Чтение онлайн

На мой взгляд, всё было куда банальнее. Дети действительно вчера весь день доставали Кузьмича, пользуясь его добротой. С бабулькой сильно не забалуешь, а с Кузьмичом можно. А сегодня он всё утро прыгал на своих костылях за Ведьмой, но она была занята детьми, по которым соскучилась, и уделяла ему мало внимания. Похоже, это его немного выбесило, вот он и решил уехать на Рынок.

Впрочем, какой мотив был на самом деле – не имело значения, хочет ехать – пусть едет. От нас до Рынка относительно недалеко, к тому же, сейчас оттуда должны разъезжаться люди, призванные Гестаповцем из разных концов города и области, поэтому бандиты не рискнут нападать на кого-либо на дороге. Не поездка, а прогулка, поэтому пусть едет с нами.

Кузьмич настоял, что поедет в одной машине с Артёмом. Татьяна поняла, что покоя не будет, и заявила, что они поедут в одной машине с Яной. У меня появился выбор: ехать с двумя девками или с Кузьмичом и Артёмом. Поскольку я ещё не совсем выжил из ума, чтобы всю дорогу слушать скучные бабские разговоры, то выбор был очевиден.

Рассевшись по машинам, мы выехали со двора и, проехав по заброшенному безлюдному посёлку, выехали на трассу. Сзади за нами неотрывно следовал синий «Патрик», с Татьяной за рулем. Мы ехали на белом, как на свадьбу, только без ленточек на машине и одетые в уже привычный камуфляж и берцы вместо костюмов.

Было заметно, что Кузьмич, проведя всего лишь сутки в компании бабульки и детей, успел сильно соскучиться по нам, и практически всю дорогу не затыкался. А чтобы мы тоже были посговорчивее, едва машины выехали на трассу, он достал фляжку с самогоном, которая тут же пошла по кругу. Сильно никто не пил, даже Кузьмич, но и пары хороших глотков крепкого напитка хватило, чтобы тепло разошлось по телу, а язык немного развязался.

Кузьмич повеселел, его лицо порозовело, он, радостно сверкая глазами, просунул голову между передних кресел, обняв их руками, и спросил у Артёма:

– Ну что, картавый, признавайся, чьи разрывные патроны оказались лучше?

Артём, держа руль в руках, смотрел прямо на дорогу, кинув быстрый взгляд на Кузьмича, он снова уставился на дорогу и ответил:

– Не знаю, там не до этого было, я в основном использовал свои, с малой навеской погоха, и со снайпегки стгелял, а обычные и газгывные газдавал всем подгяд. – он кивнул в мою сторону, не отрывая взгляда от дороги, аккуратно обруливая брошенные раскуроченные автомобили. – Вот ему, напгимег, и дгугим.

Кузьмич недоверчиво посмотрел на меня, потом снова уставился на Артёма и, схватив его сзади рукой за шею, произнёс:

– Пизди…ь, ой пизди…ь, собака картавая! Такого не может быть, так и скажи, что мои патроны получились лучше, а твои такая же ху…ня, как и буква ЭР в твоём произношении.

Артём, не отрывая взгляда от дороги, убрал руку Кузьмича со своей шеи и ответил:

– Совсем пгопил мозги, идиот стагый! Ещё газ схватишь меня за шею, когда я гулю, пожалеешь.

– Ой, и что ты сделаешь? А, заплачешь! Ну да, согласен, все эти слёзы-сопли я терпеть не могу. А ещё не могу терпеть, когда меня пытаются наеб…ь! А вы сейчас именно это пытаетесь сделать, я всё вижу, сидит тут лыбу давит! – проговорил Кузьмич, указав пальцем на меня.

Я действительно улыбался, поскольку успел соскучиться по Кузьмичу. Он хоть и дурной, но забавный. Только дуралей воспринял мою улыбку по-своему и, раздраконившись от мысли, что мы с Артёмом сговорились и врём ему, стал наседать на Артёма:

– Лучше говори правду, дГевний шумеГ, пока не признаешься, я не отстану!

Артём страдальчески закатил глаза к потолку и ответил:

– Да я тебе и так пгавду говогю! Газдал я твои и свои патгоны, некогда было хегнёй заниматься, ты же слышал, что там пгоисходило!

– Даю тебе последний шанс, или сейчас придушу! – пригрозил Кузьмич, глаза которого подозрительно блестели.

Видимо, из-за долгого перерыва и алкогольной диеты, выпитый самогон хорошо вдарил ему по шарам. Артёму начал надоедать этот разговор, потому что он покраснел, как нелюбимый им помидор, и, картавя больше обычного, ответил:

– Отъеб…ь от меня, пожалуйста.

– Я тебе сейчас устрою такой отъеб…ь! – проорал взбешённый ответом Артёма Кузьмич и, прежде чем я успел среагировать, схватил его за горло.

Пьяный Кузьмич окончательно вывел Артёма из себя и жестоко за это поплатился. Машина резко затормозила, пристёгнутый ремень безопасности впился мне в ключицу, удерживая меня в кресле. Кузьмич, вопя что-то нечленораздельное пролетел вперед между кресел и сильно врезался головой в лобовое стекло, отчего оно пошло трещинами. Из рации раздался взволнованный голос Янки:

– Что там у вас происходит?! Мы чуть не врезались в вашу машину!

Я посмотрел на Артёма, который сидел на водительском кресле и довольно улыбался, потом на Кузьмича, который лежал между передними креслами, держась одной рукой за лоб, другой за рану на ноге, и стонал. Не объяснять же дамам, что тут два великовозрастных дебила соскучились друг по другу настолько, что ведут себя хуже детей, поэтому я соврал, ответив в рацию:

– Всё нормально, Артёму показалось, что впереди, на обочине, за деревом, в нас кто-то целился из автомата, вот он и затормозил резко.

– Точно показалось? – недоверчиво уточнила Яна.

– Точно, нет там никого, поехали дальше. А вы соблюдайте побольше дистанцию. – проговорил я в рацию.

Затем помог Кузьмичу подняться и сесть обратно, на заднее сиденье. В машине наступила тишина, Кузьмич и Артём кидали в зеркало друг на друга недобрые взгляды.

Я знал, что это всё несерьезно и вскоре друзья примирятся, поэтому не беспокоился. Единственное, что меня беспокоило, это целостность очков Виктора. К счастью, футляр, в котором они лежали, достойно справился с задачей, и вторые глаза нашего коммуниста не пострадали.

Остаток дороги до Рынка, мы проехали в полном молчании, смотря вперед на дорогу через покрытое трещинами лобовое стекло. Пусть теперь эти два клоуна ищут новое где хотят, вредители чертовы!

Проехав ворота и оказавшись на территории Рынка, я сразу заметил, что сегодня людей тут значительно меньше по сравнению со вчерашним днём. Видимо, те, кто приезжал издалека, получив от Гестаповца то, что он им обещал, уже отчалили в сторону дома, а местные авантюристы ринулись в центр, пытаясь намародёрить раньше других мародёров ценный хабар, который до этого был недоступен из-за сектантов.

Рынок вернулся к своей обычной размеренной жизни, снова ходили люди и совершали сделки, ругаясь и споря с продавцами до хрипоты. Мы не стали исключением и первым делом обменяли трофейное оружие на нужные нам вещи и продукты. На этот раз я не забыл про противогазы и купил на всех ГП7 и фильтрующие элементы к ним, взяв даже больше, чем нужно, с небольшим запасом. Потом я замахнулся на гранаты, но цена была совсем негуманной, поэтому смог договориться со своей жабой, которая сильно меня душила, только на две штуки Ф-1, это были старые добрые ребристые «лимонки».