Зазеркалье (Ричард Блейд, странствие 19)
Шрифт:
– Куда, мистер?
– просипел охранник, дохнув на Блейда могучим пивным духом.
– Рано еще. Все закрыто...
– Мне надо видеть старину Бака.
– Блейд внутренне напрягся. У него недоставало времени тщательно собирать информацию. Он исходил из того, что здесь все почти так же, как и на Земле.
– Это еще зачем?
– лениво процедил громила. Он был выше Блейда почти на полголовы, шире в плечах, а уж руки его скорее напоминали бараньи ляжки.
– Наняться хочу, - коротко бросил Блейд.
– Наняться?
– мутные глазки охранника приоткрылись.
– Позови хозяина, - повысил голос Блейд.
– Позови, пока я не продемонстрировал тебе, что пришел не просто так!
– Вот как?
– громила оживился.
– Хозяин всегда находит себе людей сам. И он очень не любит, когда хорошо одетые фраера с улицы... или из полиции начинают совать свой длинный нос в наше дело.
Блейд безразлично покивал головой. Он даже не вынул рук из карманов плаща. Что ж, на иной прием здесь рассчитывать не приходилось.
Кулак странника врезался в заросший недельной щетиной подбородок громилы. Удар был нанесен с такой быстротой, что охранник не успел даже пошевелиться. Второго не потребовалось - громила потерял сознание. Он с шумом рухнул на пол, точно поверженный молнией Зевса гигант.
Сопляк взвизгнул и прыгнул было вперед, размахнувшись цепью. Возможно, он и умел довольно-таки ловко владеть ею и смог бы выстоять против физически гораздо более сильного человека - если бы только этим человеком оказался кто-то иной, а не Ричард Блейд.
Рука Блейда перехватила кисть юнца в воздухе, цепь просвистела мимо. Замахнуться вторично парень уже не успел: Блейд четко, как на тренировке, ударил его локтем в солнечное сплетение и вырвал цепь из ослабевших пальцев.
– А теперь ты проведешь меня к хозяину, - прорычал он прямо в лицо парню, едва тот несколько пришел в себя. За громилу Блейд не беспокоился странник знал силу собственного удара.
Юнец торопливо закивал. Из кармана появилась связка ключей, внутренняя дверь была отперта, и Блейд шагнул следом за своим трясущимся провожатым.
На первый взгляд бар, когда они вошли, был самым типичным заведением, кроме одного лишь довольно необычного пустого пространства в самой середине. В остальном же он походил на американизированный бар - даже не на старый добрый английский паб. Вдоль дальней стены тянулась длинная стойка, в зальчике было тихо и пустынно, стулья стояли вверх ножками на столах. Блейд прошел прямиком за стойку - через узкий проход в крошечное помещение без окон, освещенное лампой дневного света, где старина Бак держал что-то вроде конторы.
По стенам теснились плакаты с обнаженными красотками, в углу возвышалась внушительных размеров стойка с разнообразными горячительными напитками, причем сортом много выше тех, что были выставлены в общем зале. Письменный стол с истерзанной полировкой и многочисленными жжеными пятнами от окурков был девственно чист, если не считать старого-престарого обшарпанного телефона.
Однако за этим столом восседал сам старина Бак, и этим все было сказано.
Когда-то в своей реальности и в своем времени Блейд имел с ним контакт. Бак проходил по делу о торговле наркотиками, но никаких улик добыть не удалось. Впрочем, Блейд и по сей день был уверен, что "травкой" Бак не баловался. Он занимался другим - гладиаторскими боями. Сам в прошлом профессиональный боксер, даже уйдя на покой, он не смог расстаться со своим кровавым бизнесом. Разумеется, все это делалось полуподпольно; власти не слишком-то одобряли происходящее. Тем не менее в третьеразрядной забегаловке Бака встречались весьма рафинированные посетители, пришедшие пощекотать себе нервы созерцанием боя без правил, в котором разрешены были все, даже самые подлые приемы.
Бак молча поднял голову и воззрился на странного посетителя. Был он невелик ростом - всего пять футов, - зато из-за широченных плеч мог протиснуться не во всякую дверь. Пудовые кулачищи своротили на ринге не одну челюсть; безрукавка открывала для обозрения чудовищные мускулы, отнюдь не заплывшие жирком. Старина Бак умел поддерживать форму.
– Чего надо?
– прохрипел он, уставясь на Блейда. Взгляд, у него был под стать внешности - тяжелый, неприятный, какойто оценивающий, словно он уже прикидывал, каких габаритов гроб придется заказывать для очередного возмутителя спокойствия.
– Ты меня не узнаешь, Бак Шэллоу?
– ледяным тоном осведомился Блейд. По его собственному календарю случай с отставным боксером имел место в мае 1967-го; оставалось только надеяться, что подобные же события имели место и здесь.
– Не узнаю, - прохрипел Бак.
– Мотал бы ты отсюда, мистер. У меня, знаешь ли, пока еще закрыто. И как это тебя впустили?
– Не узнаю тебя, старина, - прежним тоном заметил Блейд, небрежно присаживаясь на край стола - стульев в конторе Бака просто не было. На единственном устроился сам хозяин.
– Раньше ты выбирал более умелых и расторопных. А этот твой орангутанг - он ведь самое большее годится для зоопарка, сидеть в клетке и визжать на потеху почтеннейшей публике. Я оставил его в прихожей. Он был крайне невежлив.
В этом мире уважали силу, только силу и ничего кроме силы. Вежливость однозначно воспринималась как символ слабости.
Бак медленно наливался кровью.
– Остынь, приятель, - посоветовал ему Блейд.
– Я вижу, ты меня решил не узнавать. Что ж, твое право. Тогда я спрошу у тебя: тебе нужен хороший боец на ближайшие несколько вечеров?
Бак поднял взор на прыщеватого юнца, и того моментально словно ветрам сдуло.
– А я ведь тебя как будто бы припоминаю, - прохрипел бывший боксер, пристально глядя Блейду в глаза.
– Я ведь как будто тебя видел...
– Да, то самое дало о травке, когда тебя едва не упекли на двадцать лет за вовлечение несовершеннолетних в... ну, сам помнишь, во что.
– Ты много знаешь, приятель, - маленькие глазки буравили лицо Блейда.
– Я рад, что ты в этом убедился:
– Ты очень мне напоминаешь того парня... Ты его старший брат? Отец? Хотя нет, нет... дядя?
– Ты прав, - Блейд поклонился.
– Именно дядя. Из... из Южной Америки.
– Так что тебе здесь надо? Учти, я закладывать никого не стану. Мое заведение чистое, здесь сами полицейские порой бывают!
– Тебе не придется никого закладывать. Бак, - усмехнулся Блейд. Мне надо подкопить деньжат... и встретиться тут у тебя кое с кем.
– Ты это брось!
– зарычал Бак.
– Я не знаю тебя, парень. И что-то твои речи мне перестали нравиться!
– Я тебе уже объяснил - мне надо подработать. И еще - купить хорошую ксиву.
– Что, что?
– кажется, Бак был действительно ошарашен. В первый раз за все время беседы.
– Что слышал. Я готов побоксироватъ у тебя некоторое время. Я не полицейский и готов отработать твои услуги. И не забывай, что в голове у меня слишком много такого, о чем ты предпочел бы не вспоминать, Бак Шэллоу! Так что нам лучше не ссориться. Мы могли бы стать полезны друг другу, вместо того чтобы взаимно ломать ребра.