Чтение онлайн

На очередном занятии Грабин поднял руку. Волнуясь и краснея, он сбивчиво объяснил, что многие не могут вести конспект. Василий Гаврилович ожидал, что Гельвих, отличавшийся вспыльчивым характером, оборвет его, заставит сесть, а то и прогонит из аудитории, обвинив в нетактичности. Но тот неожиданно расхохотался:

— Не вы, голубчик, первый говорите мне об этом…

Из дальнейшего разговора слушатели поняли, что преподаватель читает лекцию для того, чтобы расширить их кругозор, дать общие представления об изучаемом вопросе, создать, наконец, нужное настроение, вызвать потребность работать самостоятельно. Гельвих не рекомендовал слушателям записывать под диктовку известные истины, воспроизводить те формулы, которые можно найти в учебнике.

— К экзаменам можете готовиться по моей книге, — посоветовал он.

Совершенно иным, чем на лекциях, Грабин увидел Гельвиха во время практических занятий. В поле, где отрабатывались артиллерийские стрельбы, Петр Августович совершенно преображался. Он поселился вместе со слушателями, питался за одним столом с ними, ни в чем не требуя для себя особых условий. У орудий, на наблюдательном пункте был совершенно другой Гельвих. Он прекрасно знал дело и мог очень доступно и просто объяснить любой вопрос. Вот где пригодились карандаши и тетради. Присев на корточки или прислонясь к лафету, Грабин вел конспект, стараясь записать каждое слово преподавателя.

Видя, с каким старанием Василий Гаврилович изучает материал, Гельвих проникся к нему уважением. Во время стрельб он нередко брал его в помощники, давал ему самые ответственные задания, а порой, когда надо было определить, как усвоена тема, обращался к нему:

— Объясните-ка, товарищ Грабин, нам вот такой вопрос…

Вопросы были трудные. Но Василий Гаврилович ни разу не подвел Гельвиха, отвечал всегда толково, со знанием дела.

— Вам легко дается теория, — сказал однажды Гельвих, взяв во время перерыва Грабина под руку. — Советую для дипломного проекта взять тему посложнее. Например, такую: «Влияние вращения земли на полет снаряда». Интереснейшая проблема.

Грабин загорелся. Не один вечер провел он в библиотеке, подбирая нужный материал. Познакомился с трудами Циолковского, изучил работы многих других теоретиков. И тема постепенно начала вырисовываться.

Но когда в академии более конкретно заговорили о дипломных проектах, стало ясно и Грабину, и Гельвиху, что тему придется менять. Руководство было склонно получить в лице будущих выпускников не теоретиков, а практиков, умеющих командовать артиллерийскими подразделениями, организовывать учебные и боевые стрельбы, методически правильно готовить подчиненных.

Хоть и нелегко было расстаться с идеей, которая уже выношена в сердце, Василию Гавриловичу пришлось отказаться от избранной темы. После долгих раздумий он написал на обложке дипломного проекта «Стрельба тяжелых железнодорожных батарей». И снова потянулись бессонные ночи. Обложившись учебниками и конспектами, Грабин делал необходимые расчеты, выписывал сведения о практическом применении артиллерии в бронепоездах. А когда под утро засыпал, видел во сне, как тяжелые дальнобойные пушки, поставленные на рельсы, маневрируя вдоль морского побережья, ведут огонь по неприятельским кораблям.

Занимаясь расчетами дальности стрельбы и площади поражения, Грабин решил обратиться за помощью к Рдултовскому. Имя этого ученого, работавшего преподавателем в академии, было связано с созданием взрывателей и дистанционных трубок. Слушатели буквальна боготворили Владимира Иосифовича. Он был не только теоретиком, но и практиком. Ни одно устройство, созданное им, не испытывалось без его участия. И если по каким-то причинам снаряд не взрывался, он сам, не ведая страха, разбирал его. Всех остальных обязательно просил удалиться на безопасное расстояние. И не было случая, чтобы он не смог выяснить причину.

А в обыденной жизни Рдултовский был тих и даже робок. Говорил медленно, тщательно обдумывая каждую фразу, то и дело извиняясь, боясь причинить собеседнику малейшую неприятность.

Рдултовский встретил Грабина радушно, будто долго ждал его прихода. Усадил, заставил подробно рассказать о своих затруднениях, а когда услышал о том, что Василий Гаврилович вынужден был поменять тему дипломного проекта, не на шутку расстроился:

— Как же, голубчик, можно было менять тему? Это же… Не принято так. Пути, говорят, не будет…

О странностях Рдултовского в академии ходили легенды. Особо подчеркивалось его суеверие, хотя Грабин многому не верил. Рассказывали, например, как однажды, собравшись в Москву по важному вопросу, Владимир Иосифович уже вышел из дому и тут вспомнил, что второпях забыл важные документы. По его убеждению, вернувшись, он обрекал себя на неудачу. А поездка предстояла весьма нужная. И тогда Рдултовский… пошел спиной вперед. Таким способом он поднялся по лестнице, постучал в квартиру, не оборачиваясь, попросил жену принести забытую папку и, облегченно вздохнув, снова вышел из дому.

В Москве Рдултовского ждала радость. Его новая работа над взрывателем получила высокую оценку. Вернулся он в Ленинград окрыленный и всем твердил:

— Хорошо, что я не повернулся спиной, а то не видать бы мне удачи.

Вот и на этот раз Владимира Иосифовича больше всего расстроила вынужденная смена Грабиным избранной темы. Он смотрел на Василия Гавриловича как на человека, накликавшего на себя беду. Вздыхал, сочувствовал. И с большой готовностью выкладывал перед ним материалы, которые могли пригодиться. Были среди них и не известные Грабину книги по артиллерии, и обобщенные Рдултовским результаты практических стрельб из орудий крупного калибра снарядами, снабженными дистанционной трубкой.

— Работайте, голубчик, я всегда готов оказать помощь, — говорил он и снова сокрушался. — Как же так получилось? Изменить тему — все равно, что вернуться назад…

Но судьба подготовила Грабину еще один сюрприз. Когда вопросы и проблемы стрельбы тяжелых железнодорожных батарей начали выстраиваться в логическую систему, всех слушателей выпускного курса собрали на экстренное совещание. Начальник факультета был краток:

— Знаю, что многие из вас уже начали готовить дипломные проекты. И темы выбраны интересные, нужные. Но перед академией поставлена очень большая и ответственная задача. Вместо теоретических разработок нужно представить ряд проектов артиллерийских систем. Эту работу решено поручить вам. Я принес, — он показал на стопку лежавших перед ним документов, — тактико-технические требования на проектирование орудий. Прошу ознакомиться и выбрать то, что придется по душе.

С этого дня Грабин приступил к разработке третьего варианта своего дипломного проекта. Тема ему выпала трудная. Он должен был спроектировать 152-мм мортиру. Первые дни Василий Гаврилович переживал. Ведь он успел уже дважды проделать немалую работу и — бросать ее… Но стоило ему глубже вникнуть в содержание темы, и стало ясно, что многие вопросы, разработанные им ранее, полностью относятся к его новому проекту. Расчеты внешней баллистики мортиры не заняли много времени. Труднее было с внутренней баллистикой.