Чтение онлайн

Надо сказать, что одним из представителей от оборотней, стала Людмила, эту кандидатуру предложил я, возражений не последовало, которую незамедлительно и вызвали. Другим представителем вызвался стать сам глава клана медведей, тот самый щуплый седой старичок, обладающий здесь на совете непререкаемым авторитетом и доверием. Представителем же от людей выбрали совсем постороннего человека, даже не присутствующего сегодня на совете, но прекрасно известного в магическом кругу нашего города. За него поручились и колдуны и оборотни, а мне еще предстояло с ним познакомиться. За ним тоже отправили курьера. И наконец от колдунов был избран молодой, как тут выразились, да ранний... Не поверите.... Мой заместитель... Сашка. Он мало был известен большому совету, но почти все чего-то, да о нем слышали. А предложение это внес САМ леший. Отсюда и, вот....

( А я подумал - такой ли уж теперь Сашка колдун, после слияния-то?)

Ну, и общее кураторство оставили за лешим.

И вопрос о посещении мира лешего был закрыт, хотя и был не самым основным и главным. О чем и напомнил собравшимся Анатолий Афанасьевич.

И он опять кратко пересказал, напоминая всем, известную хронику последних событий, но уже с привязкой к новому миру. И все это предстало перед советом уже в другом свете, нежели до этого небольшого экскурса в историю. Естественно после непродолжительных дебатов совет принял решение всеми имеющимися силами содействовать лешему в целях сохранения экологии его мира.

Сразу после большого совета, мы, было, хотели провести и первое заседание малого, но...

Почувствовав нарастающее с каждой секундой чувство тревоги - что-то происходило, там, в мире лешего и касалось это непосредственно Любы - я, перекинувшись с ним, мысленно, парой слов, невзирая ни на что открыл портал прямо из зала и, в следующее мгновение был уже на берегу водохранилища, а еще через секунду, бежал по тропе к дому, где осталась моя вторая половинка. Позади с легким приглушенным хлопком проявился и сам леший, и, пыхтя, тоже понесся за мной.

Заскочив в распахнутые настежь двери, кинулся на второй этаж в нашу с женой комнату. А вот она была заперта. И заперта, из нутрии. И там что-то происходило. Слышались перемежаемые громкими криками стоны и тревожные голоса. Не раздумывая, забыв про магию, ногой вышиб дверь и влетел внутрь. Но поставленный магический щит, слегка прогнувшись, спружинил и выкинул меня обратно. Тут подоспел и леший. Схватил меня за руку и, я даже не успел моргнуть, как он сплел и накинул на меня успокаивающую паутинку. Потом наклонился и тихо прошептал - тише, тише Коля, рожает она.

Я сполз по стене на пол, в которую и припечатал меня до этого щит и уставился, не мигающим взглядом, на лешего, разевая беззвучно рот, как рыба.

Леший смотрел на меня и улыбался. Растрепанные волосы сбились немного набок, так что видел я его радостное лицо полностью, чего не часто случалось. Разве что, только в бане.

Он потянул меня за собой - пойдем, что ли? Моя косорылая с Веркой справятся и без нас.

Но, не сделав и пары шагов, как из комнаты донесся, сначала полувскрик - полустон Любы, а потом раздался детский, чуть надрывный, извещающий о свое приходе в этот мир, визг.

Я бросился было обратно в двери, но теперь дорогу мне перегородила кикимора - с девкой тебя - бросила она, мне, мимоходом, устремившись куда-то вниз. Я растерялся, не зная, что мне делать и заметался у щита. И тут появилась Вера. Она улыбалась во весь рот - привет, Николай, с дочерью тебя. Люба сейчас немного поспит, не надо ей мешать, с ней все хорошо.

– А-а - слова просто застряли у меня во рту, и я показал пальцем в направлении, куда скрылась кикимора.

– А, тетя Кики? Так она на болото свое побежала, силы подсобрать, почти всю отдала Любе. Хотя и не потребовалась она. Люба сама родила и все с ней в порядке. И девочка здорова.

К вечеру в нашей пиршественной зале собрались все наши, леший расстарался. Мои родители, тесть с тещей, девчонки в полном составе, Сашка, муж Веры с мальчишками и даже Анатолий Афанасьевич.

За празднично накрытыми столами, тут уж кикимора с Верой не ударили в грязь лицом, три раза порталы открывал на землю, ждали, когда спустится моя обожаемая половинка. Я-то у нее уже раз десять побывал и дочушку столько же раз расцеловал. И сына начмокал, от полноты чувств. От чего тот даже со смехом стал от меня убегать и прятаться.

И-И.... Вот. В залу вошла слегка осунувшаяся и усталая Люба со сладко причмокивающим сверточком в руках и приложила палец к губам. Мол, тихо вы тут. В зале тот час повисла восторженная тишина. Я тот час вскочил, отодвигая ей стул рядом с собой. Но она отрицательно покачала головой и с улыбкой, обойдя вокруг стола, тихо удалилась. За ней, важно задрав носы, двинулись теща и моя мама, держа за руку Коленьку.

– За...
– выкрикнул, вскочив, леший, как только за ними закрылась дверь пиршественной залы, вздергивая вверх огромный сухой мухомор, уставившись на меня, умышленно запнувшись на полу фразе.

....................................................................................................

– Чего?
– не понял я.

– Имя назови балбесина - хихикнуло у меня в голове.

.......................................................................................................

............................................................................................................

– Люб - позвал я также мысленно свою жену - если Софья назову, ты как не против?

– Ты мужик, тебе и называть - рассмеялось она - а, что, мне нравится...

...................................................................................................................

Софью, Сонечку Николаевну - громко провозгласил я, вставая и поднимая бокал.

– За Софью, Соню, Сонечку.....
– Раздались голоса со всех сторон стола...

– За Софью Николаевну - веско подтвердил мой друг - первого родившегося на Софьятерре человека.

– Где ?
– Непонимающе застыли в изумлении гости, ну, и я тоже.

– Софьятерра, так теперь называется этот мир - пояснил, шмыгнув носом, леший и засунул целиком себе в рот огромный гриб.

За шумом и гамом никто не слышал как широко распахнулась дверь в нее, неловко спотыкаясь и булькая, вполз огромный осьминог, вытянулся у входа на всех своих бесчисленных щупальцах, изобразив подобие поклона. Те кто сидел лицом ко-входу замерли, выключившись из общего гвалта здравиц и поздравлений. На них обратили внимание и тоже застыли, повернув головы в сторону этого чуда магической природы. Только леший с высоко поднятой головой гордо прошагал навстречу новому гостю. То, что это гость, поняли почти все. Так от несло доброжелательностью и почтительностью.