Зеница рока
Шрифт:
Одним махом — четверых… Кто этот пришелец? Придется открываться, но сначала пусть покажет, на что ещё способен.
Назар раскрыл себя, отмечая малейшие изменения в облике убийцы. Перед тем, как тот взмахнул палочкой, понял, какое сейчас последует заклинание. Сильное, страшное… Заклинание — приговор, ибо не было сомнений у нападавшего, не было ни жалости или злобы, только холодная решимость пройти заслон, убрать всех на своем пути и завершить задуманное.
Турбат подождал, пока убийца начнет говорить — Азордан… и только после этого повернулся спиной. Услышав …Саих он, в дополнение к природным доспехам прибавил морозное покрывало, стиснул зубы и, ожидая толчка, поставив вперед ногу для упора.
Раскаленный молот ударил горца между лопаток, и Турбат не удержался, упал на колени возле бездыханного тела янычара. В глазах от боли вспыхнуло белым, но мольфар не потерял сознания, знал — сейчас или никогда!
Соединение защитных чар и искусства владения оружием было сильной стороной не только южных народов. Вытащив лезвие из горла павшего янычара, Назар не оборачиваясь, бросил окровавленный кинжал в сторону врага. Не надеясь на удачу — как это ни было мучительно — кувыркнулся через плечо и пустил из влажных ладоней Стальфату Таранта. Воздушное ядро сбило пронзенного кинжалом убийцу с ног и выбросило на улицу, как сноп сена.
Назар встал. Он не знал, есть ли ещё незваные гости, поэтому использовал последний свой козырь. Взявшись за пряжку, снял пояс и, как пастух бичом, щелкнул им, направив конец в сторону сада. Тут же раздался хлопок, как от выстрела аркебузы и вокруг пошла воздушная волна. Она была такой сильной, что потрескались каменные стены, согнулись растущие в парке деревья. Если в саду ещё кто прятался, то вреда он уже не нанесёт.
Назар, покачиваясь со стороны в сторону, словно пьяный, подошел к мёртвому убийце. Ноги — руки вывернуты. В горле торчит рукоять ножа, украшенная орнаментом с переплетением цветов и стеблей растений. Подумал, пробитые стены, грохот на весь Царьград… Что это? Отвлекающий маневр? Постанывая при каждом шаге, он вернулся в башню. Разогнавшись плечом, без какой либо магии, только при помощи сидящей в нем силы, врезался в стену. С первого раза не получилось. Набрав во всю грудь воздуха, он взревел и бросился вперед.
Очутившись в спальне, Турбат увидел возле очага Искандер — ата. Перс расставил руки в стороны, словно хотел обнять гостя, тем самым показывая, что он мольфару не враг.
На кровати лежала спеленатая ковром старуха, на полу — девочка. Живая и невредимая.
— Что это было? — тонким голосом просипел Искандер — ата.
— Где?
— Азордан?
— Какая разница? — прошептал горец. Вдруг его глаза закатились, и мольфар без памяти упал на кровать.
Между его лопаток дымился большой ожог.
Искандер — ата прислушался, может это ещё не всё? Вдруг это только первый отряд убийц? Так и есть — он почувствовал покалывание в кончиках пальцев — давно известное ему предчувствие опасности. Не разбирая, свои идут на помощь или чужие — послал ковер к кровати и на лету подхватил Гульнару. Теперь, когда она рядом, он мог спокойно встретить врагов, но к большому облегчению перса, воевать не пришлось. Из ниши в стене, один за другим, с диким завыванием вывалились янычары. Среди них громче всех орал Рафик Фаиз. В руках — волшебная палочка и короткий загнутый меч. Сердар замолчал, только когда Искандер — ата показал ему целую и невредимую дочь Махмуд — бега.
Сердар всё понял и без расспросов. Последовали команды:
— Музаффар! Абу — л–Абас! По саду! Жечь всё живое, потом разберемся! Султан! Абдаллах! Оцепить башню со всех сторон! Пока не поздно.
Искандер — ата посмотрел на Рафика с презрением.
— Да, уважаемый, вы правильно отметили: пока не поздно. Надо быстрее убираться отсюда. Те, кто желает смерти моей воспитаннице, могут вернуться, и тогда их будет в десять раз больше!
Фаиз заметил тлеющую обувь одного из нападавших и застонал. Его лицо стало таким же темным, как и у перса, но если кожей Искандер — ата наградили родители, то сердар почернел от ужаса. Рафик прорычал:
— О, Аллах Всемогущий, накажи раба своего или дай мне шанс смыть позор! Нет мне прощения! Сам отбирал, верил как себе! Но как? Как они смогли? — казалось, Рафик не замечал присутствия Искандер — ата. — Что я теперь скажу Повелителю? Как смогу оправдаться перед ним?
К Рафику подошел воин, которого сердар назвал Музаффаром. Посмотрев на перса, он покачал головой и сказал:
— В саду все наши. Смена, которую мы заменили. Если бы не вы, посол, дочь повелителя не увидела бы рассвета.
Искандер — ата присмотрелся к мертвецам. Так и есть — это были те воины, которых он, больше из — за каприза, а не по осторожности, заставил уйти в казармы. Вот так удача! Его скверный склочный характер спас дочь Махмуд — бега! «Иногда полезно быть мерзавцем», — подумал Искандер — ата. Но почему они напали? В чем причина?
Отгадка поразила посла. Он заметил, что на рукояти у лежащего на земле арбалета было отпечатано клеймо — лист с семью лепестками.
Сиратинцы!
Чтобы как — то скрыть замешательство, перс зашипел на сердара:
— Ай, шайтан! Я же говорил! Я предупреждал! Не послушались! Искандер — ата всё знает, всё видит! Как орел среди вершин! Что это за туфельки там, в спальне дымятся? Ваши туфельки! Может, и ты сейчас зло на сердце держишь? А? Почему стены, как песок? Почему всякие плечом плюх — плюх и в спальне? Это защита? Это так вы бережете будущую принцессу Индии? Да я бы вам свою козу не доверил охранять! Тушканчики безногие!
Ковер поднял посла выше, чтобы хозяину было удобнее смотреть в глаза янычару.
— Кролики безухие! Девки в тюрбанах! Вам не палочками — вязальными спицами орудовать только… — Посол погрозил пальцем Рафику Фаизу. — Слушай, сердар, мой приказ. Отправь воинов в мой дом забрать вещи. Если кто спросит, куда я повез Гульнару, всем говори, что, как и договаривались, беру всю свою охрану, караван и лечу в Трапезунд. Повтори!
— В Трапезунд, — голова сердара дернулась так, что его шапка чуть не свалилась на землю.
— Старуху и горца забираю. Вот уж кто герой! Взвали его на мой ковер. И ещё… Ты бы послал янычар к Махмуд — бегу. На нас напали сиратинцы… Может ему нужна помощь? А я исчезаю. Дуль — дуль, вперёд!
Ковер вернулся в спальню. Два янычара тут же подбежали к Назару, осторожно взяли, но… поднять не смогли. Подозвали ещё двух, однако и вчетвером только оторвали от пола.
— Да вы, я смотрю, и в руках жидковаты! — запищал посол.
Искандер — ата достал палочку и с помощью заклинания осторожно перенес мольфара к себе под ноги. Ковер натянулся и хоть с трудом, но справился с ношей. Последней на Дуль — Дуль забралась успевшая освободиться от пут няня Гульнары.
Перед отлетом Искандер — ата осмотрел посольский двор. С его лица ушло выражение пренебрежения и гордыни. Лежащие на земле тела погибших индусов и янычар, разрушенные стены, гарь и дым, запах смерти… Посол, наконец, почувствовал, как сильно у него обожжены ладони…