Здравствуй, Фергана!
Шрифт:
– Так ты сходил с ума? Помрачался рассудком?
– Еще как. Цеплялся за последнюю спасительную нитку: если я все еще отдаю себе отчет, осознаю, что со мной происходит неладное, заначит, не все еще потеряно.
– Так отдал бы Маддассу всё, может и не сидел бы в углу три года!
– Тише, всех разбудишь. Помимо составляющих, которые я имел, требовались остальные компоненты. Один я достал много позже…
– Что именно?
– Это в рюкзаке. А последние составляющие в Индире. Я предполагал, что они выращиваются в каком-то человеке, но не был до конца уверен, что Панурис-Тит решился на операцию с собственной дочерью, допускал, что он провел эксперемент с кем-то другим. В общем, ЦММС пришлось сделать огромное усилие, чтобы произошедшее не стало достоянием общественности, чтобы само существование и род деятельности «Арваши» не выплыли наружу.
– Они так боялись, что откроются их глупости с проникновениями в нематериальные миры? – Полутра недоверчиво хмыкнул. – Да кому они нужны, пускай играются.
– «Арваши» не увольняет своих сотрудников, она их устраняет, – принялся перечислять «причины боязни» Лагин, – она не ведет переговоров с неугодными элементами или свидетелями – их устраняют. В одних только экспериментах с пространственно-временными перемещениями погибли тысячи людей. Помимо проникновений в нематериальные миры у компании широчайший спектр деятельности, ведь на исследования требуются огромные средства, вот они ничем и не гнушались.
– А, ну это меняет дело, – с шумным вздохом Полутра подпер подбородок кулаком, точь-в-точь, как Лагин и уставился на приближающуюся планету. – И ты считаешь, они так просто позволят нам долететь до Метеона и встретиться с Маддассом?
– Долететь-то, думаю, дадут, а по прилету посмотрим.
Они замолчали. Тишину нарушало лишь похрапывание Кофе, да свето-звуковые сигналы, оповещающие об изменениях в работе систем.
– Я когда-нибудь смогу снова стать прежним? Вспомнить события, свои навыки, самого себя, наконец? – Тихо-тихо проговорил Полутра, обращаясь к туманно сияющему наполнению обзорных панелей – планете, до встречи с которой оставались считанные минуты.
– Хотел бы тебя обнадежить, но не знаю, что конкретно с тобой сделали, обратимо ли это. В любом случае, физическая, механическая память у тебя осталась, потихоньку всё восстановится или наработается заново.
– Надеюсь, а то даже лигр тупицей называет, а я и впрямь порой не могу сообразить что к чему и что нужно делать. – Полутра набрал побольше воздуха и не дышал, сколько мог. Когда выдохнул, даже сумел улыбнуться. – Давай будить экипаж? Приступаем к снижению.
– Пускай спят, проснутся уже на месте.
– Как там запрашивается разрешение на посадку?
– Не станем, обойдемся без посадочных площадок, сядем в одном из отдаленных районов, я укажу его на координационной сетке.
– Ты знаешь, как опасно сажать корабль таким образом, да?
– Знаю, – кивнул Лагин, – но сесть лучше именно там и так. Возможно, есть у меня там пара знакомых. Если они еще живы, то в случае чего окажут посильную помощь.
– В случае чего именно? – Полутра вплотную занялся системами пульта, готовя корабль к посадке, Лагин же искал на возникшей в пространстве координационной сетке нужный район.
– На месте разберемся.
Глава 46
Квадрат, указанный Лагиным, находился на темной части планеты, «Зерен-800» приземлялся в ночь. Дрожащие песчинки огней стремительно превращались в сверкающие кристаллы, рассыпанные прихотливыми узорами. Постукивая пальцами по краю панели управления, Полутра смотрел на отражение лица Лагина.
– А какие-нибудь дорогие люди у меня есть? Может любимый кто-нибудь?
– Вроде нет.
– Никого?
– Когда вместе работали – не было, а после не знаю. Не знаю как ты жил.
– А у тебя?
– Какая разница. Тем более теперь.
– А все-таки?
– Была одна девушка… хотя, почему «была», она есть и надеюсь, что с ней всё хорошо.
– Где она сейчас?
– Не знаю.
Спокойный голос Лагина прозвучал так, что больше вопросов не последовало. Внезапно ожила система внутреннего оповещения и бесполый голос разнесся по центру управления:
– Вы приступаете к посадке без запроса и связи с планетарными базами. Активировать системы экранирования корабля?
Полутра вопросительно поднял правую бровь. Лагин утвердительно кивнул.
– Экранирование, сокрытие корабля от базовых сканеров незаконно, можно сказать – преступно, откуда здесь такие функции?
– Все корабли серии «Зерен» сделаны на Земле, – лаконично ответил Лагин и этим ограничился.
Система оповещения разбудила остальной экипаж, начались вялые движения, зевки и потягивания.
– А ну, кыш отсюда! – Фергана отпихнул мурана, развалившегося у него под боком. – Пригрелся, нахалец!
Приглаживая растрепанные волосы, Индира села на краю кровати и босой ногой поискала туфли. Скрипнув деревянной ножкой, кровать услужливо пододвинула ей обувь.
– Спасибо, Асмаал, – зевнула она. – Где мы? Подлетаем?
– Идем на посадку, – не оборачиваясь, ответила Лагин.
– На посадку? – Кофе встряхнулся, отчего его пышная шерсть улеглась ровно, гладко, словно после расчески. – Почему нас не разбудили? Взлеты и посадки – это же самое интересное в звездных путешествиях!
– Это самое опасное, – проворчал Полутра, подключая основные системы торможения. – Там все равно ночь, темно, ничего интересного.
– Как может быть не интересным приближение планеты! – торопясь к обзорной панели, Кофе споткнулся о хвост Ферганы и едва не растянулся на полу. – Глубинное дыхание неведомого мира, планетарный лик – уникальный и неповторимый! Захватывающее ощущение…
– Да, да, это захватывающе! – перебил Полутра. – Садись и восторгайся молча!
Кофе запрыгнул в свободное кресло, оперся передними лапками о край пульта и вытянулся, с жадным любопытством вглядываясь в разбавленную огоньками черноту. Полутра бросил на него насмешливый взгляд:
– Ну как? Уникально и неповторимо? Такого не видал?
Одергивая короткую золотую юбку, спросонок подворачивая ноги на каблуках, Индира тоже подошла к пульту. Фергана не торопился, он вдумчиво, обстоятельно потягивался, разминая спину и лапы. Этим временем кровать с грохотом складывалась, превращаясь в деревянного Асмаала. Вполоборота Лагин смерил взглядом Индиру.