Чтение онлайн

– Как падальщики в саванне?

– Да, примерно. Такая же конструкция. А вообще здесь все хищное. Здесь даже киты хищные, как будто не хватает акул и прочих. Я слышал, "реактивная рыба" оборвала леску?

– Вроде бы, если верить Пако.

– Только Пако и стоит верить, Тим лишь вид знатока имеет.
– сказал Соуза.
– Так вот эта самая "реактивная рыба" - вылитый тунец, даже на вкус похожа. Но наш тунец гоняется за мелочью, и мы его едим, а здешний тунец гоняется за нами и с удовольствием ест нас. Здесь в воде все может съесть тебя. Здесь даже стаи рыбок вроде пираний водятся в море, представляете? Если тебя не сожрал кит метров десяти длинной, не схарчили акулы и вот эти тунцы, не откусила тебе ноги гигантская мурена, потому что ты проплыл слишком близко от ее норы, тебя могут обглодать до костей рыбки размером с небольшую дораду, даже по форме похожи.

– Все так сурово?

– Да. Вам приходилось нырять в Старом Свете?

– Я был инструктором по нырянию. Поэтому и провел столько времени на небольших судах.

– Приходилось нырять там, где много акул?

– Разумеется.

Соуза закурил сигару, выпустил клуб дыма и положил ее в широкую пепельницу справа от штурвала. Предложил сигару мне, но я отказался.

– Чему вы учили людей, если были инструктором?

– Зависело от места. Например, на Мальдивах просто просил акул руками не трогать, а так ничему особому - там много еды, акулы всегда сытые, особо крупные пелагические виды в лагуны не заходят. В других местах предупреждал о царапинах, порезах, запрещал мочиться в воду, хоть в гидрокостюме это почти невозможно. Много разных правил для разных мест.

– Понятно. А здесь правило одно - ночью вообще не лезь в воду, сожрут. Если близко к берегу, разумеется. В открытом море - лотерея, как нарвешься. Днем можно купаться на песчаных отмелях, где мало живности, но лучше - на огороженных пляжах. У коралловых рифов лучше и днем не плавать. В незнакомых местах купаться нельзя ни в коем случае, никогда не знаешь, на кого нарвешься. В общем, если вам "зодиаки" нужны для того, о чем я думаю, помните главное - не падайте в воду. Это не обязательно смерть, но очень опасно. Всегда кто-то может приплыть на плеск. Вы еще рыбу-броненосца не видели… Слышали про такую?

– Читал в путеводителе. Панцирная рыба?

– Да, голову ничем не пробьешь, толстенная кость, дюйма четыре в толщину, не меньше. Вся голова как будто отлита из этой кости, из двух половин - верхней и нижней. Даже зубов нет - челюсть как клюв попугая или морской черепахи устроена. Зато перекусить пополам бревно может, она питается черепахами, крупными моллюсками и панцирными донными рыбами. И в длину эта рыба бывает метров семь, восемь. Толстенная такая туша. Плавает всегда у дна, медленно, но может рвануть с места - будь здоров. Разгоняется как поезд подземки. Человек для нее как раз оптимальный размер добычи.

– Как я понимаю, открыть дайв-школу здесь - не лучший коммерческий проект?

– Ну, если цель школы - откармливать местных рыб учениками - то вполне успешно может получиться. Рыбы будут благодарны.

– Понятно.

– В дельте Амазонки еще и крокодилов целая прорва, тоже выплывают в море. Здоровые! Сколько раз видел.

– Доводилось ходить в дельту?

– Случалось несколько раз, вечно по контракту со Смитом. А вообще много куда доводилось ходить. В этом мире нет такой дыры, где не ступала бы нога капитана Соузы. Так что, если что интересно - спрашивайте.

– И как там? Насколько помню по карте - черт ногу сломит, тысячи островов?

– Тысячи островов - это уже преувеличение. Там - самая обычная сельва, мангровые болота. Острова, протоки - все судоходно лишь для плоскодонок. Некоторые протоки существуют лишь в прилив, а острова - исключительно в отлив. Судоходная часть начинается севернее, ближе к русским, которые ее патрулируют, охраняют фарватер. Мы же были в середине, между судоходной частью и болотами. Вот там - действительно лабиринт. Если не знать фарватера и не иметь проводника - можно не выбраться.

– Знаете фарватер?

– У нас были проводники. А теперь и дорогу знаю. Запомнил

– С проводником не опасно?

– Опасно. Русские туда часто забираются, гоняются за производителями дури. Это же сопредельная территория, а точнее - русские считают ее своей. Производители дури не любят посторонних, а если учесть, что их там несколько десятков враждующих банд, то даже если ты друг одним, то это делает тебя врагом другим.

– Нетактичный вопрос, но… возите дурь?

– Вопрос более чем нетактичный, но я отвечу - нет, дурь я не возил. Я возил дурь раньше, по водам Мексиканского залива, пока меня не остановила американская береговая охрана с мистером Смитом и мистером Брауном на борту. Тогда я уронил несколько мешков порошка в воду и из преуспевающего человека превратился в обреченного должника.

– Профессиональный риск, как я понимаю?

– Именно так, сеньор. Поэтому я не в большой обиде на агента Смита. И поэтому беру от него заказы в этом мире.

– А как выкрутились там?

– У меня забрали мою лодку, те, кому я остался должен, из города Хоарес. Знаете такой?

– Наслышан. Хоаресский картель.

– Да, именно. Но я к тому времени знал про лазейку сюда. И тогда мы с Пако украли лодку побольше, вот эту самую, у тех людей, которые забрали мою лодку. Которая была гораздо меньше. И перебрались сюда. А теми деньгами, которые у нас еще оставались, оплатили проход с лодкой. А к островам мы возили "зодиаки" и моторы к ним. Там они пользуются спросом, вот мы и делали свой маленький бизнес с агентом Смитом. Банды, живущие в дельте, без "зодиаков" просто существовать не могут, они там как автомобили в нормальном месте, почти единственный транспорт. Большие лодки ходят по большим протокам, а таких немного, и они хорошо известны, как главные улицы. А по маленьким протокам ходят маленькие лодки, которых там вечно не хватает. А порошок я больше возить не хочу, и мне кажется, что мистер Смит тоже не стал бы этого делать.

За спиной раздался голос Бониты:

– А разве есть разница между транспортировкой порошка и продажей производителям порошка лодок?

Соуза усмехнулся:

– Не знаю, прекрасная сеньора, какая между этим разница, но, на мой взгляд, это лучше. Это даже лучше, чем убивать за деньги, как наемники, например. Я не хочу казаться излишне любопытным и задавать, как выразился ваш муж, "нетактичные" вопросы, но… вы же не на рыбалку сейчас отправились, верно? Кто-то платит вам за то, что вы куда то подплывете на этих самых "зодиаках" и что-то там сделаете? И столько винтовок в чехлах вовсе не просто так, верно?

– А я вас и не обвиняю, шкипер.
– ответила Мария Пилар, подойдя к нам и становясь рядом со мной.
– Я просто хочу сказать, что не стоит заблуждаться относительно истинного значения своих поступков. Мы насчет своих не заблуждаемся.

Соуза задумчиво попыхтел своей сигарой, затем сказал:

– Возможно, вы и правы. Но мне больше нравится думать, что я немного поднялся по лестнице от очень плохих поступков к не очень плохим.

Большой Залив. 22 год, 30 число 9 месяца, среда, 24.00.

К вечеру среды я объявил режим полной боеготовности, разве что гидрокостюмы были разложены под тентом на палубе, но надеть их оставалось делом пары минут. Было приготовлено оружие в непромокаемых быстросъемных чехлах, приборы ночного видения, лестницы, "адские машины" Раулито. Оба "зодиака" находились на палубе, причем один из них был надут, мотор к нему был подвешен, а сама лодка готова к немедленному спуску.

Смит загнал Брауна в ходовую рубку следить за экраном, чтобы вовремя заметить сигнал установленного на "Звезде Рияда" маяка, а заодно подежурить у экрана радара. Судоходство в Новой Земле, а особенно - в этой части залива не было интенсивным, поэтому можно было быть уверенным - любая отметка на радаре, скорее всего и обозначала искомое судно.