Чтение онлайн

– Передам Эльтцу. Теперь по степнякам - в крепости нашли еще с десяток вусмерть пьяных, валялись, где придется.

– Выкинули?

– Ага, со стены. Командир, мне нужен план подземных ходов, мало ли кто там остался?

Это было справедливым требованием. А спать-то как хотелось...

– Ладно. Сейчас дождусь отчета от остальных, и покажу тебе ходы, которые сам знаю и помню, - согласился Рид.
– А пока передай Эльтцу мое распоряжение насчет конюшни. Пусть отберет лошадок похуже... кстати, почему их так мало?

– Так это ж десятничьи и сотничьи кони, - не удивился Станс.
– Я тут нашел, кого расспросить, ну вот! У обычных степняков лошадки похуже, они и паслись тут неподалеку, на лугах. А этих честь честью в стойла поставили.

Рид кивнул.

Для него эта информация сильно ничего не меняла. Хоть так, хоть этак, сесть на степнячьего коня может только его владелец. Остальных сбросят, затопчут и закусают. Без размышлений. Так что... на мясо! И - точка. У него отряд, ему людей хоть чем, но надо накормить...

Станс ушел, Рид сидел и слушал, как под черепом разворачивается миниатюрная кузница. Было даже не больно, это какое-то другое состояние, когда ты не просто привык к боли. Скорее удивишься - как это без нее? Разве ж так бывает?

По докладам положение получалось гнусным.

Из пятисот человек осталось двести двадцать шесть. Ранены - все. В строю могут оставаться двести девять, остальные в таком состоянии, что даже кинжал не удержат.

Под стенами - скоро будет тридцать тысяч. Стократный перевес. Замечательно!

Еще в крепости шестьдесят гражданских. Ладно, сорок. Мужики, пусть даже крестьяне, могут пригодиться в войске. Вопрос - куда девать баб?

С собой их точно не потащишь, но ведь и тут не оставишь.

Рид не собирался оставаться в крепости на верную смерть. Мог бы, знай он, что Иллойский рядом. Мог продержаться, или хотя бы попробовать...

Но держаться, не зная, что и когда будет?

Ну уж - нет!

Он еще из вредности всем степнякам нервы перемотает!

Доран уже захватили, теперь на очереди Ланрон!

А что?

Есть еще какие-то варианты?

Маркиз, вы не сошли с ума?

Вы знаете, нет... я в него просто еще не приходил.

***

Под стенами крепости так же нудно и неинтересно бесновались степняки.

Ланс Даран установил свои баллисты, дополнив уже имеющиеся - степняки не стали их разрушать, это ж теперь их имущество, и примерился.

Нормально, много кого достанем!

Интересно, что планирует командир?

А, с другой стороны... все равно Ланс с ним пойдет до конца!

Инженер вылез из-за зубца, примерился - и помочился вниз, удачно попав на слишком неосторожного степняка.

В ответ прилетела стрела.

Не попала, правда, но заставила Ланса задуматься над более насущным вопросом. Пойти, поискать башенку - или тыл щитом прикрыть и на стене пристроиться? Первое безопаснее, второе оскорбительнее... ладно, прогуляемся до башенки.*

*- в средние века туалеты располагались в специальных башенках. Прим. авт.

Заодно в арсенал надо заглянуть, посмотреть запас снарядов, а то их уже к концу подходит... вот ведь твари!

Никаких запасов не хватит!

Ланс плюнул вниз и поспешил по важному делу. Может, ему повезет, и арсенал не разграбили? Вот бы так и оказалось?

Мария-Элена Домбрийская.

Плавание на средневековом корабле - штука скучная.

Если тебя не укачивает, то ты либо прогуливаешься по палубе (пятнадцать шагов в любую сторону) в сопровождении охраны, либо сидишь в каюте и вышиваешь. В их случае - вяжешь.

И с ума сходишь от тоски.

Малена-то держалась, у нее были Матильда и другой мир, а все остальные тосковали, грустили и устраивали истерики.

Кроме Ровены.

Та приглядывалась к хозяйке, и только под конец плавания решилась с ней поговорить.

– Ваша светлость, я прошу вас уделить мне несколько минут для разговора.

– Слушаю?
– подняла брови Малена.

– Я могу просить вас, чтобы все осталось только между нами?

– Ровена, ты давно заслужила мое доверие, - Малена смотрела спокойно и серьезно.
– Очень давно. Поэтому все, что ты мне расскажешь, останется между нами, и только между нами.

– Благодарю вас, ва...

– Малена. На людях - ваша светлость, наедине можешь называть меня Маленой, - разрешила герцогесса.

– И снова - благодарю.

Ровена прошлась по каюте, разгладила складки на юбке, подумала пару минут.

– Не знаю, с чего лучше начать, ваша светлость.

– С начала, дорогая моя. С начала.

– Это было давно, ваша светлость. Примерно двадцать лет назад, даже чуть больше. Одна знатная дама решила пустить в свою постель бедного солдата, пока муж был в отъезде. Неосторожность не прошла для нее даром... к сожалению, через несколько месяцев она обнаружила, что носит под сердцем дитя.

Догадаться было несложно, тем более, разговор уже был.

– Тебя?

– Да, Малена. Меня.

Ровена без нужды выглянула в коридор, проверяя, не стоит ли кто-то под дверью каюты, и продолжила, нервно разглаживая юбку на высоком животе.

– Даме повезло еще раз. Муж не вернулся до самых родов. Повезло, наверное, и мне. Травить плод было слишком поздно, а своим здоровьем эта дама дорожила. Еще как!

– У нее были другие дети?

– Да. Но это потом, потом... меня отдали отцу. Леди, которая меня родила... я никогда не назову ее матерью, она хуже мрази, она отдала меня и дала ему денег. Отец должен был увезти меня куда-то подальше от Саларина.

– Саларина?

– Да. Это началось именно там, гос... Малена.

– Так за что же ее ругать? Она не могла оставить тебя рядом, ведь скоро вернулся бы ее муж? Нет?

– Да, - с ненавистью выдохнула Ровена.
– Но когда отец уезжал... на него напали. Ему повезло - проводить его вызвались несколько сослуживцев. Там полегли трое, убийц они тоже положили, а у последнего отец выпытал, что их послала моя... эта...

– Утроба.

– Что?

– Называй эту женщину просто утробой, если не желаешь ругаться. Это ведь не мать, не близкий тебе человек, просто мешок, который тебя выносил.