Чтение онлайн

С глазами мы не смогли придумать ничего лучшего, как развести в воде хлор и этим раствором, ругаясь матом, натирать свои ясные очи. Мы не были химиками, просто у Суетного мать в своё время работала в бассейне и натащила оттуда хлора. Не знаю, зачем он ей был нужен, но его запасы были колоссальными. А Суетной вовремя вспомнил про рассказы матери о скандалах на работе, когда в воду добавляли хлора больше, чем требовалось, и у некоторых людей краснели глаза.

Наверное, мы перестарались, когда создавали раствор для натирания глаз, и превысили концентрацию хлора значительно сильнее чем, требовалось. Глаза щипало, они слезились, заложило нос, который до этого свободно дышал, и даже под глазами покраснело и немного опухли щеки, но основной цели мы достигли, белки глаз после такого издевательства сильно покраснели, главное – потом вообще не ослепнуть.

Немного привыкнув к появившимся ощущениям, мы ещё немного порепетировали движения, наблюдая друг за другом со стороны. Теперь почти всё было идеально, но глаза были просто покрасневшими и их взгляд не внушал ужас, как это получалось у тех тварей.

Сделав перекур на балконе, мы обсудили эту проблему и приняли по этому поводу решение. Достаточно было не поднимать вверх голову и не натыкаться взглядом на людей. Тогда они не смогут нормально рассмотреть наши глаза и заметить подвох. Для того, чтобы навести панику, было решено сразу после того, как мы вломимся в отделение банка, начать со всей силы кусать людей. В отличие от глаз, тут уже никто не сможет определить, чей это укус: обычного человека или безумной твари. Я бы точно при таком раскладе намочил штаны и бежал во всю прыть подальше от этого места, прикидывая в уме, сколько мне осталось жить после укуса. Надеюсь, что у других будет такая же реакция.

Последний штрих, который нам осталось нанести, это измазаться в чем-то похожим на кровь. Тут у нас произошли разногласия и разгорелся жаркий спор. Суетной предлагал использовать кетчуп или что-то другое из подручных средств красного цвета, утверждая, что никто сильно разглядывать не будет, в чем мы на самом деле перемазаны. Я был в корне с ним не согласен и предлагал всё сделать идеально, использую для этого кровь девки, тело которой валялась у подъезда. Суетной включил чистоплюя и отказался от моего предложения.

Так и не придя к согласию, мы решили поступить следующим образом: переодевшись в одежду, которую было не жалко, я выбежал во двор и, склонившись над трупом с проломленной головой, стал рукой наносить её кровь себе на лицо и одежду, а Суетной остался в квартире и пытался наколдовать из подручных средств то, что должно быть по виду похожим на кровь.

Когда я вернулся в квартиру, он как раз закончил всё размешивать в глубокой тарелке и принялся наносить получившийся состав на свою одежду. Пока он это делал, я успел покурить на балконе, после чего, вернувшись в квартиру, терпеливо дождался, пока Суетной закончит обмазываться своей имитацией крови. После чего мы, подойдя к зеркалу, застыли рядом, сравнивая результат. К моему внешнему виду вопросов быть не могло, кровь была похожа на кровь. А вот бутафория, сделанная Суетным, разительно отличалась от моей и было заметно, что у него на лице и одежде что угодно, но не кровь.

Громко ругаясь, Суетной был вынужден признать свой провал и принялся скидывать с себя перепачканную одежду, после чего ушел в ванную и тщательно смыл со своего лица кетчупную смесь. Переодевшись в ещё один комплект чистой одежды, Суетной, не желавший использовать кровь убитой девушки, как это сделал я, пошел по другому пути. Взяв в руку кухонной нож, он внимательно осмотрел лезвие и принялся брызгать на него своим дешёвым одеколоном. Я, наблюдая за его действиями, спросил:

– Может, объяснишь мне, что ты тут колдуешь?

– Всё просто: я не хочу использовать кровь той девки, мало ли что в ней, не с нашим иммунитетом баловаться с чужой кровью. Лучше использую свою, сейчас дезинфицирую лезвие и сделаю небольшой порез на руке, чтобы заляпать одежду и лицо, много крови не нужно.

– Ну нифига ты продуман! Режь себя, если делать больше нехера. – проговорил я, услышав его ответ, и стал молча наблюдать за его действиями.

После того, как Суетной залил лезвие ножа одеколоном, он закатал рукав на левой руке и сделал небольшой порез. Затем он начал аккуратно пачкать свой палец в выступающей из раны крови и наносить перед зеркалом себе на лицо и одежду.

Закончив с кровавым маскарадом, он заботливо помазал место пореза зеленкой и заклеил его пластырем. Теперь мы были готовы к началу осуществления нашего безумного и дерзкого плана.

Когда мы выбрались из квартиры, на улице уже стемнело. Количество людей и тачек, гоняющих на бешеной скорости, заметно снизилось, что было нам только на руку. Прежде чем заваливаться в банк, мы приняли решение протестировать свой новый облик на ком-нибудь на улице, и теперь искали кого-нибудь из людей, чтобы попробовать их напугать и посмотреть на их реакцию.

Для этого нам потребовалось пройди пару остановок до ближайшего крупного алкомаркета на районе. На окраине города всегда проживало много любителей огненной воды, поэтому магазины, торгующие алкоголем по дешёвой цене, были местом постоянного паломничества подобных персонажей. Вот и сейчас, несмотря на происходящий вокруг кавардак, тут собрались люди, которые, видать, решили отметить это грандиозное событие, залив глаза бухлом. Если быть более точным, то одни весело отмечали его, бухая прямо у магазина, другие спешно покидали магазин с полными пакетами, в которых весело позвякивала стеклянная тара. Витрины зияли разбитыми стеклами. Не знаю, что случилось с продавцами, но, судя по всему, магазин просто в наглую грабили все, кому не лень, вынося из него бухло к себе домой или распивая его около у выхода с такими же веселыми от внезапной халявы товарищами.

Мы с Суетным наблюдали за этим грандиозным праздником, который устроили себе счастливые алкоголики, которым от халявы сорвало крышу. Им было абсолютно пофиг на то, что происходит по всему городу. Ментов нигде поблизости не было, ГБР тоже, судя по всему, не приехала для усмирения радостных пьяниц, которые были способны за сутки растащить и выпить всю продукцию магазина, полностью обанкротив его.

Пожалуй, более лучшего места и публики для нашего с Суетным дебюта с закосом под тварей представить было невозможно. Быстро выкурив по сигарете, чтобы хоть немного успокоить нервы, которые обострились от предстоящего шоу, мы, копируя движения тварей, низко опустив головы, чтобы глаза не выдали нас, направились к алкомаркету. Стараясь в точности копировать ломаные движения настоящих красноглазых, я шел рядом с Суетным и исподлобья наблюдал за стайкой выпивох.

Те были на столько пьяны и беспечны от свалившейся на их головы халявы, что первое время вообще не замечали нас. Только когда расстояние до них было больше чем на половину пройдено, нас заметили. Но, на моё удивление, это не вызвало сразу всеобщую панику и некоторое время они ещё стояли, присматриваясь к нам. Видимо, пытаясь понять, почему мы так странно идём.

И только когда до первых любителей огненной воды оставалось менее десяти метров, поднялся шум и гам, а народ начал разбегаться. Для усиления эффекта мы с Суетным немного прибавили шаг и начали издавать короткие порыкивания, которые так долго тренировали в квартире.

Если изначально народ разбегался как-то лениво, крича своим друзьям в магазине о нашем появлении, а некоторые даже собирали свои недопитые бутылки с алкоголем с земли, норовя унести их с собой, то после того, как мы ещё приблизились к магазину, став издавать короткое рычание, алкаши, позабыв о драгоценной жидкости, побежали, сломя голову, видимо, поняв, что бухло можно будет раздобыть в другом месте, а жизнь, она хоть и зачастую жестянка, но всё равно одна-единственная.

За считаные секунды пространство перед алкомаркетом опустело, а моё сердце, наоборот, наполнилось радостью. С трудом сдерживая желание смеяться от счастья во весь голос, я ликовал, схема была рабочей, несмотря на некоторые огрехи.