Жара
Шрифт:
— Думаю.
Мы немного отстали от остальных и теперь решили их догнать. Мы двигались между деревьями в приятной прохладе. Ехать легким галопом было несложно, лошадиные копыта уютно топали по лесной дорожке. Мы приблизились к остальным, когда они вышли на освещенную солнцем тропинку между двумя полями подсолнухов. Наездники, люди всех возрастов, от девяти до шестидесяти, притихли на жаре. Ряды подсолнухов проплывали мимо, они дружно поворачивали головы за солнцем, и я подумала: «Джейси — мое солнце. Я хочу смотреть на него, куда бы он ни пошел. Когда его нет рядом, я хочу закрыть свои лепестки и спать, пока он не появится снова. А если он покинет меня, я завяну и умру».
Сами собой сложились две строчки:
Если бросишь ты меня, Я завяну и умру.Я все повторяла и повторяла их про себя.
Наконец мы свернули на тропинку в тени высоких дубов. Под ними росли кусты черники.
— Давай остановимся на минуту, — предложила Бекки. — Хочу пить. — Она выхлебала половину бутылки и завинтила крышку. — Так. Я придумала. Главная проблема — к кому ты заставишь его ревновать? Есть, конечно, Марк…
— Нет уж, Бекки, даже ради Джейси.
— Ну, я могла бы одолжить тебе Джона. И еще есть Стив. Ты ему нравишься.
— Ни за что! А что, правда?
— Джон так считает. Ты можешь притвориться, что он тебе нравится?
— Вряд ли. Он не мой тип.
— Это не важно. Помни, для чего мы все это делаем!
Это было нехорошо. Нельзя снижать свои стандарты даже ради развлечения. Я перебрала в уме всех парней, с которыми познакомилась за последние дни. Джеми вроде ничего. По крайней мере, он выше меня и у него хороший загар. Тристан, хоть он и ботаник и носит брэкеты, нравится мне как человек. Но они никак не соответствуют безупречным требованиям Софи Моррис.
В мои размышления ворвалась Бекки:
— А как насчет ирландских парней?
— А что насчет них?
— Они ничего.
— Они ирландцы.
— Ну и что? Шон и Питер довольно симпатичные. А Газ вообще прелесть.
— Я не понимаю ни слова из того, что они говорят. А Газ слишком шумный.
— А Фергал Магуайр?
— А почему ты называешь его полным именем?
— Такое классное романтичное имя! Он славный.
Я промолчала. Вообще-то тут стоит подумать. Утром, когда Фергал выходил из магазина, я увидела: при дневном свете его волосы удивительного темно-рыжего цвета, как у моих подружек, когда они красились хной пару лет назад.
— Ну, может быть.
— Давай, давай, давай! — закричала Бекки, пародируя ирландский акцент.
— Ладно. Думаешь, с Фергалом получится? Но как?
— Ну, сама я никогда такого не делала, но наблюдала за другими. Думаю, так: надо поглядывать на Джейси весь вечер, а потом, когда ему станет интересно, подойти к Фергалу, как будто вы все это время были вместе.
— Если я нравлюсь Джейси, то можно и так. Но, по-моему, лучше всего притвориться, что тебе все равно и подстроить, чтобы он точно увидел тебя с другим или подслушал, как ты говоришь об этом с другом. Фергал должен быть в курсе, иначе он неправильно отреагирует.
— Тебя послушать, так ты в этом просто эксперт. Ты и без меня справишься!
Я попыталась стукнуть ее, это не очень просто, когда сидишь верхом на лошади.
— Я так боюсь, что это не сработает! Бекки, я правда с ума схожу по Джейси. Никогда у меня такого не было. Я была уверена, что он захочет встречаться со мной — другие парни всегда хотят.
Даже Бекки я не могла сказать, как сильно влюбилась. Подумать только — писать о нем стихи! Я хочу быть подсолнухом! Что-то со мной не так.
— Точно. Значит, тебе нужно быть такой нежненькой с Фергалом, пусть Джейси поймет, что теряет. Я права, не спорь. Мы вечером спросим Фергала. Можешь начать операцию прямо в баре. Посадим тебя рядом с Фергалом, и Джейси обязательно тебя увидит — он всегда приходит в бар вечером. Кстати, нет ли чего-нибудь между ним и барменшей?
— Нет, у Хелен есть бойфренд-француз. Это Сюзетта сказала Дэну, когда мы только-только приехали.
— Ну ладно. Значит, ты болтаешь с Фергалом в баре и тебя видит Джейси. Курьеры обычно не спускаются вниз, к озеру, там можешь вести себя как обычно. Завтра будет вечер караоке. Его организуют курьеры, значит, они все там будут. Фергал хорошо поет, вам надо будет спеть вместе что-нибудь старое и сентиментальное типа «Especially for you» [18] . У них такая мелодия всегда есть.
18
«Только для тебя» (англ.).
— Хорошо, хорошо! Не так быстро! Дай я привыкну к этой мысли. Ой, а мы, по-моему, на ланч останавливаемся.
Слезть с лошади было настоящим облегчением. Мне казалось, что я приросла к седлу навечно. Это, видимо, было обычное место остановки: там стояли желоб для воды и перекладина для привязи. Мы были на вершине холма, откуда открывался вид на всю пройденную дорогу. Вдалеке виднелся кемпинг с озером, лесом и игрушечными желто-зелеными палаточками между деревьев. Интересно, что сейчас делает Джейси? Вот, пожалуйста, снова я «поворачиваю голову за солнцем».
— Эй! — Бекки вернула меня к реальности. — Мама дала мне с собой столько еды! Хочешь персик? Или йогурт? Или винограда? Или шоколадку? Иногда мне кажется, она нарочно меня закармливает! Знаешь, она говорит, что раньше была как я, но когда закончила школу, все это куда-то спало. Так что у меня еще есть надежда. Когда-нибудь я буду такая же стройная, как ты!
И она налегла на шоколадку.
Когда мы поели, проводники показали нам обратную дорогу. Они говорили по-французски, поэтому, как и половина людей из нашей группы, я мало что поняла. Бекки переводила мне кое-что. Надо бы получше заниматься французским в школе. До чего же унизительно ничего не понимать, а ведь я учу этот язык уже целых три года.
Мы сложили вещи и снова сели на лошадей. Они сначала немного покапризничали, а потом поняли, что мы едем домой, и выстроились в ряд. Мы с Бекки на этот раз оказались первые, я за ней. Проводники, девушки лет девятнадцати или двадцати, сплетничали о чем-то. Естественно, мы их не слушали, но тут несколько раз прозвучало имя Хелен, и Бекки навострила уши. Потом осадила назад, чтобы доложить.
— Не могу уловить как следует, но они говорят о ее парне. Им почти не удается проводить время вместе. Постараюсь выяснить, кто он, — она снова приблизилась к ним, но вскоре вернулась. — Перешли на футбол, «le football». Жаль. Люблю подслушивать, когда люди думают, что ты их не понимаешь.
Мы поехали дальше. Теперь я была впереди и попыталась прислушаться. Бекки была права. Сплошной «le football». А это скучно, даже когда все понимаешь.
Мы вернулись в кемпинг часа в четыре. Из бассейна слышались вопли, когда мы проезжали мимо.
— Как насчет просто плюхнуться в холодную воду? — спросила Бекки.
— Тогда неплохо бы купальники надеть, — мы с мучительным трудом подошли к нашей палатке. Мама, папа и Дэн были еще в городе.
— Тебе-то хорошо, — сказала Бекки, — а мне еще на велике тащить свою больную пятую точку в каравиллу за купальником.