Чтение онлайн

Эстифаль внимательно осмотрел войско противника. Орки собираются взять их в кольцо, поэтому в центр они поставили самых крепких воинов. Но они не знают, какими силами обладают эльфы. У Эстифаля на шее висело три камня. Один камень позволял видеть брешь в любой броне, а также наделял невероятной ловкостью и силой. Второй камень давал ему мощное заклинание, которое он и собирался использовать против орков. Тайну третьего камня Эстифаля не знал никто кроме него. И если первые два камня у него всегда болтались на груди, но третий он никому не показывал и прятал его под броней.

До столкновения оставалась минута. Рогал в последний раз обошел всех воинов и, наконец, достал топор и щит. Он будет в центре строя, принимать первый удар эльфов. Рогал вышел вперед и повернулся к своим воинам. Когда он увидел эльфов на холме пол часа назад, то чувствовал лишь усталость. Это была даже не усталость, а беспомощность. Все эти легенды о непобедимости врага лишь усугубляли ситуацию. Плюс войско было, мягко говоря, потрепано. Но потом, когда он начал готовиться вместе с Кирном к битве его силы вернулись. Он смотрел на своего помощника и удивлялся. Этот орк лишился в жизни всего, что ему было так дорого. У Кирна осталась лишь Орда. Все эти воины, с которыми он не раз участвовал в битвах были его братьями и сыновьями. И Рогал сам напитался этой энергией. Вождь поднял голову и заревел:

— Братья! Вчера наши топоры били гноллов. Сегодня за нашими головами пришли новые убийцы. Говорят, что они непобедимы, что магия этих белоголовых уничтожает любого противника! Но когда наши топоры начнут разрубать этих выскочек, они осознают свою беспомощность перед Ордой! Каждый из вас стоит десяти эльфов и за каждого я готов отдать свою жизнь! Убьем их прямо здесь и сейчас! В БОЙ!

— В БОЙ!!! — вторило войско, пока Рогал занимал свою позицию в центре строя.

«Тупые животные — подумал Эстифаль и выставил раскрытую ладонь вперед — сейчас вы узнаете, почему нас все бояться». Когда до рядов орков оставалось несколько метров Судья сжал кулак. Средний камень на его груди на мгновение загорелся ярко синим огнем и в строй орков полетел огромный полупрозрачный серый шар. Орки плотнее сжались, готовясь отразить нападение. Рогал видел, что шар за долю секунды долетел до строя орков и коснулся щита одного из бойцов. В ту же секунду произошел ужасный взрыв. Всех бойцов, что были в центре строя, разметало в разные стороны. Рогал отлетел на пятнадцать метров и, ударившись об большерога, затих. На пути летучего отряда осталась лишь сотня раненых орков. Но когда эльфы прошли клубы дыма от недавнего взрыва их встретил залп из арбалетов. Эстифаль в последнюю секунду успел спрыгнуть со своего коня и откатиться в сторону. Все остальные кавалеристы, которые были в авангарде получили по три-четыре болта и сейчас замертво падали на землю. Эстифаль выхватил мечи и приготовился к бою.

В это время Брюстваль с остальными бойцами напали на левый фланг орков. Щиты, выставленные штурмовиками, не помогли. У каждого эльфа было длинное копье, и они с легкостью поражали дальние цели. В отряде Эстифаля имелось двадцать лучников. Они соскочили со своих лошадей и заняли позицию на холме, чтобы без проблем обстреливать ряды противника. Первый же залп унес жизни двадцати орков. В ряды лучников зачисляли только тех эльфов, кому камень даровал эльфийский взор. Эта способность позволяла увидеть брешь в любой броне и нанести точнейший выстрел. Но эльфы недооценили мощь Орды. Натренированные штурмовики начали бросаться на конницу противника. Первый из них, даже проткнутый насквозь копьем кавалериста, сумел отрубить лошади Брюстваля голову. Остальные штурмовики получали раны, но точно также уничтожали конницу врага. Брюстваль видел, как орк с огромным топором бежит на кавалериста. Ловкий выпад и топор разлетелся на части обезоружив штурмовика. Но орка это не остановило. Он схватил лошадь за морду и повалил ее на землю, а после этого подлетел к эльфу и могучим кулаком размозжил его череп.

Эстифаль не видел, как проходила битва за завесой дыма. Против него стояла всего сотня раненых бойцов. А для него это была лишь хорошая разминка. Орки выхватили топоры и стали нападать на Судью. Эстифаль пролетел между двумя противниками, нанеся каждому из них смертельное ранение. Ближайший враг держал в руках огромный щит, за которым его практически не было видно. Правый камень загорелся на долю секунды синим, и Судья увидел возможность для удара. Эстифаль сделал шаг вправо и нанес два точных удара в живот и грудь противника. Орк еще не успел упасть, а Судья уже двигался дальше, забирая жизнь за жизнью. Никто не успевал даже приблизиться к Эстифалю, не говоря уже о том, чтобы нанести ему хоть какую-то рану.

Эльфы лучники продолжали обстрел врага, не давая никому даже приблизиться. Николин стояла вместе с ними, пока для нее работы не было. В гущу битвы ей лезть было нельзя. Внезапно ее посетило видение, как эльфы корчатся проткнутые черными стрелами. Она оглянулась по сторонам, но не увидела никакой опасности. Николин почувствовала Лину с разведчиками лишь тогда, когда они были уже на позиции и собирались поразить своих врагов. Она инстинктивно откатилась к ближайшему камню и замерла. В то же мгновение в эльфов влетело несколько десятков черных стрел. Шесть лучников успело уклониться от летящих стрел, но большинство уже корчилось в агонии на земле. Разведчики продолжали поливать врага градом стрел. Пришло время Николин использовать свою магию. Она закрыла глаза и сложила ладони, камень на ее груди засиял ярко синим светом. И раны на телах пораженных эльфов начали сами собой затягиваться. Они вытаскивали стрелы, пронзившие их, и раны моментально затягивались, оставляя только шрамы. Лишь уже мертвые бойцы оставались лежать без движения. Чаща весов склонилась в обратную сторону, и разведчики стали нести потери. Орки с левого фланга, благодаря заминке лучников смогли, наконец, пробиться к врагу и началось побоище. Но стоило нанести хоть какой — то урон противнику, как его раны тут же затягивались, и он продолжал бой.

Эстифаль перебил уже шестьдесят двух орков. Он продолжал свой смертельный поход, каждые несколько секунд забирая чью-то жизнь. Рогал наконец то очнулся. Он откинул свой развороченный щит. Только этот кусок металла спас его жизнь, от этой мощнейшей магии. Схватившись за край повозки, Рогал начал подниматься. Он увидел поле, усыпанное бойцами Орды, и почувствовал настоящий гнев. Но ноги по-прежнему плохо слушались вождя. Эстифаль заметил Рогала и начал спокойно идти к нему. На лице эльфа отражался триумф.

— Неужели это и есть те самые могучие орки?! — крикнул Судья ухмыляясь.

Вдруг из-за завесы дыма вылетел Кирн на своем варге. В руках орка был здоровенный меч. Эстифаль сделал ловкий выпад и Кирн на варге отлетели в сторону. Но эльф недооценил орка. Кирн откинул мертвую тушу животного и схватив двуручный меч по крепче ринулся на Эстифаля. Судья засмеялся и, сделав кульбит, собирался проткнуть наглого орка насквозь. «Видимо это тоже какой-то командир, — подумал Эстифаль — его смерть окончательно добьет этих зверей». Судья ловко увернулся от удара Кирна и оказавшись за спиной орка вонзил в него оба своих меча по самую рукоять. «Вот и все, — подумал Эстифаль — это было слишком легко».

Но никому нельзя недооценивать мощь орков. Кирн схватил за руку Судью и развернувшись на сто восемьдесят градусов свободной рукой рубанул эльфа. Меч разрубил эльфа от плеча до середины живота. От этого удара, оба камня, что болтались на шее у Эстифаля разлетелись в разные стороны. Впервые в своей жизни Судья почувствовал, как смерть стучится в его дверь. Он отпустил свои мечи и упал на колени перед орком. Кирн вырвал свой меч из Судьи и развернулся. Его глаза нашли Рогала, который все еще стоял у телеги, не способный пока двигаться. В эту секунду где-то в Эзукалее Джастикаль выронил перо: «Разрушено пять печатей? Как такое вообще возможно?!»

Орки продолжали нести потери. Убить одним ударом ловких эльфов было невероятно сложно. А любая рана, которая появлялась у них на теле моментально заживала. Лина пробиралась вдоль камней. Она сразу поняла, что та эльфийка в мантии была не простой. Лина должна ее найти, иначе эту битву будет не выиграть. Орки не смотря на всю свою силу и храбрость получали раны и умирали. Наконец орчиха нашла ее. Николин сидела за камнем сложив ладони. Камень на ее груди сиял и переливался. Лина чувствовала какие-то незримые волны, которые исходили от эльфийки. Эльфийка впервые в жизни увидела свою смерть. Две черные стрелы протыкают ее, и она погибает прямо возле этого камня. Ее всегда страшило, что она увидит собственную смерть и не сможет помешать ей. Но сейчас она хотела только одного.

«Эстифаль, мой командир. Я никогда этого не говорила и наверно никто бы не одобрил наш союз. Но я давно люблю тебя. Люблю так, что ночи без тебя превращались в пытку. Я всегда мечтала уехать из Эзукала и жить в каком-нибудь городе, где наш союз воспринимали бы как что-то должное. Потому что, в нашем мире я просто лекарь, а ты Судья, который должен жениться лишь на равной себе. Мне очень жаль, что я так и не решилась рассказать тебе о своих желаниях и мечтах раньше. Прощай»

В тот же миг сердце и горло Николин поразили черные стрелы. Она не двигалась, лишь из приоткрытого рта вышел последний вздох. Брюстваль видел, как орчиха убила их лекаря. Он как молния переместился к Николин, но она уже не дышала. Разъярённый эльф прыгнул на Лину. Первых три удара не попали в цель. Но эльф изловчился и нанес удар снизу вверх. Как орчиха не старалась, увернуться было невозможно. Она выставил свой лук, и большая часть удара пришлась именно в него. Оружие разлетелось на куски, а на ноге Лины появился глубокий порез. От боли орчиха вскрикнула и откатилась назад. Рана была не смертельная, но практически полностью обездвижила ее. Даже простой кувырок дался с огромным трудом. Лина уже готовилась к худшему. Но тут в Брюстваля влетел Кагат. Молодой орк плечом снес эльфа и отправил его в полет. Каким бы ловкий воином Брюстваль не был, удар его шокировал, и эльф повалился на землю как кусок мяса.