Чтение онлайн

– И зачем тебе эта игрушка?
– я кивнул на “Грозу”. Вживую автомат видел впервые, но в играх встречается часто, так что с ТТХ знаком, это не аналог “калаша”, в поле почти бесполезная штука, дальше 200 метров даже с оптикой стрелять толку мало. Само название “штурмовой стрелково-гранатомётный комплекс” как бы намекает на то, что ареал “обитания” “Грозы” - населённые пункты и здания, но никак не саванна и прерия.

– Пусть будет, - Антон ласково погладил автомат.
– Красивый, интересный. Ты прав, на дело его не возьмёшь, но и продавать смысла не вижу, денег хватает. А вот как повод похвастаться самое то. Их же выпустили всего ничего, я даже не знаю, каким макаром “Гроза” у этих пентюхов оказалась. Что?
– наёмник заметил, как я хмыкнул.
– Самые что ни на есть пентюхи. Взять “Грозу” в налёт это надо быть “гением”. Бабки у парней явно есть, а вот с мозгами не всё гладко. Да и “коммандо” тоже не фонтан для такого дела, дальше трёх сотен я бы из него особо не старался попасть, особенно очередями. Я тебе зуб даю, это бывшие или “федералы”, или просто копы. Насмотрелись на SWAT, экипировались так же и решили, что сойдёт.

– Нам же лучше, что они оказались не совсем профи.

– Это точно! Очень даже лучше, - ухмыльнулся Антон, кивая а трофеи.

Несмотря на большое количество разных “стволов”, что взяли с бандитов, выручили за них сущие копейки. Всё таки б.у. М2 карабины стоят мало, патроны к ним - вообще чуть ли не на вес берут. Повезло, что оружейники, чьи склады мы спасли от разграбления, в качестве благодарности выкупили всё это по полной цене. На круг, за карабины, “коммандо”, глоки, броню, патроны и всякую мелочь вышло две тысячи с хвостиком. Единственный уцелевший ПНВ (два других были разбиты меткими выстрелами Антон - он, собственно, в “зелёный глаз” и целился, когда завязался бой) наёмник оставил себе, как и “Грозу”. За что доложил в кассу ещё три тысячи.

– “Ночник” почти новый, за штуку продали бы. Автомат х.з., сколько стоит, эксклюзивный товар, как и патроны к нему. В Эдеме ценен только для коллекционеров и оружейных маньяков…

– Как ты, - вставила пять копеек Ариэль. Или центов? Мы всё же в Техасе.

– Бернард сказал, что тысячи за полторы он бы его продал, но вряд ли дороже. В основном из-за патронов, валовскую “девятку” если только из-за ленточки выписывать, и то не факт, что продадут. Так что полтысячи выстрелов и всё, “Грозу” только на стену вешать.

С машинами оказалось дело несколько сложнее. Я, оказывается, изрешетил обе, да так, что Унимог теперь требовал капитального ремонта: в моторное влетело с полсотни пуль, там всё в хлам, правая дверца в кабине приняла на себя пару очередей, про пробитые передние колёса молчу. Пикап, который “Л200”, пострадал чуть меньше, но тоже нуждался в хорошем механике и паре дней на подъёмнике, заменить пару перебитых проводов, заделать дыру в баке (хорошо, что Тойота из семейства электрокаров оказалась, могло ж и рвануть, а так просто электролит вытек и всё), подшаманить заднее правое крыло, да демонтировать разбитую “люстру”.

В итоге решили грузовик не восстанавливать, а продать на запчасти. Никому из нас он особо был не нужен. А вот пикап я решил выкупить, благо, деньги на счету кое какие были, плюс награда за налётчиков - в общем, хватило, хоть и впритык.

– Заезжайте дня через три, приведём машину в порядок, - заверили меня на сервисе, куда мы отогнали оба трофея для оценки.
– Будет как новенькая.

– Как новенькая не надо. Надо, чтобы ездила, - качнул головой Антон. В авто я как свинья в апельсинах, поэтому все переговоры с Лойдом Хендридом, владельцем мастерской, вёл напарник.

– Окей, не вопрос, - сверкнул белозубой улыбкой Ллойд.

Ударили по рукам.

Загрузились в машину и наконец-то направились домой.

– Эх, как приедем, залезу в ванную, часа на два, отмокать от этой пыли!
– мечтательно закатила глаза Хелен, когда мы направились на выезд из города.

– С пеной и морской солью, - поддержала подругу Ариэль.
– А потом пройтись скрабом. Пилинг. Массаж, - чертовка стрельнула глазками в Антона и томно добавила.
– Вот бы кто-нибудь помял меня хорошенько!

Парень с переднего сидения ничего не ответил, только хмыкнул и уставился в боковое окно.

Однако, мечтам о домы сбыться было не суждено. На выезде из города нас остановили патрульные.

– Господа, дамы, - офицер кивнул нам, словно старым знакомым.
– Если вас не затруднит, задержитесь у нас в гостях ещё на сутки. Завтра состоится суд над теми уродами, что устроили ночной переполох, ваши показания были бы очень кстати.

Антон с Маршаллом переглянулись, Хелен негромко, но чётко протянула:

– Блииииин…

– Гостиница за счёт города, три лучших номера в “Ягнёнке и Льве”, - подсластил пилюлю коп.

– Конечно, Сэм, - принял за всех решение Маршалл.
– С удовольствием поможем правосудию.

– Большое спасибо, ребята, - лицо офицера расслабилось, голос стал живым.
– Вам надо вернуться на два квартала…

– Я знаю дорогу к этой гостинице, Сэм, спасибо.

– Что ж, тогда, увидимся завтра в суде! Приходите к десяти, можно чуть раньше.

– Замётано.

Год 27, 1 апреля, воскресенье, полдень

Алекс Северов

Номера в “Льве и ягнёнке” оказались светлыми, просторными. На счёт лучших не знаю, но определённо хороши, даже пара больших белоснежных халатов нашлась. Никогда такие не носил и не понимал, но сейчас, после освежающего душа, они оказались как нельзя кстати. Мягкие, тёплые, нежные, словно объятия девушки, они расслабляли и дарили покой. Почти.

– Как на счёт потереть мне спинку?
– из ванной комнаты показалась Хелен в костюме Евы.

Я поднял руку, ладонь параллельно полу. Пальцы едва дрожали. Глядя на то, как рука слегка трясётся, я почувствовал, что чувство неустроенности, страха, который испытал сегодня в ночной перестрелке, никуда не делись, лишь затаились, забились поглубже, словно пара мурен в холодные и тёмные норы моей души.

– Не сегодня, - вымученно улыбнулся я девушке.

Хелен понимающе кивнула и скрылась в ванной. Через секунду раздался шум воды, сквозь который пробивалось едва различимое пение девушки. Я посидел, некоторое время слушая её звонкий, чистый голос, не вникая в слова: песня была на французском, в котором я ни бум-бум, что, впрочем, не мешало оценить талант Хелен. Поёт она чертовски красиво, надо отдать должное.

Чувство неустроенности погнало меня на улицу. Оно было словно огромный маховик, что накручивал нервы внутри меня, стоило только остановиться и сесть, чтобы отдохнуть, как он снова набирал свой ход. Но если двигаться, что-то делать, то на этот невидимый механизм не оставалось сил и энергии, так что лучший способ хоть как-то унять нервы - прогуляться. Сменил халат на джинсы и футболку. После мягкой махровой ткани повседневная одежда казалось грубой и неказистой, пахла потом, но, как ни странно, в ней я почувствовал себя лучше. Люгер в поясной кобуре добавил “+3” очка к спокойствию, маховик ещё немного замедлил свой бег. А стоило спуститься в лобби и выйти на улицу, как его бег стал почти незаметным.