Зеркало Деметры
Шрифт:
Абель сумел выжать из себя что-то вроде улыбки.
– - Верю. Во-первых, никто не придумает столько подробностей. Кроме разве писателя. Но предполагать, что мой шпион заодно оказался еще и писателем-фантастом -- это слишком... Во-вторых, если бы я и не поверил вам, то вот этому господину поверить пришлось бы, -- он кивнул в сторону Сульковского, безмолвно слушавшего.
– - Его-то уж точно никто никогда в фантазиях не подозревал.
– - А зря, -- сказал Сульковский сердито.
– - У меня фантазии уж точно побольше, чем у вашего шефа. И не морщитесь. Все, что смог придумать Брентано -- это идея полной изоляции. Стереть, закрыть и не пускать. Ах, опасность. Ах, республиканские идеи. Ах, память о гражданских войнах, Локи бы их побрал... Иногда я думаю, что людям лучше помнить поменьше.
– - Брентано -- из аристократов, -- сказал Абель.
– - Я тоже, -- сказал Сульковский.
– - И что? Во-первых, уже начавшийся контакт остановить невозможно. Вы сомневаетесь? Вы не видите, насколько та сторона настойчива?
– - он кивнул на Борислава.
– - А это ведь только самое начало. С той стороны пока что действуют добровольцы-любители. Они даже этот свой Всемирный совет еще не извещали... хотя сейчас, может, уже и известили... А какая у них физика, вам понятно? Так вот, если вам это понятно, то вы не можете не видеть: контакт -- огромный шанс для человечества. Для обоих человечеств. Пусть это будет шлюз, канал, что угодно. Риск -- да. Но и польза. Посмотреться в зеркало, поучиться друг у друга...
Операция "Зеркало", вспомнил Борислав некстати. Стоп. Вот об этом сейчас лучше не думать.
– - ...ничего удивительного, что этим занимается разведка, -- говорил Сульковский.
– - Информация -- наша работа. Знание -- сила. Больше знания -- больше силы. Вот вы лично хотели бы побывать на Земле? На той Земле?
Абель задумался.
– - Хотел бы, конечно. Кто ж не хотел бы. Из того, что я пока услышал, многое непонятно. Например, как она управляется. Впрочем, мне этого не покажут... Но даже просто посмотреть -- было бы интересно.
Борислав и Сульковский переглянулись, и Абель поймал эти взгляды.
– - Что дальше?
– - спросил он.
Ему ответил Сульковский.
– - Дальше у вас выбор. Нет, ничего страшного. Вашей жизни никто не угрожает. Но в ближайшие часы вам предстоит решить, за контакт вы или нет. Если нет, я вас просто отпускаю, и вы идете с докладом к Брентано. И дальше подчиняетесь ему. Мне это ничем не грозит, потому что ничего нового вы ему не скажете. Я действительно вас спокойно отпущу. Это одна возможность. А другая -- вы остаетесь здесь, -- он сделал паузу.
– - Контакту нужны сотрудники, -- добавил Борислав.
– - На обеих сторонах.
Абель, уже пришедший в себя, по очереди оглядел собеседников. На лице его была усмешка.
– - Иными словами, вы мне предлагаете замечательные перспективы, -- сказал он.
– - Интересная работа, посещение другого мира. Что еще? Карьерный рост?
– - Вполне, -- сказал Сульковский.
– - Мундир, правда, придется снять. Но коллежского советника могу дать сразу. И это не шутка.
– - Спасибо, -- сказал Абель.
– - А вы, Борислав? Вы будете рады такому коллеге?
– - Да, -- кратко сказал Борислав.
– - Что ж... Я действительно благодарен вам, господа. Это тоже не шутка. А теперь, я надеюсь, вы вызовете машину и отвезете меня в штаб адмирала Брентано. Как и обещали... И за кофе тоже спасибо, да, -- он встал.
– - Почему?..
Абель мягко улыбнулся.
– - Господину Сульковскому, я думаю, и так понятно -- почему. А вы, мой уважаемый посланник другой Вселенной... Вам я отвечу. Кроме познания, на свете есть еще такая вещь, как верность. Извините за пафос. Пусть я буду неправ, пусть я откажусь от целого мира -- но я не буду человеком, которого кто-то сможет назвать предателем.
Борислав посмотрел на Сульковского. Тот печально кивнул.
– - Прощайте, Эрнст, -- сказал Борислав.
20 сентября 61 года НР
Разговор с небожителем
– - Прошу, -- сказал дворецкий.
Борислав шагнул в огромную освещенную комнату.
Пылающий закат ослепил его.
Последний рубеж.
– - Заходите, друг мой, -- сказал ясный голос.
– - Присаживайтесь. Кресло перед вами.
Борислав опустился, обнаружив перед собой журнальный столик. Пузатый чайник, призывно белеющие чашки. И -- человек в кресле-качалке напротив...
Вольфганг Миттермайер. Человек-легенда. Человек-мечта. Красавец. Гениальный тактик, заслуживший в сражениях прозвище Ураганный Волк. Друг юности императора Райнхарда фон Лоэнграмма. И уже шестьдесят лет -- премьер-министр Рейха.
Нет, не шестьдесят. И не премьер -- уже. Пять лет назад Миттермайер ушел в отставку, сохранив пост министра без портфеля. Сколько ему сейчас? За девяносто. Но ум у него, говорят, ясный. И влияние в государстве никуда не делось.
– - Я рад познакомиться с вашим высокопревосходительством, -- сказал Борислав.
Человек-легенда усмехнулся.
– - Насколько я знаю, вашему миру не очень свойственна субординация, -- сказал он.
– - Или я ошибаюсь?
Борислав собрался. Началось...
– - Смотря что считать субординацией. Чинопочитание -- не свойственно совсем. Не принято. При этом с подчинением младшего работника старшему все отлично. Я не помню, чтобы с этим были какие-то проблемы. Но вот, например, назвать человека "ваше превосходительство" у нас могут только в шутку.
Миттермайер покивал. Его грива, когда-то светлая, сейчас была совершенно белой.
– - А меня вы сейчас так назвали тоже в шутку?
– - Вас я так назвал из вежливости. И еще -- потому, что отходить от легенды в чужом мире не стоит никогда. Мало ли что.
Миттермайер потянулся к чайнику. Налил чая себе и гостю.
– - Не обижайтесь, что я вас так встречаю, -- сказал он.
– - Буря и натиск. Это никоим образом не есть выражение недоверия. Просто мне интересно слишком многое, а узнать это многое надо быстро.
Борислав отхлебнул чаю.
– - Если честно, я чего-то подобного и ждал. Все-таки не зря вы -- Ураганный Волк... Что вам интересно? Спрашивайте.
Миттермайер поставил свою чашку. Его глаза были пронзительно-голубыми.
– - Например, мне интересно, на чем может держаться субординация без чинопочитания. Сможете пояснить?
– - Попробую, -- сказал Борислав.
– - Вы не то чтобы поставили меня в тупик, но... Это же так естественно. Если рядом с вами человек, у которого больше опыта, который больше знает... кто же его не послушает? Где больше знаний, там и социальная ответственность выше.