Чтение онлайн

Зрелище было жутким, передняя часть скорой помощи была настолько сильно смята, что у рыжей твари должна была быть раздроблена вся грудь и внутренние органы покорёженным металлом. Но её это, видимо, нисколько не смущало, и она яростно извивалась, норовя вырваться из железного плена. К счастью, несмотря на невероятную живучесть, силы у этой твари не были феноменальными, и она не могла раздвинуть покорёженный метал.

С трудом оторвав взгляд от её ужасных злобных глаз, я толкнул в плечо Суетного, напоминая ему, зачем мы здесь. Подойдя к боковой сдвижной двери автомобиля, мы предприняли попытку её открыть. Из-за того, что удар был сильный и кузов деформировался, наши попытки не увенчались успехом, дверь намертво заклинило. Оставался только один вариант – вернуться на улицу и попробовать открыть двери, которые располагались в задней части автомобиля.

Выйдя на улицу, не обращая внимания на испуганных зевак, мы принялись открывать заднюю дверь, потянув за ручку, расположенную вертикально на правой створке. Дверь легко распахнулась, немного провиснув на проржавевших петлях. Из салона автомобиля на нас уставилась кровожадным взглядом бабушка божий одуванчик. Её по-домашнему уютный сильно застиранный старый халат резко контрастировал со злобным взглядом красных глаз. Она сверлила нас взглядом, сидя на полу среди разбросанных по всему салону автомобиля принадлежностей для оказания первой помощи. Первым опомнился Суетной, внезапно побледнев, как будто старушка умудрилась с помощью взгляда выкачать у него всю кровь. Он сдавленно произнёс:

– Это чё за херня, я туда не полезу!

– Я тоже. И вообще, предлагаю валить отсюда, пока бабка не решила нами полакомиться.

Словно услышав мои слова, старушка со зловещим взглядом начала неуклюже подниматься на ноги. Мы, бледные, как приведения, попятилась задом, подальше от раскрытой двери. Зеваки с недоумением смотрели на нас, пытаясь понять, отчего мы так изменились в лице, потом любопытство взяло верх и люди двинулись к раскрытой двери, пока мы, наоборот, отступали назад. Не успели первые ряды самых любопытных дойти до двери, как оттуда показалась старушка, которая, не колеблясь ни секунды, рванула вперед и с громким звуком вывалилась на тротуар. Люди пораженно замерли, кто-то даже ахнул от неожиданности. Но в следующее мгновение, как только она подняла голову и все увидели её взгляд, началась настоящая паника. Все рванули в разные стороны, едва не снеся нас с Суетным. Кто-то бежал молча, видимо, сохранив свой разум от страха и опасаясь сбить дыхание, другие, наоборот, верещали, как будто их уже перемалывает своими остатками зубов зловещая старушка в старом халатике.

Мы с Суетным убежали самыми последними, дождавшись, когда адская бабка поднимется на ноги и сфокусирует взгляд на нас, стараясь как можно лучше рассмотреть её повадки и движения.

Убежав за пару остановок и спрятавшись в укромном закутке, мы пару минут стояли молча, восстанавливая сбитое дыхание. Я за 5 лет не бегал столько, сколько уже пробежал за один сегодняшний день. Но сейчас это всё было не важно, план Суетного теперь не казался мне провальным. Видимо, его посетили те же мысли, что и меня, поэтому он произнёс:

– Ты видел, как лохи бросились врассыпную, как только просекли фишку, что это не простая бабка?

– Видел, но мы тоже, по-твоему, лохи, выходит, раз уже пол дня бегаем в страхе?

– Не цепляйся к словам, вон, Кислый уже вряд ли когда-то будет бегать. Но сейчас речь о другом, наш план должен сработать. Люди боятся и не хотят связываться с этими тварями, ни за какие коврижки. Поэтому, если у нас получится правдоподобно изобразить пару таких тварей, из банка убегут все.

– С этим я согласен, только вот знаешь, что было по-настоящему страшное у той бабки из скорой помощи?

– Что?

– Глаза! Когда она смотрит ими на тебя, кровь стынет в жилах, а сердце как будто сжимает ледяная рука Снежной королевы. Поэтому люди начинают убегать сломя голову подальше. Как мы сможем скопировать этот вселяющий ужас взгляд?

– С глазами что-нибудь придумаем позже. Пока что нам нужно найти ещё одну красноглазую тварь и понаблюдать за ней издалека.

– Да, пойдём искать, раз с вкусняшками из скорой мы побрились, то возвращаемся к первоначальному плану.

На этот раз нам повезло и долго искать следующего монстра не пришлось. Откуда-то из двора дома раздался громкий крик, полный ужаса. Оттуда навстречу нам выскочили пару человек и, испуганно оглядываясь, пустились наутёк, сверкая пятками. Мы же, наоборот, пошли во двор пятиэтажного здания, к тому месту, откуда раздался крик.

Выглянув из-за угла, я осмотрел двор. Типичный двор старой кирпичной пятиэтажки. Потрескавшаяся асфальтированная дорожка вдоль дома, со вздутыми буграми от корней растущих рядом с ней больших тополей. Облезлые лавочки рядом с подъездами, которые обычно так любят бдительные бабульки-сплетницы. Палисадники, огороженные вкопанными в землю покрышками, покрашенными во все цвета радуги. Беспорядочно запаркованные между деревьями на газоне легковые автомобили. Правда, не знаю, почему все называли газоном грязь, взбитую покрышками автомобилей.

И вот в этом типичном старом дворе, где, кроме сплетен, которые распускали вредные бабки, вечно восседавшие на лавочках, ничего интересного не происходило, сейчас были целых две твари. Именно твари, потому что людьми их уже не поворачивался называть язык. Не так давно это были молодые люди, лет по 20 от роду примерно. Может, парень с девушкой, а может, брат с сестрой, сейчас это уже не важно. Модно одетая молодёжь, стоя на коленях над телом мужика, яростно терзала его, отрывая, как шакалы, куски мяса зубами. Всё это происходило рядом со старенькой, но ухоженной иномаркой серого цвета, с открытой водительской дверью, откуда, скорее всего, вылез несчастный, прежде чем стал жертвой тварей.

Мы с Суетным, затаив дыхание, наблюдали за всем этим, высунув головы из-за угла дома. Внезапно на весь двор раздался громкий крик:

– Вы что вытворяете, наркоманы чертовы, я сейчас милицию вызову!

Проорала с балкона старушка, которую не смущало, что милицию давно переименовали в полицию, а наркоманы типа меня и Суетного никогда не испытывали тягу к каннибализму и не жрали живых людей по среди двора. Даже как-то немного обидно стало от её слов.

Твари, видать, тоже обиделись на то, что их назвали наркоманами. Бросив свою жертву, они неловко поднялись на ноги и стали ходить, вращая головой, пытаясь найти источник звука. Мы внимательно наблюдали за ними, пытаясь запомнить их нечеловеческие ломаные движения и интонацию издаваемого ими порыкивания. Двигались они как-то странно, как будто роботы, у которых произошел сбой в программе, и теперь она периодически подвисала на доли секунды.

Спустя 10 минут во двор с другого, дальнего от нас, въезда, въехала машина. Увидев тварей, она резко затормозила, издав визг покрышек и клюнув носом, а потом, включив задний ход, рванула обратно. Твари, заметив её, поковыляли в том направлении, а мы, увидев всё, что нам БЫЛО нужно, решили больше не испытывать судьбу и побежали обратно в квартиру Суетного.

Во дворе дома, где проживал Суетной, за время нашего отсутствия произошли изменения. Неподалеку от подъезда в лужи крови лежало тело девушки. Следующее, что бросалось в глаза – машин, которые были припаркованы у дома, стало гораздо меньше. Проверять, являлась ли убитая тварью или кто-то грохнул обычную деваху, мы не стали. Как бы то ни было, судя по проломленному черепу, кем бы не являлась убитая, ей уже ничего не поможет. Мы поспешно вошли в подъезд и вбежали в квартиру.

Что происходило в квартире следующие несколько часов напоминало репетицию спектакля в театре. Я и Суетной по очереди ходили по комнате, пытаясь до автоматизма отточить ломаные движения тварей, поочередно смотря друг на друга со стороны и указывая на ошибки. То, что в теории казалось плевым делом, на практике оказалось не таким-то и легким. Поначалу движения получались не сильно похожими, а порыкивания вообще нелепыми и вместо страха могли вызвать только смех. Но постепенно у нас стало вполне прилично получаться копировать движения и рык тварей.