Чтение онлайн

Она знала, что ей должно быть холодно, но она вспотела, тонкая футболка на спине промокла, подмышки покрылись слизью. В горле першило, зубы болели. Она знала, что больна, и это должно было её беспокоить, но у неё имелись проблемы посерьёзнее.

Мужчина в камере через проход от неё снова наблюдал за ней. На нём был чёрный ошейник. Почему-то это пугало её больше всего на свете.

Иногда он расхаживал по камере, иногда поворачивался к ней спиной. Сейчас он лежал на своей койке. Клэр ужасало то, что он был возбуждён, его эрекция натягивала серые спортивные штаны. Всё его тело было большим, и его половые органы не были исключением. Он не прикасался к себе. На самом деле, он всё время прикрывал глаза рукой, как будто был расстроен. Потом она замечала, что он опустил руку и снова смотрит на неё.

Он несколько раз спрашивал, как её зовут, но Клэр так и не ответила. Он стоял у двери в свою камеру, вцепившись большими руками в прутья решётки, а его возбуждённый член упирался в брюки. Он смотрел на неё так, словно был голоден. И зол.

Хуже всего то, что иногда Клэр чувствовала тепло внизу, когда смотрела на него краем глаза. Это ещё одна причина, по которой она подоткнула юбку. Она не хотела, чтобы он знал.

На его тёмно-синей футболке был выцветший логотип «Патриотов Новой Англии». Он был босым, как и Клэр. Его тоже забрали из дома, но Клэр всё равно боялась его — и другой заключённой, женщины с короткими светлыми волосами, сидевшей в соседней камере с Клэр.

Женщину звали Кресс, или что-то в этом роде. Она сказала это в первый день. Как и мужчина, Кресс спросила, как зовут Клэр. Ей Клэр тоже не ответила.

Кресс никогда не ходила взад-вперёд. Она стояла в углу возле камеры Клэр. Иногда её рука просовывалась сквозь прутья решётки. Она никогда не тянулась к Клэр, только держалась за прутья так, словно это был спасательный круг, но Клэр всё равно считала это опасным.

На Кресс тоже был ошейник.

Клэр вздрогнула всем телом, когда тяжёлая дверь открылась. В тюрьму вошёл мужчина, который не был человеком, и принёс поднос с тремя тарелками. От посуды доносился запах подгоревшей картошки — запах, который Клэр слишком хорошо знала.

За открытой дверью виднелась тёмная, пустая лестница.

Клэр снова уткнулась лицом в колени, не желая видеть лицо мужчины, который не был человеком.

Вначале, когда он принёс ей первую еду, она подумала, что он человек, слегка привлекательный мужчина с каштановыми волосами, с которым она могла бы столкнуться в метро. Но его глаза странно блеснули, и ей не понравился его запах. Он искоса посмотрел на неё, как будто хотел, чтобы она что-то знала. Затем, жестоко улыбнувшись, он изменился в лице.

Клэр закричала. Он рассмеялся и оставил её рыдать, уткнувшись лицом в колени.

Когда он ушёл и Клэр пришла в себя настолько, что смогла поднять голову, Кресс наблюдала за ней со смесью жалости и презрения. Клэр начала разлеплять дрожащие губы, чтобы заговорить, но женщина велела ей взять себя в руки. Затем Клэр взглянула на зубы женщины и больше не заговаривала.

Это было до появления мужчины.

Кресс и мужчина, чьё имя звучало как Омри, разговаривали. Их обоих забрали из их домов, ни один из них не знал, где они и почему, хотя Кресс продолжала говорить о том, что её отводили наверх, чтобы сфотографировать. Клэр начала закрывать уши руками каждый раз, когда они разговаривали друг с другом.

Кресс и Омри часто скребли свои чёрные ошейники, оставляя царапины на шее. Раны заживали в течение нескольких часов.

Мужчина, который не был человеком, весело насвистывал, просовывая миски в прорези.

— Эй, — Омри поднялся со своей койки и стоял у входа в камеру. — Придурок! Чего ты от нас хочешь? — он ударил по прутьям и оскалил клыки. Клэр снова спрятала лицо. — Отвечай мне!

Мужчина, который не был человеком, спросил:

— Ты собираешься позаботиться об этом? Это вредно для здоровья.

— Пошёл ты!

Мужчина, который не был человеком, усмехнулся. Удаляющиеся шаги свидетельствовали о том, что он уходит.

— Я убью тебя, сукин ты сын!

Дверь с грохотом захлопнулась.

— Чёрт возьми!

Клэр услышала, как Омри расхаживает по комнате.

— Знаешь, он прав, — сказала Кресс. — Нет смысла быть джентльменом.

— Да пошла и ты тоже!

— Смирись с этим.

— Я не собираюсь дрочить перед этой грёбаной камерой.

Камера стояла в углу. Иногда она поворачивалась, и жужжание оптического зума нарушало тишину.

Клэр с трудом сглотнула и задумалась, не мерещилось ли ей всё это. Может быть, она сходила с ума, как и её мать.

Глава 6

Кир топтался у двери кабинета Миры. Джодари, будучи придурком, позвонил ему в середине дня, чтобы сообщить о новой встрече, которая должна была состояться сразу после захода солнца.

Когда зазвонил его телефон, Кир был дома, но всё равно не спал. У него в голове вертелось всякое дерьмо. И уровень боли был выше, чем ожидалось. Ноксу пришлось изрядно поковыряться в ране, чтобы вытащить пулю, вероятно, из-за того, что свинец провёл там несколько дополнительных часов.

В обычной ситуации Кир пошёл бы к Джонусу Ану, главному врачу ВОА. У него не было подходящего оправдания. Он просто не хотел сейчас разбираться с ещё большим дерьмом.

Когда Кир, наконец, пришёл домой в 5 утра, и его шаги эхом разносились по большому, слишком пустому дому, Нокс ждал его на кухне. Нокс ни слова не сказал ему о ране, потому что это было не в его стиле — одна из причин, по которой Киру нравилось жить с этим мужчиной.

После того, как рана была зашита, а Кир выпил бутылку крови, он принял душ и лёг в постель. И провёл следующие шесть часов, размышляя о дюжине проблем, которые он не мог решить. Он почти почувствовал облегчение, когда зазвонил телефон. Пока он не увидел имя, высветившееся на его экране.

Джодари был настроен откровенно враждебно, что подтвердило одну вещь: неучастие означало бы отстранение от работы. Время встречи было чертовски неудобным. Это означало, что он должен был прийти прямиком сюда, а не разбираться с одной деталью инцидента прошлой ночью в «Жаре». Ему нужно было просмотреть записи с камер наблюдения клуба, чтобы убедиться в правильности своих подозрений.

Но Джодари не валял дурака.

Отсюда и теперешнее пребывание Кира возле кабинета 416, где он разглядывал новенькую табличку с надписью «Мира Дженсен, психология».

Что-то в этом последнем слове чертовски обеспокоило его. Кир знал, что Джодари просто пытается получить информацию, а не по-настоящему промыть мозги, но Киру всё равно было не по себе от мысли о… таком.

Да, да. Он не сильно отличался от Ронана.

Но Ронан был на задании, а Кир, как слабак, топтался у двери агента Дженсен.

Подняв кулак, он трижды постучал по твёрдой древесине.

С другой стороны послышались шаги по деревянному полу. Судя по звуку, она снова была на каблуках. Воспоминания об их вчерашней встрече попытались всплыть на поверхность, но он отогнал их прочь.