Чтение онлайн

Моя относительно здоровая рука метнулась в сторону, создавая под наклоном барьер. И через долю мгновения в него врезалась убийственная энергия Шрама.

Раздался звук, да такой, что напомнил собой столкновение двух мчащихся на полной скорости поезда. Моя наклонная защита сработала, удар скользнул по касательной, и устремился куда-то в сторону, прямо под потолок. Оттуда, сверху, с грохотом обрушился огромный кусок бетонной плиты, похоронив под собой остатки тел тех, кто некогда называл себя сектантами.

Но на этом Шрам не собирался останавливаться.

Он продолжал переть на меня, аки неостановимый танк. Все его лицо было перекошено от дикой злобы, пока фиолетовые шрамы пульсировали в такт бешеному ритму нашей схватки.

— Как не трепыхайся, но тебе суждено сдохнуть здесь, маленький крысеныш! — продолжал орать он, нанося удар за ударом. — Ты, и другие выродки, я найду каждого, лично их ликвидировав! Они будут ещё молить о смерти!

Каждый его новый выпад стоил колоссальных усилий в защите, но даже так, как бы не пытался это скрыть, он, тоже уставал.

Мы продолжали сражаться буквально лицом к лицу, «на ножах», где любая ошибка могла означать моментальную смерть. Я же продолжал крутиться, как мог, используя любую возможность для контратак, несмотря на тело, стремительно сдающее позиции перед усталостью.

Очередной его удар, невидимый кулак гравитации, прошел сквозь мои наспех выставленные барьеры и врезался прямо в левое плечо. До ушей донесся противный хруст ключицы, и рука моментально повисла плетью, а изнутри горла вырвался хриплый, болезненный крик.

Теперь получалось так, что у меня фактически не осталось рабочих конечностей. Правая рука сломана, левая, кажется, выбита, нога пробита. И вообще, я едва держался, чтобы окончательно не упасть лицом вниз. Со стороны могло показаться, что какой-то пьяница покачивался посреди этого затопленного кровью и водой коридора.

Радовало, что Шрам тоже выглядел паршиво. Хоть тысячу раз пытайся отвести атаки, но какая-то часть из них, так или иначе, но достанет тебя. Вот и мои укусы оставили свой значимый след.

Левая половина лица противника была сильно обожжена, кожа там пошла уродливыми волдырями, а из глубоких разрезов на бедре, которые довелось оставить ему в начале боя, толчками выходила темная, почти черная кровь. Мужчина чертовски тяжело дышал, пока из его рта вырывались большие клубы пара. А те самые фиолетовые полосы начали сочиться грязью, пачкая одежду.

— Ну что… «Хо-ро-ни-те-ль». — выдавил из себя слабую, окровавленную ухмылку, ощущая тонкие нити сознания. — Получается… мы оба… сильно заигрались. — сплюнув в сторону кровь, добавил. — Но знаешь… что самое забавное? Даже если ты вдруг убьешь меня… все равно… все равно именно ты проиграл! — гулко рассмеявшись, я не торопился заканчивать свои выпады. — Твою базу методично уничтожают, а судя по голосам из рации, люди бегут. Получается, что ты остался один разгребать все это дерьмо. Точь-в-точь, как и до этого. Ты ведь понимаешь о чем я, помнишь? — метнув в него несколько снарядов, делал все, чтобы он самоконтроль оставит разум противника. — Я про лицо твоей жены, про лица детей, лица твоей семью. Тех, чью силу ты впитывал, пожирая чужие жизни.

Это был мой последний козырь, этакая последняя ментальная атака. Хотя в нашем случае, пожалуй, больше психологическая. Направленная на то, чтобы концентрация окончательно сказала пока-пока.

И она попала точно в цель.

Шрам замер на месте, а его иссиня-черные глазные впадины расширились до невероятных размеров.

Маслянистая субстанция хлынула изнутри тела с утроенной силой, заливая обожженную щеку и израненное тело, трясущееся мелкой, безумной дрожью, пока воздух вокруг разогревался, да до таких температур, что даже вода около ног закипала, поднимая туманную завесу пара.

— ДА КОГДА ЖЕ ТЫ ЗАТКНЕШЬСЯ, МРАЗЬ!!! — взвыл он, теряя остатки человеческого разума. — ЗАТКНИСЬ, ЗАТКНИСЬ, ЗАТКНИСЬ!!! ТЫ НИЧЕГО, НИЧЕГО НЕ ЗНАЕШЬ!

Он выкинул вперед обе руки, собирая все остатки своих гравитационных сил в один единственный, финальный удар, который должен был размазать меня по стенам, превращая в однородную массу. В этот момент Шрам полностью открылся, забывая про всякую защиту. Внутри его разума оставалась лишь одна мысль — уничтожить источник раздражения. Любой ценой.

— Алекс, сейчас, сделай шаг в сторону, пока он нестабилен! — ныне механически отрапортовала Вейла, с нотками торжества в голосе.

Делать шаг и тратить на это дополнительные силы, не стал. Просто позволил своему телу упасть в сторону, в ту самую холодную, грязную воду.

Гравитационная лавина силы прошла в каких-то миллиметрах над моей спиной. Звук её пролета был не тише, чем рев реактивного двигателя. Стены за моей спиной просто исчезли, превращаясь в крошево.

Но я уже не смотрел назад.

Упав, вложил свои силы, всю энергию пси, который только смог выжать изнутри пси центров, в левую, полуживую руку. И, хоть не мог ей нормально двигать, но даже так у меня была возможность использовать её для грубых манипуляций.

Прямо из моего предплечья сорвался огромный, плоский, как нож гильотины, клинок из абсолютного льда. Он был темным, даже ониксовым, впитавшим в себя всю мою ярость.

Ледяное лезвие со свистом рассекло густой пар. Шрам, ослепленный собственным безумием, даже не пытался уклониться.

ХР-Р-Р.

Звук был коротким и мокрым.

Мой клинок прошел наискось, срезая правую руку вместе с плечом и приличным куском грудной клетки. Фиолетовое сияние на лице мгновенно начало тускнеть, сменившись блеклым, мертвенно-серым светом. Огромная гравитационная плита, давившая сверху, исчезла в то же мгновение, заставляя поднятые в воздух обломки бетона и гильзы с глухим стуком упасть обратно в воду.

Шрам покачнулся.

Из его страшной, резаной раны, хлынул поток темной, густой субстанции, которая шипела и пенилась, опадая вниз. Он сделал один неловкий шаг назад, прибывая в каком-то шоке. Его колени подкосились, после чего тело с тяжелым плеском рухнуло на спину, прямо в кровавое месиво на полу, близко к опавшей конечности. А его уцелевшая левая рука судорожно дергалась, в попытках зажать зияющую рану, но пальцы лишь скользили по разрезанной плоти.

Я же медленно, сантиметр за сантиметром, пополз к нему, или поплыл? В любом случае, каждое движение отзывалось адской болью во всем теле. Сломанные кости терлись друг о друга, но мне было плевать. Мне необходимо было завершить начатое.

Поставить точку.

Шрам еще дышал, вода вокруг его тела окрасилась в иссиня-черный цвет, а его рот судорожно ловил потоки спертого воздуха. Пару раз ему пришлось выплюнуть кровавую пену, пока внутри умирающих глаз застыл дикий, неосознанный страх перед наступающей пустотой.