Чтение онлайн

Пантера: Гудини сказал, что лимузин будет здесь через час. Ты уверен, что не хочешь прокатиться вместе?

Пантера: Держу пари, ты выглядишь чертовски сексуально в своем белом костюме.

Пантера: Я постараюсь не пялиться слишком долго, но ничего не обещаю.

Пантера: Твой душ включен уже 30 минут. Ты там потерял сознание?

Пантера: Если ты не ответишь через пять минут, я выломаю твою дверь.

Я усмехнулся, прочитав сообщения, а затем отправил одно обратно.

Соло: Черт, П. Звучит так, будто ты скучаешь по мне.

Пантера: Ни капельки.

Соло: Лжец. Хочешь увидеть меня без моего белого костюма? Я все еще голый.

Пантера: Черт. Ты просто…

Соло: В этом вся идея.

Пантера: ………

Ухмыляясь, я бросил телефон на кровать и избавился от полотенца. В то время как Пантера должен был ехать с Гудини, Хлыстом и половиной стажеров, я решил поехать в другом лимузине с Гуччи и другой половиной. Было бы слишком большим искушением прокатиться с Пантерой, и мне нужно было закончить этот вечер без него, чтобы показать мне, чего я не мог иметь.

Я не торопился одеваться, убедившись, что мой костюм идеально отглажен, а ботинки начищены до блеска. Каждое мероприятие в армии означало выглядеть наилучшим образом, но сегодня вечером будет еще больше внимания. Быть частью Элитной программы было немалой честью, и это означало, что все взгляды в заведении будут прикованы к нам.

Еще одно сообщение появилось на моем телефоне как раз в тот момент, когда Пантера дважды постучал в стену, разделявшую наши комнаты.

Пантера: Уже скучаю по тебе.

Когда со стоянки раздалась серия неприятных гудков, я услышал, как Гудини закричал, а затем дверь Пантеры захлопнулась.

Черт, — подумал я, роняя телефон. — Думаю, мы действительно делаем это.

Пантера

— Эй, Пантера! Тащи сюда свою задницу, — заорал Гудини. — Знаешь, нам нужно забрать еще два тела, кроме твоего!

Я в последний раз взглянул на свой телефон, чтобы посмотреть, ответил ли Соло на мое последнее сообщение. Но когда все, что я увидел, это то, что я «уже скучаю по тебе», я вздохнул и сунул его в задний карман.

Откладывать это дело больше было нельзя, как бы мне этого ни хотелось, и, как будто мне нужно было еще одно напоминание, раздался еще один раунд гудков. Господи, казалось, что кто-то торопился начать свой танец, но опять же, Гудини должен был танцевать с тем, с кем он хотел сегодня вечером, не так ли?

Бросив последний взгляд на себя в зеркало, я убедился, что все мои медали на месте, пуговицы застегнуты, а туфли так блестят, что я могу видеть в них свое отражение. Это был не первый мой бал, но это был первый раз, когда я присутствовал вместе с отцом в составе принимающей команды.

Довольный, что прошел проверку, я взял фуражку и направился к двери, гадая, о чем думает человек по другую сторону соседней стены. Хотел ли он выйти на улицу, чтобы встретиться со мной? Хотел ли он, чтобы мы могли остаться дома сегодня вечером и послать к черту всю эту помпу и обстоятельства?

Все, что я знал, это то, что если бы он чувствовал то же, что и я, его желудок скрутился бы в узел. Потому что, хотя я ничего так не хотел, как увидеть Соло в его парадном белом костюме, я не был вполне уверен, как я буду контролировать себя, когда это сделаю.

Заставив себя отогнать подобные мысли, я глубоко вздохнул и направился к двери, а когда распахнул ее, то увидел Гудини, высунувшегося из заднего окна лимузина с глупой улыбкой на лице.

— Что ж, черт возьми, самое время тебе показать себя. Ты думаешь, у нас есть вся ночь, чтобы прислуживать твоей красивой заднице?

Не обращая на него внимания, я захлопнул за собой дверь, и когда я вышел на тротуар, Гудини издал громкий волчий свист.

— Давай, давай по очереди. Покажи нам, как выглядит золотой мальчик «Элиты», весь отполированный и начищенный до блеска.

Я отшил Гудини и собирался сказать ему, чтобы он засунул это себе в задницу, когда Хлыст, которая, без сомнения, собиралась оправдать свое имя сегодня вечером, присоединилась к нему у окна и крикнула:

— Ой, не порти мне настроение, он заставил меня сделать это тоже. Покрутись для нас, Пантера.

Покачав головой в ответ на лающий смех Гудини, я сунул фуражку под мышку, а затем медленно повернулся.

— Отлично выглядишь, дружище.

— Он не ошибается, — сказала Хлыст с благодарным взглядом в глазах, когда я повернулся назад. — Ты выглядишь чертовски сексуально.

— Э-э, привет. Я сижу прямо здесь, ты же знаешь.

Хлыст посмотрела на Гудини и кивнула.

— О, я знаю, но ты должен признать, что Пантера отлично «отмылся».

Так ему и надо, подумал я, направляясь к лимузину. Когда я открыл дверь и скользнул внутрь, я воспользовался моментом, чтобы взглянуть на двух моих попутчиков.

Одетый почти так же, как я, Гудини не так уж плохо «отмылся». Его светлые волосы были зачесаны набок, и сегодня вечером он щеголял легкой щетиной, что делало его похожим на двойника Роберта Редфорда, как мы всегда его называли.

Что касается Хлыста, я не ошибся. С ее длинными волосами, профессионально уложенными, и безупречно нанесенным макияжем не имело значения, что на ней не было элегантного бального платья: она была одной из самых красивых женщин, которых я когда-либо видел. Гудини весь вечер будет спотыкаться о самого себя, и этого было достаточно, чтобы я почувствовал себя немного лучше из-за того, что мне предстояло пережить в течение следующих сколь угодно многих часов.

Я закрыл дверь, и когда Хлыст устроилась рядом с ней, Гудини посмотрел в мою сторону и сказал:

— Соло уже выходит?

Вопрос был достаточно невинным, но я услышал скрытый смысл и покачал головой.

— Почти уверен, что Гуччи придет и вытащит его отсюда.

— Ааа, хорошо. — Гудини посмотрел на Хлыст, занятую изучением чего-то на своем телефоне, а затем снова перевел взгляд на меня. — Все хорошо?

Я кивнул.

— Да. Конечно. Почему ты спрашиваешь?

Глаза Гудини сузились, и он пожал плечами.

— Без причины, просто.

Я теребил поля своей фуражки, жалея, что не могу сказать ему, что последнее, чего я хотел, — это пойти на это мероприятие, пройти все это в одиночку, а затем смотреть на Соло с другой стороны комнаты весь вечер. Но когда Хлыст была так близко, я заставил себя улыбнуться и сказал: