Жажда войны
Шрифт:
– Ааааа!!!
– заверещала девушка за спиной. Лина обернулась, недовольно сморщившись, и увидела, что Лисимах спал не один.
– Заткнись!
– рявкнула на неё Лина, но наложница не унималась и забилась в истерике пуще прежнего. А мужчина рядом сидел, широко открыв глаза, и глотал ртом воздух, как рыба на суше.
– Лисимах, успокой свою женщину, пока я её не убила, - грубо сказала Лина.
Он испуганно моргнул и начал закрывать рот девушке. Через секунду в комнату вбежали солдаты с Кастором во главе, а следом за ним Максимилиан. И все как один уставились на Лину в окровавленном платье и кинжалом в руке.
– А я чего?
– тут же возмутилась она.
– Я ему жизнь спасла...
В комнате образовалось неловкое молчание.
– Это греческий солдат? Меня хотел убить греческий солдат?
– произнёс Лисимах с нотками истерики в голосе и посмотрел девушке под ноги, где лежал несостоявшийся убийца. Он немного отошёл от шока и даже был в состоянии говорить.
Максимилиан посмотрел на мёртвого у ног жены и недовольно скривился. Да, это был мужчина, одетый в форму греческого солдата, и рядом с ним лежал нож... Нож?
– Лина это твой нож?
– очень тихо спросил полководец.
– Мой... но я его Левку подарила, - уверенно произнесла девушка, опускаясь к полу и подобрала кинжал, сделанный рукой Тирея.
– А это точно не Левк.
Но Кастор их не слушал, он вглядывался в лицо мёртвого мужчины, пытаясь вспомнить, где он его уже встречал, а то, что этот солдат ему знаком, он был уверен. Ничего не говоря, он подошёл к нему и одним движением разорвал тунику на его груди.
– Ой, а что это?
– изумилась Лина, увидев красочную татуировку под ключицей - ромб, а внутри какой-то замысловатый узор.
– Лисимах! Это твой солдат!
– гневно крикнул Кастор сыну.
– Мой?..
– Лина, я наверно должен тебя поблагодарить, - произнёс царь Фракии. Он уже не смотрел ни на Лисимаха, ни на мёртвого солдата.
– Ты спасла моего сына.
– Да ладно. Всегда, пожалуйста, - задумчиво ответила девушка, смотря в окно и на краюшек солнце, выглядывающий из-за горизонта.
– Я могу идти?
– Иди, - кивнул Максимилиан, увидев согласие Кастора, и Лина чуть ли не бегом вышла из спальни фракийского принца и побежала по коридорам. Вылетела из дворца и направилась прямиком в казарму.
Солдаты ещё крепко спали, и ворвавшаяся к ним жена царя, стала для них полной неожиданностью.
– Левк!
– закричала она.
– Ты где?
– Я тут, - испуганно подал голос солдат, вставая со своей лежанки. Он, не отрываясь, смотрел, как к нему приближается разъярённая девушка в ночном платье. И оно было всё в крови.
– Это твой кинжал?
– произнесла она, показывая клинок в своей руке. Лина очень старалась говорить спокойно, но получалось плохо.
– Да, - прошептал Левк, смотря на свой нож в окровавленных руках девушки.
– Я слушаю объяснений.
– У меня его украли вчера.
– Украли? Левк, у тебя его украли?
– заорала Лина.
– У нас не принято воровать оружие и доспехи...
– Где второй?
– резко оборвала она солдата.
– У меня.
– Левк, когда у тебя в руках оружие, которым владела я, то ты должен более внимательно следить за ним, - глубоко вздохнув, произнесла Лина.
– Постарайся, чтобы этого больше не повторилось, а я очень постараюсь, чтобы эта ошибка сошла тебе с рук.
– А где ты его нашла?
– чуть осмелев, спросил солдат.
– Тебе лучше этого не знать. Держи, - Лина отдала кинжал Левку и быстро покинула казарму.
Конечно, он был невиноват. Украсть оружие не проблема, да и задумка убийцы была ясна как белый день. Он хотел подставить жену царя и расстроить мир между Грецией и Фракией. Да, именно так... убить принца и оставить на месте преступления всем известное оружие.
– Я в купальню, - сказала Лина, проходя мимо мужа, и скрылась за маленькой дверью в углу спальни.
– Ты где была?
– спросил Максимилиан, наблюдая за тем, как жена медленно раздевается, скидывая с себя окровавленное платье, и опускается в горячую ароматную воду.
– В казарме. Левк говорит, что кинжал у него украли. Сказал, что воровать у них не принято...
– Конечно, - согласился Максимилиан, - многие солдаты сами покупают себе оружие и доспехи, и за воровство отрубают руку. Откуда ты узнала, что в спальне Лисимаха убийца?
– строго спросил Максимилиан, подходя к девушке ближе.
– Афина сказала. Максим, иди, ложись спать. Впереди длинный день, тебе нужно отдохнуть, - улыбнулась Лина мужу.
– Какой сон? Лисимах хочет тебя видеть.
– А больше он ничего не хочет?
– недовольно пробурчала она, опускаясь поглубже в купальню, всем своим видом показывая, что ей и тут хорошо.
– Лина, он выше тебя по статусу и ты должна...
– А мне плевать, что я должна!
– выкрикнула она.
– Можешь наказать меня за неповиновение, но я хочу спать. Тебе очень важно, чтобы я с ним встретилась?
– добавила она уже тише, смотря на мужа. Он очень не любил просить, но сейчас был готов даже на это.
– Да.
– Хорошо. Где он?
– В тронном зале, - ответил Максимилиан и благодарно кивнул жене.
Лина неохотно вылезла из тёплой воды, под придирчивым взглядом мужа надела традиционный хитон, кое-как задрапировала непослушные складки и пошла на встречу с мужчиной, так жаждущим её видеть.
Максимилиан сел на трон, а Лина, как полагается, встала рядом и очень внимательно посмотрела на Кастора и его сына.
– Лина, я не буду гневаться, за то, что ты вошла в мою спальню...
– начал говорить Лисимах и Лина открыла рот от возмущения.
– Что?
– переспросила она, недобро улыбаясь.
– Ты не будешь гневаться?
– Да, - благосклонно кивнул Лисимах, и Максимилиан напрягся, заметив, что Лина сжала подлокотник его трона. Кастор разделял настроение греческого царя, вспыльчивый и боевой характер Лины уже успел стать легендой.
– Ты... помогла мне убить предателя...
– продолжил он.
– Максимилиан, Кастор, прошу меня извинить, но я не намерена слушать этот бред, - холодно сказала Лина.
– И если больше ничего интересного не будет, то разрешите мне удалиться.