Чтение онлайн

— А теперь отпусти меня! — требую я. Но меня никто не слушает.

Меня просто устраивают на сгибе локтя как на скамеечке и продолжают заниматься своими делами.

Вот так. Я сижу, «свесив ножки» и чтобы не упасть обхватываю своего пленителя за шею.

Вниз страшно смотреть. Он здоров, как... не знаю, как кто!

Мне в своей жизни еще не приходилось видеть настолько высокихи физически развитых гуманоидов.

Золы заканчивают «исследование» экрана и понимают, что что-то идет не так.

Какая проницательность!

Очередной злобный рык в мою сторону.

Я даже голову вжимаю в плечи от страха.

Дрожь волной прокатывается по телу.

Только этот рык никак не вяжется с бережной поддержкой моего ослабшего тела.

— Да! — кричу в ответ. — А я вам говорила! Мы в жопе! А там Ру!

Указываю в хвостовой конец истребителя и на открытую эвакуационную капсулу.

— Она там! Мы должны спасти ее.

Кажется, меня начинают понимать. Уже хорошо.

Молчаливый зол кивает и молниеносно исчезает в темном задымлённом коридоре.

Я только моргнуть успеваю. Вот это скорость!

А мой... хм, спаситель или все-таки пленитель перехватывает меня, легко и невесома подбрасывая на своей ручище. Его огромная лапища в черной защитной перчатке слишком по хозяйски обвивает мою ногу. Вроде придерживает от падения, но вроде бы и...

Даже через серебристую ткань комбеза чувствую рассыпающиеся по телу искры от его прикосновений.

Да что это за?

Одной рукой он пытается зайти в программу, но система выдает сбой за сбоем. И откуда он только знает, что нажимать?

— Не получится, — качаю головой.

Температурная шкала неумолимо заполняется.

После очередной вспышки на какую-то долю секунд питание восстанавливается на кнопке открытия шлюзов.

Перегибаюсь через этого великана, соскальзываю по его броне вниз и нажимаю кнопку.

Огромные черные ручищи ловят меня на лету и возвращают на место.

Сердце подскакивает в груди.

Кровь вспененной волной разносится по телу.

Не знаю, это волнение разливает по венам от его прикосновений или от того, что я отсрочила нашу кончину.

Я открыла шлюзы. Спасти истребитель это не поможет. Но даст нам больше времени.

Сейчас разреженный ледяной космический «воздух» охладит ненадолго ядро.

Истребитель сотрясается, а следом раздается ужасный грохот и скрежет сминаемого железа.

Нет!

Я с ужасом поворачиваюсь на звук.

Открытые мною шлюзы своей гидравликой рвут стыковочный рукав, тянущийся от «наконечника» к нам.

Звездец!

Я словно в замедленнной съемке наблюдаю, как рукав просто отрывает, а черный космический «наконечник» тут же сносит от нас в сторону. Наш единственный шанс на спасение отлетает от нас непозволительно далеко.

— Нет, — хриплю я.

В образовавшуюся дыру тут же исчезает весь остаток воздуха. Туда же высасывает и весь дым.

И нас бы тоже вынесло, если бы не суперсовременная броня зола. Гравиботинки крепко удерживают на месте могущественное тело.

Меня моментально пробирает ледяным дыханием приближающейся смерти.

Хватка вокруг моей талии становится жестче. Зол не дает мне вылететь в открытый космос.

Две ладони практически впиваются в меня, встряхивают и несут куда-то.

Захожусь в очередном приступе кашля.

Маска больше не помогает. Слишком низкий уровень кислорода.

Меня бьет от кашля в руках моего спасителя.

Он что-то рычит зло. И мне уже нравится этот голос. Властный, рокочущий, вызывающий россыпь мурашек по коже. Он снова и снова ругает меня. Я это чувствую. Но сделать все равно ничего не могу.

Сейчас мы умрем!

Мой зол продолжает рычать на меня. Но не останавливается. Тащит куда-то, прижимая к своей черной броне.

Упираюсь ладошкой в его грудной щиток в новом приступе кашля. И кажется, даже чувствую биение его сердца сквозь броню.

Бред!

Это невозможно.

Это просто мой пульс зашкаливает. Стучит в висках. Бьется у самого горла. И пульсирует на кончиках пальцев.

Потому и кажется, что я чувствую чужое сердцебиение.

Слезы градом катятся из глаз.

Это конец.

С момента отрыва рукава прошло всего несколько секунд. А мне кажется, что вся жизнь.

Единым слитным движением зол всместе со мной на руках запрыгивает в эвакуациооную капсулу и захлопывает крышку.

Сквозь удушающий меня кашель, я не могу сказать ему, что отстыковка убьет меня.

Эти капсулы без системы жизнеобеспечения. Они расчитаны на бойцов, таких как зол, выполняющих задание в полной амуниции, закованных в броню.

Я задохнусь в ней точно так же как и рубке.

Сознание плывет.

Боль разрывает легкие. Острыми винтами вкручивается в мозг. Слезы нескончаемым потоком льются из глаз.

Только по сильному рывку и еще более крепким объятиям я понимаю, что наша капсула отстрелилась.

Медленно считаю в голове секунды до своей смерти.

Раз...

И снова этот голос. Сейчас через переговорное устройство его шлема он кажется мне слишком бездушным и грубым, больше похожим на механический.

Смысл сказанного все равно остается за гранью моего понимания.

Веки наливаются свинцовой тяжесть.

Пытаюсь судорожно вдохнуть хоть каплю кислорода из маски. Но в ответ легкие отзываются новой порцией жгучей боли.

На крик нет ни сил, ни воздуха.

Тихо постанываю и на границе сознания улавливаю движение перед собой.

Зол отщелкивает шлем и стягивает его со своей головы.

Хватаю открытым ртом разряженный воздух.

Мой спаситель рывком стягивает с меня маску и насильно натягивает на меня шлем.

Сквозь кашель и слезы я не сразу понимаю, что он вообще пытается сделать.

От первых глотков легкие словно взрываются. Боль становится сильнее, но мозг проясняется.

Кислород.

Я дышу.

Через боль и через страх. Но дышу. Пускай мелкими глоточками, поверхностно. Но я ДЫШУ.