Чтение онлайн

Иллюстрируя её слова, длинный шлейф водной Ци медленно закручивался вокруг неё, постепенно сворачиваясь в восходящую спираль. Однако внутрь неё энергия просачивалась постепенно, тонкими жгутами, тянущимися к яркому узлу в солнечном сплетении. По сравнению с этой картиной то, как я черпал энергию, наверное, и правда выглядело довольно примитивно. Хотя… Неужели это настолько принципиально?

— Я ведь примерно так и делаю, — пожал я плечами.

Намира мотнула головой и открыла глаза. Выстроенная вокруг неё спираль энергии тут же начала рассеиваться.

— Нет. Не так, — терпеливо сказала она. — Совсем не так. То, как это делаешь ты — это слишком… Расточительно. Да, так можно удержать часть дыхания Хун’нари в своём роднике. И что-то из этого твоё тело даже сможет усвоить. Но… Это всё равно, что рвать зубами сырую рыбу. К тому же, места, настолько богатой силой, найти непросто. А в обычных условиях надо использовать каждую крупицу.

— Что ж, понимаю.

— Надеюсь. Я видела там, на корабле. Ты ударил чистой силой. Даже не пытался облечь её хоть в какую-то Технику. Это…

Она осуждающе покачала головой.

— Расточительно? — подсказал я. — Но ведь получилось же!

— Для того, чтобы убить обычного смертного, достаточно обычной пули. Незачем отливать её из чистого золота.

Я еле удержался от страдальческого вздоха. Общение с этой дикаркой всё больше напоминало мне мои первые беседы с Бао. Сенсей тоже любил говорить метафорами, а что-то действительно важное из него приходилось вытягивать клещами.

Правда, со временем выяснилось, что нужно было просто внимательнее слушать. И только тогда получится задавать нужные вопросы.

— Ну что ж, научи меня. Есть тут какой-то секрет?

— Я уже открыла тебе путь. Дальше всё зависит от тебя. Каждый Взывающий — неповторим. Но есть у всех нас и общее.

Взывающая постучала кончиком пальца по виску.

— Всё начинается здесь. Люди думают, что сила йашунти — в умении повелевать дыханием стихий. Но главное наше оружие — это разум. Ты должен ясно представить, что ты хочешь получить. Тогда и стихия будет следовать за твоей волей.

— Так просто?

Она рассмеялась.

— О, нет, Мангуст. Это совсем не просто. Дыхание стихий своенравно, и у него свои законы. Многие из которых нельзя обойти, даже если воля твоя крепка, как скала. Чтобы облегчить этот путь, йашунти пользуются мудростью своих предшественников. Это что-то вроде рецептов, по которым можно приготовить блюдо.

— Ты говоришь о каких-то конкретных приёмах? Техниках?

— Да. Насколько знаю, на языке кси это называют именно Техниками. Кто-то считает, что Взывающие изобретают их. Кто-то — что все они заложены богами, и мы, исследуя этот мир и собственные возможности, можем лишь отыскать эти спрятанные секреты. Я верю во второе. В том, что всё в этом мире устроено так, как задумали это боги. Они установили свои законы, которые едины на всём Артаре.

— Даже когда дело касается… магии? Ну, то есть силы стихий?

— Особенно. Когда дело касается магии, — с нажимом произнесла Взывающая. — На свете много народов, непохожих друг на друга. Даже каждый йашунти непохож на остальных. И к познанию стихий все подходят по-разному. Однако разными путями приходят к одним и тем же Техникам.

Напоследок она усмехнулась.

— Хотя, конечно, называть их тоже могут по-разному. Из-за всех этих разночтений может возникать много путаницы. Но тот, кто достаточно далеко продвинулся в понимании стихий, быстро учится отделять зёрна от шелухи.

Я понимающе кивнул. Учитывая природу этого мира — вполне логично. Вся их реальность — лишь чья-то эйдетическая симуляция, за внешней оболочкой которой скрываются конкретные алгоритмы и формулы.

Хотя, если уж всерьёз задуматься… А кто сказал, что мой родной мир устроен как-то иначе?

— Это важно, Мангуст, — повторила Намира. — Любой йашунти, обладающий пытливым умом, пытается искать нехоженные тропы. И, впав в гордыню, может решить, что он сам придумывает новые Техники. Однако мы, лаари, верим, что мы лишь открываем сокрытое. Например, мои техники дарованы мне самой Хун’нари, богиней Воды.

— И они могут быть переданы другим?

— Да. Я же сказала. Любая техника — это что-то вроде рецепта. Научись повторять те же действия — и будешь получать тот же результат.

— И что мне нужно делать, чтобы научиться… ну, к примеру, Технике Спрута?

Намира вздохнула.

— Сейчас посмотрим. Боюсь, это будет не так просто…

Она подсела ко мне чуть ближе. Голубоватое свечение от озера выхватывало из темноты лишь часть её лица, обостряя черты и делая его похожим на маску. Протянув ко мне руки, Взывающая медленно проводила кончиками пальцев над моей кожей — так что я чувствовал едва заметное покалывание.

Особенно долго она задержалась в районе живота и груди. Немного сдвинула одежду, обнажая повязку на ране.

— Хм… Лист кувшинки-бессмертницы. Хорошая работа. Давно ты получил эту рану?

— Сегодня днём.

Она удивленно приподняла бровь.

— Очень хорошая работа. Тебе помогли? Здесь есть целители?

— На мне и так всё хорошо заживает. Помогает водная Ци. Я просто направляю её туда, к ране, и…

Взывающая лишь снова укоризненно покачала головой, но от нравоучений воздержалась.

— Что ж, ты используешь силу, как умеешь. И теперь я понимаю, почему…

— Что ты увидела?

— Я заметила это сразу. И уже говорила тебе. У тебя очень неплохо развит Родник. Вот этот узел в груди. Он вбирает в себя дыхание стихий. Вот эти точки — вдоль спины, в голове… Не знаю, как их называют кси. Но мы, лаари, зовём да’тха — Омуты. Каждый из них тоже по-своему важен. С их помощью тело поглощает стихию, изменяет её. Или выпускает наружу.

— Уже в виде Техники?

— Да. Техники расходуют накопленную силу из Родника. Особенно те, которые направлены наружу. Впрочем, для тебя это не так важно. Как я и сказала, Родник у тебя хороший. Но вот русла… Ксилаи, кажется, называют их меридианами. Вот эти линии, идущие внутри тебя, будто жилы…

— Да, я вижу…

— Они у тебя слишком слабы. Даже странно для твоего возраста. Обычно дар йашунти проявляется ещё в младенчестве. Ребёнок растет, вбирает в себя дыхание стихии. И уже к седьмому или восьмому кругу у него уже проявляются все основные русла. Главных — двенадцать. И ещё восемь — малых. У тебя же они, как у шестилетнего. Даже не везде дошли до кожи. А малых омутов я не вижу вовсе.

Я слушал её молча. О том, что прогресса, который она видит, я достиг не за шесть лет, а недели за полторы, ей знать не обязательно.