, как блестели его глаза – в них можно было видеть искорки чувства собственничества.
Принадлежать такому мужчине, как он, было чертовски хорошо.
Она знала: хоть Чейз и желает ее сейчас, в конце концов, его страсть ослабеет, и он вспомнит, что зайки и медведи не могут быть вместе – по крайней мере, в его мире.
И все же в этот момент они были просто мужчиной и женщиной. Миранда планировала использовать это в своих интересах. Она наклонилась, чтобы поцеловать его, сгорая от желания. Он касался ее языка своим языком ее, затягивая в рот, чтобы пососать.
Ее тело содрогнулось. Дрожь повторилась, когда его руки приласкали ее ягодицы и сжали, массируя попку и заставляя стонать. Миранда извивалась, ее киска намокала все сильнее.
— Я хочу попробовать тебя на вкус, – прорычал он ей в губы.
— Прямо сейчас?
— Я ждал достаточно долго. Давай сюда свой сладкий пирожок. – Он не стал ждать, пока Миранда подвинется, а, используя свою медвежью силу, просто подтянул ее киску к своему лицу.
И затем он показал ей, что могут сделать губы медведя. Во-первых, он лизал ее медленно, заставляя Миранду дрожать. Во-вторых, длина его языка была впечатляющей, казалось, он был везде. Кончик его языка то кружил вокруг ее киски, лаская губки и клитор, заставляя Миранду сначала хныкать от удовольствия, а затем вскрикивать, то быстрым движением погружался внутрь. Всего этого было чересчур много, и она уже чуть не сорвалась с его лица, но его губы схватили ее клитор… и стали пытать.
О Боже. Ничто на этой земле не может превзойти ощущение его губ, вознамерившихся свести ее с ума.
Миранда вцепилась в короткие волосы Чейза. Она объезжала его рот, испытывая безграничное удовольствие, пока его губы теребили и поглаживали ее самую суть. И разлетелась вдребезги, когда оргазм ударил так сильно и быстро, что она оказалась не в силах сдержать его. Прикосновения его рта были слишком чувственными.
А злой медведь усмехнулся, и вибрация его смешка заставила ее захныкать, а затем снова вскрикнуть, когда он проник своим языком внутрь, прижимая бедра сильнее, как будто кто-то отнимал у него лакомство.
Снова пришло возбуждение. Чейз удерживал ее, вылизывая соки, пока Миранда не взмолилась о пощаде.
— Пожалуйста.
Сжалившись, он опустил ее на свой напряженный член. Миранда плавно обхватила его длину, его бедра приподнялись, с губ сорвалось рычание. Наконец-то ее накрыло облегчение. Его длина и размер идеально устроились в ее киске. Руками упираясь в его грудь, Миранда задвигалась медленными, томными движениями.
— Святая Медведица, – задыхался он. – Только не останавливайся.