Чтение онлайн

— Ага. — усмехнулась она горько. — И за эту честность нас уже сколько раз чуть не вырезали под корень.

На это он смог только промолчать. Лишь пальцы скрипнули, сжимаясь в кулак.

— Эти принципы… — Ормут выдохнул. — Это наша история, которую мы несем сквозь десятки, а может и сотни тысяч циклов. Иногда они цепи, иногда якоря. Но они делают нас теми, кто мы есть.

В проходе повеяло холодом. Сквозняк, вырвавшийся из трещины в стене, пах какими-то техническими жидкостями и местными металлами. Где-то внизу что-то зашевелилось – тихо, почти неразличимо.

Яс’са не ответила сразу. Потом, покрутив на пальце кольцо, что светилось слабым бирюзовым оттенком, опять услышала голос спутника.

— К тому же, если Харперы доведут дело до конца, ни один из этих блокираторов нам не поможет. Сама же понимаешь.

— Знаю. — ответила она.

Они снова бежали вперёд, не обмениваясь словами. Коридор сужался. Панели на стенах были сорваны, из-под них торчали пучки оголённых кабелей, как звериные жилы. Сквозь пол продолжал пробиваться глухой, рваный гул

— Осталось недалеко. — произнёс Ормут, и голос его стал резче. — Я чувствую усилившуюся энергию, и эмоции… смерти.

Яс’са облизнула губы, и её зрачки на миг вытянулись в вертикальные щели. Она почувствовала боевой азарт и его предвкушение. Но в слух сказала лишь.

— Значит, скоро увидим. Живы ли примитивы. И на сколько прочны Харперы.

— Яс’са, помни зачем мы здесь. — голос Ормута был хриплым, но ровным, как если бы удерживал внутри вулкан, готовый прорваться. — Мы тут не воевать пришли. Наша цель – сорвать их планы. И вытащить прототип.

Они продолжали мчаться по коридору, усыпанному большим количеством гильз от допотопного оружия, битым стеклом, и осколками бетона.

Слева от них, в боковом отсеке, горел корпус какой-то стационарной боевой установки. Линзы на ней трещали от температуры, а рядом валялось тело бойца – безмолвное, и застывшее с яростным выражением на лице. Очевидно, что кто-то из нападающих спалил ему мозг. Яс’са даже не обернулась в ту сторону.

— Слишком поздно для “не ввязываться”, Ормут, — процедила она. Её голос хищно вибрировал. — Они здесь и судя по всему, они очень близко. Ты ведь чувствуешь, чувствуешь гораздо лучше меня.

— Это не наша битва. — повторил он, но уже без напора. Как будто больше пытался убедить себя, а не её.

И в этот момент он остановился. Резко. Пальцы вспыхнули дымчато-синим, и он присел, коснувшись пола.

— Слышишь?.. — его голос стал тихим. — Ниже по уровню. Шум. Вибрации. Бой. Стрельба.

Яс’са остановилась на шаг позже, развернулась и хищно склонила голову, вслушиваясь в собственные чувства. Сделав глубокий вдох, она провела языком по воздуху. Лёгкий прищур захватил её лицо, зрачки расширились – и вот она уже “видит” этот бой, как опасный хищник чувствует дичь за сотни метров.

— Примитивы проигрывают… — Ормут вздохнул и покачал головой, в его лице сквозила досада.

— Отлично. — с усмешкой прошипела она. — Значит успеем мы. Устрою им маленький праздник.

— Яс’са! — он шагнул вперёд. — Сражение не…

— О-о-о, мой рассудительный спутник… — перебила она, и её клыкастая улыбка блеснула в свете красных аварийных ламп. — Ты не слышишь её. Я понимаю. Но Праматерь шепчет сквозь пространство и слои. Она жаждет крови. Вам… тебе не понять, а я вся просто закипаю.

И прежде чем он успел ответить, она сорвалась с места.

Яс’са рванулась вперёд, метаясь меж разрушенных арок и перекрытий, как живая молния. Метки на её коже приобрели тёмные, пропитанные дымом цвета, вспыхивая пламенем чёрного света. Кулаки рефлекторно сжались. А вокруг ладоней появилась боевая энергия войнов её расы.

Пыль разлеталась у неё под ногами, обломки хрустели под подошвами, кровь на полу оставалась липкой и тёплой. С каждым шагом её глаза становились всё ярче, а движения более хлесткими. Сейчас она входила в свою основную ипостась, не просто бойца, а образ жнеца.

Да, возможно, сейчас они не следуют чётко плану. Возможно, Праматерь вновь увела в сторону его любовь. Но глядя на спину Яс’сы, на то, как её плечи светятся боевой яростью – он понял: иногда, чтобы остановить зло, нужно дать волю собственной тьме.

Громкий, пронзительный крик разорвал воздух, подобно выстрелу прямо в грудную клетку.

Я вздрогнул всем телом, сердце дернулось вверх, направляясь к горлу. И в ту же секунду инстинкты включились на полную катушку. Сфера объемного сканирования сорвалась изнутри меня. Вспышка энергии пробежалась по обломкам и руинам, оставшимся стенам и завалам. Все мои чувства обострились. Фух, как же хорошо. Она целая, живая. А судя по отклику, просто испуганная.

Я сорвался с места, не обращая внимания на хруст бетона под ногами. Воздух дарил некую свежесть, пусть сквозь неё иногда и пробивалась затхлость. Падающие балки слабо потрескивали, то ли от остаточной энергии после взрыва, то ли от жары, которая наступала вместе последним месяцем весны.

В голове всё ещё шумело, после быстрого разгона энергии и адреналина. Почему я её вообще отпустил одну? У неё же нет моих сил. Почему не остался с ней? Ладно, главное она цела.

— Да, Алекс, с такими друзьями – и врагов не нужно. — тихо, но с явной насмешкой подала голос Вейла. — У тебя, конечно, улучшенный организм, но знаешь, инфаркт ещё никто не отменял.

— Спасибо тебе, моя прелесть, ты, как всегда, глоток яда в нужный момент. — процедил, продолжая бежать. В ответ получил смайлик, смеющийся в ладошку, и даже в этом была её фирменная язвительная теплота.

— Может, в следующий раз установим на Аню тревожную кнопку, а? — хихикнула она. — И сирену. Чтобы не только инфаркт, а ещё и обморок в придачу.

— Молчи, пока не сгорела в моих нейронах. — буркнул сквозь зубы.

Когда завернул за очередную груду плит и обломков, увидел её.

Аня стояла, прижимая найденную рацию к груди, как будто она могла её защитить. Руки дрожали, глаза были расширены до предела. Щёки побледнели. Она пыталась дышать ровно, но каждый вдох срывался.

— Аня! Что случилось? Почему ты так закричала? — я подошёл, сдерживая голос, но он всё равно звучал громче, чем надо, пусть и с минимальным откликом теплоты.

— И-изв-вини-тетете… я-я не… хот-хотела… — едва выговорила она, глядя куда-то в обломки. Заикание усилилось, и с каждым словом она боялась быть выдворенной. — П-п-просто... т-т-там…