Чтение онлайн

Но Капрон уцелел. И без всякого зазрения совести раскрутил своего врага на все доступные для него деньги. А покойникам деньги не нужны...

Корольку повезло. Капрон его пощадил – позволил умереть легкой смертью.

История с Корольком значительно подняла авторитет Капрона в глазах братвы. Мало того, что она кинул в «общак» огромный куш, он еще прибрал к рукам почти что до совершенства отлаженный бизнес покойного.

К себе на новоселье Капрон пригласил всех воров из клана Жужу. Приехали все. Даже Кнут.

Он знал, что Кнут в бегах. Знал, как можно на него выйти. И вышел, чтобы встретиться с ним.

Кнут приехал вместе с Анисимом. И раньше всех.

– Ну, здорово, братан! – Кнут аж прослезился, когда обнимал Капрона.

И это притом, что сентиментальностью он никогда не отличался.

Кнут заматерел. Жесткий, струящийся исподлобья взгляд, дубленая кожа лица, сам весь как сгусток агрессивной энергии. Вся правая щека в безобразных шрамах.

– Где это тебя так угораздило? – спросил Капрон.

– Да мусора, падлы, собаками рвали, – свирепо сверкнул взглядом Кнут.

– Ты, говорят, не раз лыжи ставил?

– Да, ставил. Только по первой козел один вложил. Я его, суку, сам лично вот этими руками порвал!

Кнут напоминал сейчас готовый к извержению вулкан. Только в нем клокотала не лава, а огнедышащая злоба. Капрон поймал себя на желании отойти от него подальше, чтобы самому не оказаться на месте суки, о которой он говорил.

– Мне за побег трешку накинули. А за ту падлу пятерочку... Вот и считай, двадцать три года всего... – Кнут понемногу успокаивался. – Так я еще зону разморозил. Еще пара годков. Вот и считай – пять пятилеток... Да только я сам себя амнистировал, гы-гы... Капрон, братуха, только не в обиду, да, у тебя тут все чисто, а? А то мне, сам понимаешь, к мусорам в торбу никак нельзя.

Никто ни о чем не говорил, но Кнут и без того знал, что праздник закончится воровским сходом. Да и по-любому он должен был принять все меры, чтобы обезопасить братву от ментов. Он сделал все, что было в его силах, и даже сверх того. Но только идиот мог дать полную гарантию, что мусора не испортят праздник. Воров будет много, и кто-то может привести за собой хвоста. А может, менты уже в курсе.

– Ты, брат, не махай. На крайняк схрон есть. Там тебя ни одна падла не достанет.

Подземный ход на случай большого шухера был готов только наполовину. Но уже сейчас в нем можно было схорониться от ментов. Вход в подземелье спрятан так, что его с собаками не найдешь. И свет там есть, и доступ свежего воздуха, и даже запас харчей.

– Ну тогда я спок! – довольно осклабился Кнут.

Вот-вот должен был подъехать очередной гость. Как гостеприимный хозяин, Капрон должен был встретить его лично, провести в дом. Поэтому ему недосуг было разговаривать с Кнутом.

Кнут это понял и вместе с Анисимом отправился было в летнюю беседку в глубине двора, где дымили мангалы. Но спохватился, снова подошел к Капрону.

– Да, меня тут один вопрос под жабры жмет. Меня ж суд не за мокрое венчал, а за покушение. Получается, что я Мурку не свалил.

– Жалеешь? – неприязненно поморщился Капрон.

– Мурку?! Не, Мурку не жалею. Поделом пулю получила.

– А если нет? Если она никого ментам не сдавала?

– А нас кто повязал?

– Менты. Но после того, как Мурки не стало.

– Но ведь повязали же. Кем мы тогда с Муркой были? Пацаны на подхвате. А кто мы сейчас? То-то же! Ты мне скажи, она жива, эта Мурка?

– Жива. Только никто не знает, где она.

– Ты ее искал?

– Нет. И тебе не советую.

– Почему?

Капрон не ответил. В широко распахнутые ворота въехала видавшая виды «Волга». Жужу пожаловал. На худой кобыле подъехал. Но это от лукавого. Скромность вора показная. Уж Капрон-то знал, какие хоромы он себе в Сочах отгрохал. Его подмосковный особняк отдыхает.

Не успел Капрон принять Жужу, как хлынул настоящий поток. В течение каких-то десяти минут подтянулись все воры. Капрона и его жену поздравили с новосельем. Знатные подарки, велеречивые тосты, все дела. Симпатичные официантки из городских кабаков обслуживали гостей. Но на них не обращали внимания. И водка лилась тонюсеньким ручейком. Не расслаблялись воры, знали, чем закончится этот праздник.

А закончился он сходом. Жужу предложил ворам прогуляться. Капрон провел всех в летнюю беседку. Идеальное место для проведения воровского схода. Природа, тень вековых деревьев, вокруг на десятки метров ни единого постороннего уха, в самой беседке стол, удобные скамейки по кругу. Как раз все восемь человек уместились. Кнут был девятым. Но он не садился. Ждал, когда Жужу позовет его к столу. И он позвал. Тем самым принял его в свой круг. А чего не принять? Кнут ничем не запятнал свою воровскую честь. К мусорам на поклон не шел, целые зоны размораживал, братва его конкретно уважала, не зря же был возведен в сан законника уважаемыми ворами, и не где-нибудь, а в пересыльной тюрьме – самое что ни на есть почетное место для коронации... Ну было по молодости, лоханулся с Муркой. Валторну ей свою по дурости проиграл, позже пощечины от нее получал как нашкодивший пацан. Но ведь не опустился, далеко пошел...

В сторонке стоял еще один представитель криминального мира. Бандитский авторитет Инок. Сбылась его мечта. Сегодня его, возможно, коронуют. Капрон за него подписался и Анисим. Сначала всю его подноготную пробили – нет ли за ним позорных косяков. А то ведь подпишешься за пацана, а потом вдруг выяснится, что где-то когда-то он сукой был или крысой, а еще хуже, дырявым. Тогда и по ушам можно получить – лишиться воровской короны...

Жужу против Инока ничего не имеет. Так что, скорее всего, быть бандиту вором. Но рано радоваться. У Инока нет реального воровского авторитета. На крытке был – первый раз месяц парился, второй – чуть ли не полгода. Но до суда дело так и не дошло. За хатой на крытом он не смотрел, по этапам не ходил, зону в глаза не видел, не то чтобы держать ее. Таких «апельсинов» уважаемые воры коронуют, но всерьез не воспринимают. Хотя и со счетов не сбрасывают. Инок никак не вписывался в образ классического бродяги. Но как ни крути, с ним приходилось считаться. Под ним мощная бригада, под его контролем фактически целый район. «Новые» его уважают. Его имя звучит и в Подмосковье, и в Москве. Сейчас он покорный, но рано или поздно может взбрыкнуться, послать Капрона куда подальше, забить на воровской «общак». А станет он законником и почувствует за собой силу воровского братства, на защиту которого он может рассчитывать в любых обстоятельствах. Не важно, что его будут держать за «апельсина», по-любому, за него будут спрашивать как за коронованного вора. Права у Инока появятся, а вместе с тем он прочувствует свои обязанности перед воровским миром. Тогда уж точно на «общак» не забьет, и Капрон будет для него братом родным. Может, Капрон ошибался в своих расчетах. Может, воровской сан не сделает Инока человеком. Но так или иначе выгоды от его коронации налицо. Чтобы стать законным вором, Инок слил в районный «общак» огромный куш – полтора «лимона» зеленью. Еще один большой плюс Капрону. Теперь он имел еще большее влияние на весь центровой «общак».

На Инока пока никто не обращал внимания. В центре более важные вопросы. Прежде всего нужно было решить, как быть с Кнутом.

Жужу долго и внимательно рассматривал его шрам.

– Калган тебе, брат, реально разметили, – наконец сказал он. – Чинить нужно вывеску. Ты уже гульной, менты тебя на сторожке держат. А ярлык у тебя заметный. Пластику надо делать. И ксиву чистовую. Негоже вору в камышах хорониться. Уладим проблему. А там и надел тебе дадим, чтобы ты без дела не валандался.

С Кнутом вопрос решили. Перешли к Капрону.

– Большое дело ты сделал, брат. Много лавья в «общак» скинул. Не зря братва на тебя ставила.

Далее разговор крутился вокруг «общака». Жужу ставил финансовые вопросы, братва их решала. Сколько, кому и куда на грев отстегнуть, кому на лапу дать, чтобы решить ту или иную проблему. Но больше всего Жужу волновали экономические вопросы. Он считал себя вором старой формации, но держал нос по ветру нового времени. И старался вкладывать деньги в выгодные проекты.