Зажечь звезду
Шрифт:
— И все равно, давай осторожнее, — попросила Этна.
— Хорошо, хорошо. А наперегонки до буйков слабо?
— Найта!!!
— Догоняй!
Я с силой оттолкнулась ногами от скользкой опоры пирса и, загребая руками, устремилась к оранжевым точкам, мерно покачивающимся на волнах. Позади послышался плеск — Этна рыбкой нырнула в воду. Быстро плывет, однако! Ну да ладно, мне после соревнований с Ксилем я научилась паре грязных трюков с применением магии.
— Это ты меня догоняй! — мерзко расхохоталась подруга, обдавая меня веером брызг от мощных гребков. Рыжие волосы, как диковинные водоросли, стелились по поверхности.
Ну, мы еще посмотрим кто кого!
Я набрала воздуха, ныряя под воду. Маленькое заклинание никому не повредит, верно? Все движения подчинялись странному рваному ритму, который диктовала вода. Как будто на берегу колонки включили. Бах, бах, бах. Трам-тарарам. Бах.
— Я первая! — выкрикнула я на последнем кислороде, выныривая около пластикового конуса.
— Ты жульничала!
— Скажешь, ты нет?
— Ну…
— Тогда мы квиты. Кстати, дурацкие здесь какие-то буйки. Рыжие, облезлые… Фу. Мне больше пирс понравился. Давай до него наперегонки, а? Без магии.
— Дай-ка подумаю… Догоняй!
Полдник мы, естественно, пропустили. Ну и ладно, нечего на голодный желудок сладким наедаться. Зато после ополаскивания волос пресной водой, как раз подоспели к ужину.
— Да-а… — я откинулась на спинку кресла, с сожалением глядя на полупустую тарелку. Все было очень вкусным, но больше в меня не лезло, хоть убей. — Райское местечко.
— И адское для фигуры, — мрачно поддакнула Этна, разглядывая остатки мясной подливки. — А все шведский стол. Провоцирует.
— И не говори…
— Ой, девочки, вот и вы! — зазвенел рядом жизнерадостный голос. — А можно я к вам подсяду? А то больше никого знакомого здесь нет…
— Нет проблем, садись, — Этна сняла с соседнего кресла пляжную сумку и похлопала по сиденью. — Что-то ты мало всего взяла.
— Я на полднике сладкого объелась, теперь на него и глядеть не могу… — рассмеялась Сианна, встряхивая мокрыми волосам, заплетенными во множество тонких косичек. — Да и на все другое тоже. Вот, взяла томатного сока и пару гренок для начала. Может, потом проголодаюсь.
— И берегись тогда, шведский стол, — закончила за нее я. Сианна фыркнула, разбрызгивая алые капли по снежно-белой скатерти.
— Ой, простите… Я не нарочно.
— Ладно, забей, они все равно их здесь каждый день меняют… — рассеянно отмахнулась Этна. — И вообще, симпатичное такое пятнышко… яркое.
— Люблю все яркое, — с готовностью отозвалась девушка. — А что, не заметно по мне?
— Ну, как тебе сказать, — хихикнула я, обводя взглядом волосы. — Э-э… Прикольный имидж.
Сианна оживленно закивала.
— Да, все так считают. Я волосы давно крашу, а недавно еще стала линзы носить…
Этна ткнула меня в бок. Мол, говорила же, что это просто имидж такой.
— … моему парню, правда, не очень нравятся перемены, а когда я перекрасилась в зеленый, он сказал, что… Э? Вы не слушаете? — огорчилась девушка.
— Нет-нет, слушаем, конечно, — поспешила Этна успокоить ее. — Ты очень интересно рассказываешь. Просто, м-м-м, Найта по природе не любопытная, так что вряд ли дождешься от нее вопросов про личную жизнь. К тому же ее недавно парень кинул, и она совсем замкнулась…
— Этна! — выразительно кашлянула я. Подруга потупилась, но в лице ее не было ни следа раскаяния.
Воцарилось молчание. Не то чтобы неловкое, но…
— Вы уже разведали территорию? — с решительно оборвала его Сианна, расправляясь со своим соком. — Нет?
— Да мы на пляже в основном валялись…
— А я ходила, специально расспрашивала, что здесь за развлечения, — перебила она с детской непосредственностью. — Из интересного — живые концерты на пляже вечером, после захода, теннис по утрам — до завтрака, представления в уличном театре — тоже вечером, и ночная дискотека.
— Дискотека? — если бы у Этны были острые эльфийские уши, то сейчас они бы зашевелились, как радары. — Найта, пойдем, а?
Я со стоном сползла с кресла.
— Не, я пас. Ночью надо спать. И вообще…
— Что вообще? — подозрительно сощурила глаза рыжая.
— Громкая музыка, много людей и духота…
— Найта, дискотека на пляже!
— Ну, значит песок в туфлях… Лучше спать лягу пораньше или на пирсе посижу. Море, тишина, романтика…
Этна подарила мне о-очень мрачный взгляд.
— Ты в своем репертуаре. А отдыхать кто будет? Идем, с парнем каким-нибудь познакомишься.
Я все-таки упала с этого кресла. Совсем, на пол.
— Знаешь, Этна, — язвительно процедила я, выбираясь из-под стола, — намеков ты, видимо, совсем не понимаешь. Скажу прямо: я не хочу ни с кем знакомиться. Ни с парнями, ни с девушками, ни с ручными обезьянками. Я хочу, чтобы меня оставили в покое. Не лезли в душу, не решали, что мне нужнее… Времени у меня немного — всего две недели, и за это время я должна разобраться в себе. Понимаешь? Поэтому, сделай милость, не пытайся меня «повеселить».
— Как скажешь. А ты пойдешь? — равнодушно пожав плечами, Этна обернулась к Сианне. Обиделась, нюхом чую. Ладно, потом извинюсь, и вообще, она сама виновата. — А, Сианна?
Та восторженно подпрыгнула на сиденье. Пустой стакан жалобно звякнул.
— Конечно, конечно, пойду! А ты так всю ночь и проспишь, да, Найта? И не пожалеешь?
В ответ я рассмеялась. От сбивчивой речи этой непосредственной девушки на душе почему-то полегчало. Вот ведь неугомонная. И ничем ее не смутишь, ни пятнами на скатертями, ни ведьминскими истериками.
— Нет, я пожалею вас, когда в шесть утра мы пойдем на пляж, и вы будете вареные.
— А зачем в шесть утра на пляж?
— Народу меньше, — туманно пояснила Этна. — И море чище.
— Странные вы…
— Да уж какие есть…
Стоило ли сомневаться, что они все-таки утащат меня на эти чертовы танцы. Уговорили, как миленькую. И, разумеется, я оказалась права. Дискотеку устроили не на пляже, а на сцене летнего театра после глупого представления.
Шум, вопли, грохот так называемой музыки и тяжелый, душный запах потных тел. Ненавижу. Не-на-ви-жу.