Чтение онлайн

Зрители, и так радостно болевшие за Краба, буквально взвыли от восторга, некоторые люди даже вскочили на ноги, крича во всё горло от радости.

На ринге продолжалось страшное зрелище по избиению Крабом неуклюжего гиганта. Нанеся очередную серию ударов, заставивших его соперника согнуться пополам, он схватил противника за шею в расчете кинуть его на пол через бедро. И что-то пошло не так. Было видно, как у Краба от напряжения вздулись вены на шее и руках, но он не мог сдвинуть гиганта ни на миллиметр как ни напрягался. Зато Алёшенька, оклемавшись от ударов, легко разогнулся, как будто у него не висел на шее, крепко душа его руками, мужик весом в девяносто килограмм. Постояв так мгновение, он не придумал ничего лучше, как просто упасть на пол, придавив собой Краба. Было видно, что для Краба это падение не прошло безболезненно, он, лягнув локтем в челюсть противника, быстро выбрался из-под него, но двигаться стал медленнее, немного прихрамывая на одну ногу и уже нанося точные, но редкие удары. Больше не применяя красивые и сложные в исполнении приёмы на потеху публике.

Раздался удар в гонг, судья тут же выскочил между бойцами, прекращая бой и показывая им разойтись по углам. Мы усадили Алёшеньку в углу, вынули изо рта капу и стали вытирать его голову мокрым полотенцем, охлаждая нашего бойца и стирая кровь с лица, подбадривая, что он молодец и хорошо держится, вон, даже Краб стал его бояться и ему надо постараться хотя б разок попасть по нему ударом руки. На что он нам пожаловался, что соперник слишком быстрый, и он никак не успевает его ударить. Время отдыха вышло, судья пригласил бойцов занять место на середине ринга, а потом прозвучал гонг, давший начало второму ранду боя.

Краб время отдыха не терял впустую и успел обдумать и изменить тактику, теперь он старался наносить удары преимущественно с дальней дистанции, ногами, чувствительно ударяя нашего бойца и сохраняя безопасную дистанцию для себя. А на все попытки Алёшеньки ударить его легко отпрыгивал, разрывая дистанцию назад или вбок. Зачастую ещё и успевая после контратаковать гиганта. Когда прозвучал гонг, возвещающий о прекращении второго раунда, на Алёшеньку жалко было смотреть: всё лицо залито кровью, стекающей по шее на грудь и смешивающейся с потом, сильно прихрамывая на одну ногу, по которой Краб старался постоянно бить своей ногой в одно и то же место. Скорее всего, следующий раунд он не протянет.

В нашем углу все сильно нервничали и переживали за простодушного гиганта, но помочь ему ничем, не могли. Вытерли кровь и пот с лица, дали воду прополоскать пересохший рот. В углу, где отдыхал Краб, наоборот, у его товарищей наёмником было приподнятое настроение. Обступив его, они радостно смеялись, всем своим видом показывая, что он уже победил и просто играется с наглым новичком. Когда рефери подал сигнал приготовиться к началу следующего раунда, Краб легко встал, пританцовывая, подошел на середину ринга, а Алёшенька поднялся с трудом и медленно хромая пошёл на место, указанное ему судьей. Видя всё это, Кузьмич сделал жест рукой, обозначающий «Да пошло оно всё на!», достал флягу, в три больших глотка осушил её и побежал сбоку ринга, остановившись рядом со стоявшим за канатами Алешенькой.

Прозвучал гонг, означающий начало третьего раунда, и, как только судья отпрыгнул в сторону, Кузьмич что есть мочи заорал своей луженой глоткой:

– Алёшка, этот Краб обозвал твою маму старой ведьмой и паскудой вредной! Врежь ему как следует!

Алёшенька посмотрел на Кузьмича и его соперник тоже, а помимо них и весь зал с интересом глянул на этого безумца, орущего явный бред. И уже в следующую секунду произошло что-то немыслимое. Алёшенька, взревев как раненый медведь, оглушая своим могучим криком первые три ряда людей, с налитыми кровью глазами бросился на замешкавшегося Краба, ударив его кулаком в грудь с такой силой, что послышался хруст костей, а Краба буквально отбросило через половину ринга на канаты, где он и остался лежать на полу. Разъярённый гигант подскочил к нему, легко поднял двумя руками над головой и запустил в зрительный зал. Краб, пролетев приличное расстояние, с грохотом упал в толпу зрителей.

Наступила тишина, в который особенно громким показался звук упавшего на стол микрофона, который выронил из рук сидящий у ринга министр культуры. А через секунду настал хаос. В толпе зрителей раздались крики удивления и ругань матом, буквально все вскочили на ноги. Одни орали, другие начали драку с людьми на соседних местах. Очнувшийся министр культуры что-то крикнул в рацию и громко заиграла музыка, которую обычно включают в фильмах жанра вестерн, во время сцен, где ковбои начинают драку в баре и на улицу через распашные деревянные двери вылетают периодически те, кому не посчастливилось получить хороших люлей. Сам же министр залез на стол и начал танцевать, радостно улыбаясь.

Всё это произошло буквально за десять секунд. Я заметил, как Алёшенька пытается неуклюже перелезть через канатные ограждения ринга, явно намереваясь бить Краба дальше по всему залу, пока из него не получится отбивная. Посмотрев на своих ликующих от радости друзей, я прокричал им, чтобы задержали великана, а сам что есть мочи побежал к месту, где совершил аварийную посадку вылетевший с ринга соперник нашего здоровяка.

Это оказалось гораздо сложнее, чем предполагалось. Место, куда был заброшен Краб, я увидел сразу, ориентируясь по толпе наёмников в одинаковой форме, а вот пробраться к ним через беснующихся людей быстро не получалось. Приходилось уворачиваться от кулаков, повсюду дерущихся непонятно за что людей, менять траекторию, а иногда и вовсе останавливаться, чтобы не столкнуться лбами с другими бегающими в беспорядке людьми. Наконец, достигнув цели, я оказался в толпе наёмников, переводя дыхание, я обернулся посмотреть, где Алёшенька. Гигант уже вылез из ринга и пробирался к нам через людей, раздвигая их как ледокол лёд. Его нисколько не смущали висящие на нём друзья, как охотничьи собаки, облепившие большого медведя. Понимая, что медлить нельзя, я, нагло раздвигая круг из наёмников, врываюсь в центр к лежащему на полу Крабу и ору:

– Быстро уносите его отсюда, Алёшеньку сейчас можно остановить только выстрелом из оружия! Он контужен на всю голову, сейчас его переклинило, и он идёт сюда!

Слава богу, эти люди не были дураками и, увидев надвигающуюся на них машину смерти, быстро схватили своего товарища и побежали к выходу. Бежавшие первыми бесцеремонно расталкивали людей в разные стороны, не обращая внимания на угрозы и проклятия. Спустя минуту процессия достигла выхода и покинула помещение. Увидев это, гигант упал на колени и разрыдался в бессильной злобе. Я подошел к обступившим его друзьям, которые пытались его утешить. Больше всех преуспевал в этом Кузьмич, говоря, что гадский Краб получил по заслугам и даже передал, что просит прощения за свои слова, сказанные неосознанно, по злобе. И пнул незаметно меня, гад этакий, чтобы я подтвердил его враньё. Ничего не оставалось, как подыграть старому дурню и согласиться:

– Да, это правда, он просил передать, что очень сожалеет, что наговорил такое про твою маму и признает твою честную победу! Еще сказал, что ты теперь его лучший друг.

Алешенька прекращает рыдать, встаёт и, шмыгая носом, спрашивает:

– А можно мне тогда покушать, а то я что-то проголодаться успел?

Чем вгоняет нас в молчаливый ступор, который спустя мгновение сменяется истеричным смехом. Все хвалят Алёшку, не забывая и Кузьмича похлопать по плечу. Если бы пройдоха не выкинул свой трюк, победы нам было не видать. Кузьмич, растрогавшись, достал сразу две фляжки с виски, которые тут же пошли по кругу. В этот момент жизнь была прекрасна и нас переполняла радость, все заботы и проблемы казались далеко позади. Всеобщее ликование прервал прозвучавший усиленный микрофоном голос министра культуры:

– Дамы и господа, я всё понимаю, бой превзошёл даже мои самые смелые ожидания, но прошу вас уже успокоиться! Хватит бить друг другу морды и ломать казённую мебель! Или я попрошу этого гиганта раздать лещей тем, кто не может себя контролировать!

Видя, что слова не вызывают никакого эффекта, достал из кобуры скрытого ношения под мышкой пистолет и произвел выстрел в потолок. Люди тут же замерли и принялись с удивлением озираться вокруг, как будто до этого пребывали под гипнозом, и только сейчас вернулись в своё нормальное сознание. Когда народ успокоился, он продолжил свою речь:

– Объявляю безусловным победителем в этом бою новичка и присваиваю ему прозвище Берсеееееерк! – проорал шоумен и продолжил:

– Думаю, ни у кого не возникло сомнений, что бой не был подставным, но, если такие всё же есть, предлагаю сходить в больницу и навестить Краба! А теперь объявляю двадцатиминутный перерыв, можете пока обмыть радость победы или горечь поражения! А тут за это время всё приведут в порядок, у меня для вас еще припасена пара восхитительных моментов! И прошу подойти ко мне нашего победителя и его товарищей.