Чтение онлайн

Попрощавшись с Виктором, я пожелал ему скорейшего выздоровлении и пообещал привезти ему его запасные очки. Пройдя по длинному коридору, который был наполнен врачами и посетителями, снующими по своим делам, я вернулся к приятелям, ожидающим своей очереди на посещение Виктора.

Едва я подошел, как меня окружили и засыпали вопросами о состоянии Виктора. Узнав, что в целом всё хорошо, от меня отстали. Артём взял у меня пропуск и пошел к Виктору в палату.

Заметив отсутствие Татьяны, я спросил:

– А куда Татьяна делась?

– Павла навещает. Пока ты был у Виктора, мы нашли его в журнале и получили ещё один пропуск. – ответила мне жена.

Я похвалил всех за сообразительность.

Дождавшись, пока вернётся Татьяна, я взял у неё пропуск и отправился в другую палату. Охранник подозрительно посмотрел на меня, когда я протянул ему пропуск, и спросил:

– Если я не ошибаюсь, ты уже проходил совсем недавно.

– Не ошибаешься, только я ходил к одному другу, а сейчас иду ко второму. В пропуске указаны другой номер палаты и имя.

– Ты видишь, какой тут дурдом? Попробуй запомнить эти номера и имена. Ладно, всё нормально, не теряй время и иди в палату. Сегодня многие из тех, кто лежит в больнице, заслуживают поддержку друзей.

Я прошел мимо охранника и, пока шел по коридору, думал над его словами. Поддержка друзей очень важна! У большинства из тех, кому не повезло сейчас оказаться в больнице, она есть. Но среди сражавшихся с сектантами, а значит и среди раненых, было немало одиночек. Каково им сейчас лежать на больничной койке с переломами и ожогами, зная, что никто не переживает за них и не навестит. За что такие люди сражались с сектантами, какие мотивы ими двигали? Ради кого они мечтали о светлом будущем, сражаясь и внося свой вклад, хотя легко могли отсидеться в стороне? Если большим поселениям в дальнейшем это обязательно стали бы припоминать в укор, то на одиночек никто не обращает внимания, и претензий в дальнейшем не выскажет.

Найдя нужную мне дверь, я изгнал из головы невесёлые мысли и вошел в палату. Она была очень похожа на ту, в которой лежал Виктор. Тут так поставили коек явно больше, чем рассчитано помещение, отчего в палате было тесно.

Практически у каждой койки стоял или сидел посетитель. Отличалась палата тем, что тут практически не было сильно пострадавших от ожога, забинтованных, как мумии, пациентов. В основном тут были люди с загипсованными конечностями, ноги и руки некоторых из них поднимали под разными углами к потолку хитрые системы, состоявшие из тросов и гирь.

Павла я увидел сразу, он просто лежал на кровати без всяких растяжек, что было очень хорошим знаком. Увидев меня, он попытался приподняться и его лицо исказилось от боли. Я подошел к изголовью кровати и спросил:

– Что за проявления мазохизма я сейчас наблюдал?

Павел улыбнулся и ответил:

– Да какой, в жопу, мазохизм, нашел, блин, извращенца. Просто, когда лежишь неподвижно, то ничего не болит и забываешь о том, что сейчас любое движение мгновенно наказывается молниеносным прострелом острой боли.

– Ну так лежи и не дергайся! Что у тебя диагностировали?

– Одно ребро сломано, в другом трещина и вывих плеча. Никогда бы не подумал, что простое колесо, пусть даже и большого размера, разогнавшись с горы, может так переломать человека. Меня просто откинуло, как пушинку, я даже понять ничего не успел.

– Когда-то очень давно, по молодости, я работал автомехаником, и к нам в автосервис на эвакуаторе привезли ВАЗ-2112 с сильно разбитой мордой. Как сейчас помню, модная по тем временам Двенашка, покрашенная в темно-зеленый металлик, выглядела так, словно на большой скорости влетела в столб. Бампер, капот, фары – всё всмятку, даже лонжероны от удара загнуло. Оказалось, владелец машины ехал по Северному мосту, и у впереди едущего КАМАЗа, самосвала, открепилось запасное колесо, которое было прикручено на кузове, над кабиной. Вот это самое колёсико, задорно подпрыгивая, как мячик, и влетело в морду машине, сильно разворотив её. Причем, по уверению владельца, скорость была небольшая, в пределах установленной правилами. А ты удивляешься, что тебя откинуло и ребро сломало. Считай, легко отделался, некоторым, менее везучим, там ломало спины, шеи, я молчу про тех, кто, оказавшись придавленный пылающим тяжелым колесом, горел заживо.

– Знаю, уже успел наслушаться, тут в палате вторая волна посетителей, как, в принципе, и ты. – сказал помрачневший Павел и, сменив тему разговора, произнёс:

– Я говорил с Татьяной, но она сказала, что с такими вопросами лучше обращаться к тебе. Заберите меня домой, не хочу тут валяться!

– Ты же неспроста так валяешься! Сам сказал, что одно ребро сломано, ещё одно с трещиной и плечо вывихнул.

– Плечо уже вправили, болезненно, но быстро и эффективно. А сломанное ребро, по словам врача, – это не сложный случай. Мне даже не нужны антибиотики и удаление воздуха, легкое не задето. Всё, что мне нужно, это лежать и как можно меньше двигаться. И всякие пилюли с уколами, которые можно принимать и делать в домашних условиях.

Я прекрасно понимал Павла, дома стены лечат, но до дома его ещё как-то нужно аккуратно довести, по не самой ровной дороге, на которой может всё что угодно произойти. Поэтому, немного подумав, я ответил:

– Давай сегодня ты переночуешь тут, чтобы, если появятся какие-то осложнения, тебе могли оказать оперативную помощь специалисты, у которых всё для этого имеется, а завтра, если доктор даст добро, мы тебя заберем домой.

Павел не стал спорить, понимая, что я прав. Мы ещё некоторое время поговорили, и я покинул палату, пообещав обязательно приехать сюда завтра.

Передав пропуск своей жене, я почувствовал, что очень устал, и сел прямо на пол, облокотившись спиной на стену. В таком положении сидело немало людей, стульев для такого большого наплыва посетителей не хватало, да и места столько не было, чтобы на каждого поставить стул. Поэтому, наплевав на приличия, люди, сильно уставшие после безумного дня, сидели на полу и вряд ли кто-то осуждал их за это.

Немного отдохнув, сидя на полу, я решил прогуляться по Рынку. Виктора и Павла я уже посетил, поэтому дальнейшей необходимости находиться в помещении, где царила шумная суета, не было смысла.

Предупредив жену, что пойду сменить Берсерка и Шамана, я вышел на улицу и сделал глубокий вдох свежего воздуха. После больничного помещения, где стояла духота и едкий лекарственный запах, он казался настолько волшебным, что я даже подавил в себе желание закурить сигарету и просто дышал полной грудью, наслаждаясь им.

На территории Рынка царило заметное оживление, новости о победе над сектантами распространялись молниеносно. Среди толпы легко было угадать непосредственных участников битвы. Многие из них уже успели умыться и сменить испачканную одежду на чистую, но усталые лица выдавали их с потрохами.

Большинство людей, вне зависимости от того, принимали они участие в сражении с сектантами или только слышали о нём, весело отмечало это значимое для всех жителей города событие, употребляя спиртное и собираясь в небольшие компании. По пути мне встречались не только пьяные весельчаки, но и люди с мрачными и угрюмыми лицами. Несмотря на одержанную победу, им было не до веселья, поскольку сражение не обошлось без потерь с нашей стороны и далеко не всем повезло отделаться только ранениями, погибло тоже немало людей.