Чтение онлайн

Вся эта суетная жизнь столицы до середины шестнадцатого столетия была практически неизвестна европейцам, которые с начала татаро-монгольского нашествия почти полностью потеряли Россию из вида. Впрочем, ради справедливости, надо заметить, что несколько отважных путешественников все же проникли в эту страну Один из них, барон Сигизмунд фон Герберштейн, был направлен в Москву в 1517 году в качестве посла императора Священной Римской империи. Отношение русских к гостям с Запада было наглядно продемонстрировано во время приема фон Герберштейна Великим князем Василием. Вся церемония оказалась довольно унизительной для достоинства посла. Фон Герберштейну пришлось длительное время просидеть в полном молчании, и его внимание привлекла большая серебряная лохань, стоявшая на столике у локтя правителя. В ней была вода, и по окончании церемонии приветствия посла Великий князь совершил омовение рук после общения с нечистым католиком с Запада.

Герберштейн дважды посетил Россию, а, вернувшись в Европу, с удивлением и ужасом описал странные обычаи русских «варваров»: он рассказывал о страшном холоде, о том, что женщины воспринимают побои от своих мужей как доказательство супружеской любви, что русским нравится ощущать себя рабами и они не стремятся к свободе. Из книги Герберштейна, опубликованной в 1549 году, европейцы почерпнули основные представления о России, оказавшиеся столь сильными, что их веками воспринимали как абсолютную истину. Некоторые из тех представлений бытуют и сегодня.

В середине шестнадцатого столетия англичане ничего не знали о России. Московия представлялась им далекой и чрезвычайно загадочной. Во времена Шекспира верили, что русские поклоняются идолу, в виде золотой женщины, и что у них процветает людоедство. Ходили слухи, что страна наводнена странными созданиями, похожими на «баранцев», или растительных барашков — существами, по форме и внешнему виду напоминающими ягнят, но произрастающими на стеблях. Говорили также, что страну населяли «скифы», которые устраивали чужеземцам теплый прием, а затем, убив гостей, пили их кровь, смешивая ее с молоком.

Но в 1553 году, во времена Эдуарда VI, англичане, с завистью наблюдавшие за тем, какие богатства доставались испанцам и португальцам в Новом Свете, вознамерились и сами отправиться на поиски сокровищ. Отважный исследователь Себастьян Кабот, возглавлявший компанию предприимчивых купцов-землепроходцев, был уверен, что можно найти новый путь к сказочным богатствам Китая и Индии, обогнув с севера норвежский мыс Нордкап. Вдохновленные Каботом, английские купцы, затратив немалые средства, снарядили три судна — Bona Esperanza [6] , Confldenza [7] и Edward Bonaventure [8] .

Этим судам предстояло пройти под парусами за самый северный форпост цивилизации, за который не заглядывал ни один английский корабль, если не считать мифического путешествия в дни короля Альфреда. Их трюмы были заполнены английским сукном, всевозможными огнестрельными орудиями и провиантом — чаем, галетами, беконом и сыром — с расчетом на долгие месяцы пути. Капитаном Bona Esperanza и адмиралом этой маленькой флотилии был сэр Хью Уиллоби, доблестный моряк и настоящий джентльмен, участвовавший в сражении с шотландцами при короле Генрихе VIII. Другим судном — Bonaventure — командовал Ричард Ченслер, вдовец с двумя маленькими сыновьями.

Несмотря на то, что Кабот строго-настрого наказывал капитанам не упускать друг друга из вида, у побережья Норвегии, недалеко от Лофотенских островов, при ураганных ветрах и сильных туманах судно Уиллоби и Confldenza куда-то исчезли. Ченслеру так и не довелось их снова увидеть. После бесплодных поисков он и его спутники, небольшая команда из 48 человек, в которой были священник, два купца, лекарь, плотник и «семеро искателей приключений», решили продолжить плавание, чтобы убедиться в существовании северного пути и испытать судьбу.

И так, Bonaventure в одиночестве шел под парусами по незнакомым ледяным водам среди безмолвных и необитаемых островов с неприступными скалами, выступавшими над поверхностью воды. Три месяца спустя, 24 августа, Ченслер достиг того места, «где никогда не наступала ночь; было все время светло, и солнце не заходило, ярко освещая огромное величественное море.» В свете нескончаемого дня он вошел под парусами в огромный залив. Рыбаков в лодках, заметивших странное судно, охватил ужас, и когда капитан сошел на берег, люди падали пред ним ниц, порываясь поцеловать его ноги.

Но где же он оказался? Когда Ченслер спросил о местном правителе, ему сообщили, что он причалил у Холмогор на реке Двина, что страна, куда он случайно попал, называется Московией и что всей ее огромной территорией от края и до края правит их могущественный царь. Ченслер попросил, чтобы его проводили к правителю, и был вынужден ждать несколько недель, в которые воевода посылал тайных курьеров, чтобы справиться, будет ли на то разрешение. Наконец Ченслер и его спутники получили приглашение. К тому времени земля покрылась толстым слоем снега, и их повезли по этой загадочной стране в санях бородатые ямщики в овечьих тулупах, говорившие на совершенно непонятном наречии.

По снегу и льду, через тундру и дремучие леса они спешили в неизвестность. В пути, во время этого «странного и утомительного путешествия», Ченслер заметил множество рек, бесконечные леса с высокими деревьями, «огромное количество елей, — прекрасный материал для строительства домов» и «дикое зверье, расплодившееся в этих лесах — лосей, медведей и серых волков, а также неизвестных животных, которых местные жители называли росомахами». Стало очевидно, что таинственный правитель этой бескрайней страны был чрезвычайно могущественным. На почтовых станциях путешественникам сейчас же давали лошадей, как только узнавали, что они едут по приказу царя.